Федор. Лягу, куда денусь… Чего-то плечо тянет.
Самвел. Левое?
Федор. Вот здесь.
Самвел. Это сердце. Просто в плечо отдает. У меня тоже было.
Федор. Ерунда, мышцу потянул. Сердце у меня никогда не болело.
Самвел. Тогда получается — в первый раз. Но ты не огорчайся: болит — значит, есть…
ЖУЖА ИЗ БУДАПЕШТА
(комедия в двух действиях)
Виктор — молодой скульптор, 23 года
Лёпа, он же Федор — студент, 22 года
Будкин — студент, 22 года
Лена — студентка, 20 лет
Вера — студентка, 20 лет
Саша — студент, 20 лет
Магда — 35 лет
Жужа — ее дочь, 15 лет
Действие первое
Картина первая
Лёпа. Ну, вот что ты сидишь? Двадцатого выставка, двадцать третьего мой диплом. А ты сидишь.
Виктор. Не идет сегодня…
Лёпа. У тебя уже две недели не идет!
Вера (отрываясь от книги). Мальчики, ну так что? Мне раздеваться или идти?
Лёпа. Раздевайся.
Виктор. Иди.
Вера. Не вижу ясности.
Виктор (взрывается). Можешь ты минуту посидеть спокойно?!
Вера. По-моему, из нас троих только я одна и сижу спокойно. (Вновь утыкается в книгу.)
Лёпа (Вере, негромко). Раздевайся.
Виктор (неуверенно). Имею я право хоть два дня подумать?
Лёпа. Думать надо руками. (Раздвигает шторы на окне.)
Лёпа. Там еды не осталось?
Виктор. Я думал, ты принесешь.
Лёпа. «Принесешь»! Вот зачем купили холодильник? Все деньги ухлопали.
Виктор. Зато продукты не испортятся.
Лёпа. Их же все равно нет.
Виктор. Почему нет? Пельмени лежат…
Вера (высовываясь из-за занавески). Мальчики, сегодня одна девочка притащила в институт вот такой пирог с мясом!
Вера. Да нет, его сразу съели, я просто вспомнила.
Виктор. И чего ты там копаешься?
Вера. Я давно готова. (Отодвигает простыню. Теперь она в чем-то вроде греческой туники.)
Виктор. Позу давай. (Подходит к незаконченной скульптуре.) Лицо давай! Думай о чем-нибудь хорошем. О чем-нибудь приятном.
Вера. О хорошем или приятном?
Виктор. О приятном.
Вера изображает на лице блаженство.
Виктор. Ну-ка, давай о хорошем.
Виктор. Не, не идет… (Со вздохом садится.)
Вера, пожав плечами, вновь берет книгу.
Лёпа (кивнув на холодильник). Может, все-таки загоним?
Виктор. Там же пельмени.
Лёпа. А мы их сварим.
Виктор. Пускай лежат… Ты, Лёпа, искусствовед, ты к еде не привыкай!.. Ладно, черт с ними — в ужин съедим…
Вера. Кстати, мальчики, вы не могли бы наконец объяснить, что, собственно, происходит? Два месяца все шло прекрасно, а теперь вдруг вы начали кричать. Не вижу причины.
Лёпа. Двадцатого открывается молодежная выставка.
Вера. Ну и что?
Лёпа. Он может не успеть.
Вера. Но будут и другие выставки. Не вижу драмы.
Лёпа. Двадцать третьего я защищаю диплом, двадцать пятого Ольга — ну, Маркелова с четвертого курса — сдает курсовую.
Вера. Не вижу связи.
Лёпа. Так диплом мой — по этой вещи! А Ольгина курсовая (указывая на незаконченную скульптуру) «От глины до выставки». Глина есть, а где выставка?
Вера. Но если защита двадцать третьего, а скульптура не кончена… Ты напишешь диплом за три дня?
Лёпа. Диплом давно написан. Что я, творчество Струнникова не знаю? Если хочешь, все Витькины замыслы сначала приходят (стучит себя по лбу) вот в эту голову, а уж потом (указывает на голову Виктора) туда. Но комиссия-то потребует саму вещь!
Вера. Не вижу проблемы. Раз это настолько важно, почему не выставить ее в таком виде, как есть? Насколько я понимаю, скульптура уже готова. Ведь это почти я.
Виктор (мрачно). В том-то и беда.
Вера (холодно). Не вижу юмора.
Лёпа. Понимаешь… Ты красивая девчонка, и смотреть на тебя всегда приятно… Но у скульптуры, как у жанра, свои задачи. Нужно обобщить, выявить скрытую суть вещей…
Виктор. Душу лепить, а не вывеску! А у тебя так все благополучно…
Вера. Не вижу логики. Во-первых, ты сам просил позировать именно меня. Во-вторых, если у меня все хорошо, разве это плохо? Мне кажется, наоборот. Ведь скульптура называется «Счастье». Люди будут смотреть и думать: «Как хорошо, когда у человека все хорошо!»
Виктор. Да? Знаешь, что они подумают? Они подумают: «Хоть бы на эту прелесть балкон свалился.»
Вера. Знаешь, Струнников, ты просил — я позировала. Я лекции пропускала. Я в спортклуб опаздывала. Твоя девочка мне чуть в нос не впилась — я слова не сказала. Но мне не нравится, когда со мной говорят в таком тоне, и поэтому… (Задвигает занавеску.)
Лёпа (отодвигая занавеску). И поэтому он не будет с тобой говорить в таком тоне… (Виктору.) Ну что ты сидишь?
Виктор. Погоди. Не дергай… Ведь я что хотел? Образ счастья. Так? А сейчас что? Опаздываем, давай гони в темпе!.. Хм… Образ счастья… (Растерянно, с горечью.) И Ленка голову морочит. Ну вот что она мне морочит голову?
Лёпа. Морочить тебе голову она будет всю жизнь.
Виктор. Но так же нельзя работать!
Лёпа. Твоя будущая жена…
Виктор (продолжая свое). И ведь отличная девчонка. Любит меня. Добрая. Близорукая…
Лёпа (продолжая свое). Что не надо — все равно видит…
Виктор (продолжая свое). Но эта ее дурацкая ревность!
Вера. Мальчики, у меня через час бассейн.
Лёпа. Старик…
Виктор. Ну не идет. Я не упрямлюсь. Я действительно не могу.
Лёпа. Вить, ну погоди. Давай спокойно. Ведь, в общем-то, Веруля права. Работа почти закончена. И в таком виде она будет на выставке среди лучших.
Виктор. Ты серьезно?
Лёпа. Конечно, возможности твои выше! Но раз сложилось такое положение… Ну чем конкретно тебя не устраивает этот вариант? Сбацай ей приличную физиономию…
Виктор (перебивает). Скульптура должна возвышать человека! Мне надо, чтобы человек на нее посмотрел — и сам стал лучше! А эта?