Зоя. Расскажи про свою первую женщину.
Федор. Ничего интересного. Компания была. Собрались после стипендии к девчонкам, их трое, а парней двое — ну, для комплекта меня в последний момент. За ними закуска, за нами вино. Прочее понятно.
Зоя. Ну, и сколько ты с ней встречался?
Федор. Нисколько. Я в ту компанию больше не ходил.
Зоя. А еще?
Федор. Что?
Зоя. Расскажи, о чем сам хочешь. Хорошие женщины у тебя были?
Федор. Во всяком случае, одна была, это точно.
Зоя. Давно?
Федор. Еще до женитьбы. В первую же зиму, на первой стройке,
Зоя. Кто она была?
Федор. Учительница. Меня в деревню послали строить базу, а она там преподавала. Им с подружкой на двоих избу дали, ну, и я присоседился, третьим.
Зоя. А в деревне не болтали?
Федор. Еще как! Но они были девушки гордые, на сплетни плевать.
Зоя. Как ее звали?
Федор. Татьяна.
Зоя. Хорошо было?
Федор. Вот так! Пельмени крутили, за медом к леснику ездили. Радио слушали каждый вечер — и спорт, и музыку… Трудно объяснить — но, правда, здорово жилось. Уж очень девчонки были мировые. Подруга даже над дверью плакат повесила: «Мужчину надо ублажать». С юмором были девчонки.
Зоя. Ты долго там жил?
Федор. Месяца три.
Зоя. Не ссорились?
Федор. С Татьяной?
Зоя, Вообще, все трое.
Федор. Не, дружно жили. В клуб вместе, на лыжах вместе… Даже в баню ходили втроем.
Зоя. Как так?
Федор. А вот так. Там места довольно глухие, староверские. По субботам баньки. Мы как-то заспорили — по-прежнему вместе моются или нет. Смех смехом — пошли в баньку втроем. Местным можно, а мы хуже? Думал, девки на понт берут, заводят, а они молчком, как будто так и надо. Не мне же отступать… Вообще, классно жилось!
Зоя. Эта девушка красивая была?
Федор. Татьяна-то? Пожалуй, обыкновенная. Да не в том суть! Хороший была человек. Спокойная, добрая, характер покладистый. Потом, когда с моим супружеством все это случилось, даже грыз себя: и чего на Татьяне не женился?
Зоя. А правда — чего?
Федор. Молод был и дурак. Тогда ведь казалось, что жизнь как скатерть-самобранка, ходи и выбирай. Потом понял, что и на ней блюда считанные — да толку что. Как ты говоришь, поезд ушел.
Зоя. А как она сейчас — не слышал?
Федор. Нет. С полгода всего переписывались.
Зоя. Жаль.
Федор. Так уж, повернулось.
Зоя. Жутко жаль. Мне кажется, с нею ты был бы счастлив.
Федор грустно усмехается.
Ты чего?
Федор. Да странно. Давненько меня никто не жалел.
Зоя. Ничего странного. И вообще, я хочу сказать тебе одну вещь. Можно?
Федор. Давай.
Зоя. Я тебя люблю. Только не злись, это я так.
Федор. Я ведь тебя тоже. /Вздыхает. / Ладно, ничего — бог даст, выпутаемся. Сколько раз убеждался — жизнь сама по себе, любовь сама по себе. Хуже нет, когда смешивают… Вот что у нас с тобой здорово — друг от друга никак не зависим. Свободны. Вместе не потому, что должны, а потому, что хотим. Самое лучшее…
Зоя. Да, конечно — лучше свободы ничего нет.
Федор. Стоп. Насколько я понимаю, поселок давно кончился. Ты меня, случайно, не в Москву ведешь?
Зоя. Уже пришли. Помнишь, с горы этот мысок видно? Где-нибудь здесь.
Федор. Вот в этих камнях?
Зоя. А тут хорошо. Смотри, какое место. Почти пещера.
Федор. Первая же волна зальет.
Зоя. А сейчас тихо. /Вынимает из сумки и расстилает пляжную простыню/.
Федор. Только выстирала и опять испачкаешь.
Зоя. А пусть. /Садится. / Ты на меня ни за что на сердишься?
Федор /изумленно/. Я на тебя?
Зоя. Ну и ладно, это я так спросила… Здорово, что мы именно сюда приехали, правда?
Федор. Отличное место, даже не думал никогда.
Зоя. Помоги мне. /Достает из сумки и раскладывает на простыне еду.
Федор. Клубника, черешня, сыр… Что это с тобой случилось, а? То пятаки экономишь, а сегодня весь базар закупила?
Зоя. Всего понемножку. /Достает бутылку/
Федор. Ах ты, алкоголик!
Зоя. Это Самвел подарил. Хотела купить, а он деньги — ни в какую.
Федор. А стаканы? Послал бог собутыльника.
Зоя. Нас же только двое.
Федор. А ты умница. Молодец, что вытащила сюда. Сам бы не догадался. /Берет бутылку. / Ну — за что?
Зоя. Не надо. Мы же знаем, за что.
Федор. На. /Передает ей бутылку./
Федор. Остался сегодня наш Гурам без чаевых.
Зоя. Никогда не купалась ночью. Даже в реке.
Федор. Не замерзнешь потом?
Зоя. Это полотенце, как халат.
Федор. А тряпье купальное?
Зоя. Нас же только двое. /Идет к воде./
Федор. Ты сейчас как таитянка в белом купальнике.
Зоя. Знаешь, а ночью оно действительно черное… Видишь меня?
Федор. Когда плывешь, бурунчик отсвечивает.
Зоя. Отряхни, пожалуйста, простыню.
Федор /отряхнув простыню/. Иди сюда. /Заворачивает Зою в простыню./
Федор. До чего же здесь здорово.
Зоя. Тебе сегодня весь день было хорошо? Только честно.
Федор. Честно?
Зоя. Ага.
Федор. Теперь и умереть, не обидно.
Федор. Ну, а учиться дальше думаешь?
Зоя /жуя, беззаботно/. Не знаю… Вообще-то надо бы. Там видно будет!
Федор /передразнивая/. Надо бы… Нельзя жить минутой — даже самой лучшей минутой. Вчера минимумом была таблица умножения, сегодня десятилетка; а завтра будет институт. Век профессионалов! Мужа можешь сменить через год. А профессия — это на всю жизнь.
Зоя /благодушно, не переставая жевать/. Зато человек, не умеющий жить минутой, вообще, не будет счастлив, потому что вся жизнь складывается из минут.
Федор /злясь на ее благодушие/. Да чушь все это! Детский бред!
Федор. /отмахиваясь/. Ты знаешь, как надо горбить, чтобы хоть чего-нибудь в жизни добиться? Да черт с ним — добиться. Просто не зависеть от фокусов судьбы. Иначе будет тебя швырять, как попало. И куда попало.
Зоя. Наверное, ты прав. У тебя есть жизненный опыт, а у меня нет… Ого! Смотри — знакомое лицо.
Попутчик. А, земляк! И — ты здесь, оказывается. Привет, девушка! А я покантовался в Сухуми — надо, думаю, ближе к природе. А вы сразу сюда?
Федор. Сразу.
Попутчик. Ну и правильно. Отдыхать, так отдыхать. В «пулю» третьим не пойдешь?
Федор. Жарко.
Зоя. Федь, а правда, сыграй. Я же вижу — хочется.
Федор. «Пуля» дело долгое, часа два, а то и три.
Зоя. Ну и что? Я буду за тебя болеть.
Попутчик. Во, девушка, молодец! Здраво мыслит.
Федор. Ну, допустим я третий, а второй где?
Попутчик. Второй-то? Да вон, у буйка. Ему только картами помаши — как акула приплывет, мировой рекорд поставит. /Машет картами, кричит/. Эй!.. /Федору. / Ты как — «сочинку»? «Ленинградку»?