Федор. Мне без разницы.
Попутчик. «Сочника», по копейке — идет?
Федор. Пожалуйста.
Попутчик. Нам хоть на щелчки, лишь бы расписать. Ну, черте что! Пол-отпуска мимо, а третьего все нет! Тасуй пока, а я расчерчу.
Федор берет карты, тасует.
Зоя. Я схожу домой на часок?
Федор. А чего тебе там?
Зоя. Белье доглажу. Я быстро.
Федор. Ну, давай, в темпе.
Зоя. Ага. /Целует его в щеку, уходит. Оглянувшись, машет рукой и чмокает вслух/.
Попутчик. Вот у нас в Москве компания, там один доктор наук. Он у себя в институте дал указание — «пулю» на машине отпечатали, сразу сто листов. Я вот думаю — ну чего стоит взять ее и официально в типографии выпускать. Допустим, по три копейки штука. И народу польза, и государству.
Федор. Ну, где там твоя акула?
Попутчик. Вон, вылезает. Э-эй!
Федор /входя/. Привет, Самвел!
Самвел. Добрый день… Уже?
Федор /с недоумением/. Чего — уже?.. Долго ли умеючи!.. Зою не видел?
Самвел. Как не видел! Видел. Попрощались.
Федор. Почему — попрощались?
Самвел. Ты разве не провожал?
Федор. Ну-ка, погоди… /Бросается в комнату, ищет Зоины вещи, чемодан. Чемодана нет. На кровати Федора стопка выглаженного белья. Сверху лежит тетрадный листок, придавленный букетиком. Федор быстро пробегает листок глазами, кладет на место и выбегает из комнаты. / Своеобразно… / Самвелу, спокойно. / Давно уехала?
Самвел. Два часа, полтора часа… Ничего не сказала?
Федор. Сюрприз устроила… /Найдя приемлемую формулировку. / У нее отпуск кончился — вот и устроила сюрприз. Удобная женщина — провожать не надо.
Самвел /оглаживая неловкость/. Это ты правильно! Хорошая девушка! Москвичка! Провожать не надо!
Федор. Ладно, прошвырнусь. Парни вроде «пулю»' затевали… Слушай, а поезд опоздать не мог?
Самвел. Нет, поезд не опоздал. Поезд уже давно гудел.
Федор. Ну, ладно. А хорошая, все-таки, девчонка. У другой бы сейчас и слова, и слезы, и черте что. А она бельишко выгладила, а сверху — записка и букетик. Красиво развязала!
Самвел. В Москве найдешь.
Федор. Да надо будет… /Отходит./
Официант. А где дама?
Федор. Отпуск кончался. В Москву уехала.
Официант. Ах, жалко! Красивая девушка. Позавидовать можно.
Федор. Конечно, жалко. А что делать? Как это у вас на Кавказе поют: потерял одну, так опять найдем?
Официант /сочувственно/. Десять найдем!
Федор. Нет дамы, зато есть свобода… Ну, что там у тебя сегодня?
Официант. Все меню есть.
Федор. Ты смотри!
Официант. Такой удивительный день — почему-то все есть.
Федор. Тогда, значит… помидорчики, сациви… ну, и шашлык. Что еще? Еще винишко, бутылку местного.
Официант. Значит так. Помидоры — один. Сациви — один. Шашлык — один. Вино местное — тоже один. Все?
Федор. Еще водчонки. Не здесь, с собой.
Официант. Водки с собой — один.
Федор, Водки — пару. Две. Пускай стоят… Надо ж отметить свободу.
Официант. Обязательно надо. Такая девушка уехала надо отметить!
Федор оказывается на улице. Там же возникает попутчик. Он стоит, постукивая ботинком об асфальт, будто бьет копытом.
Федор. Ну, что — клюет?
Попутчик /ответив кисловатым жестом/. А ты чего один? Девушка твоя где?
Федор. Отпуск кончился, уехала. Теперь вольный казак.
Попутчик. А-а…
Федор. Чего тут вообще, вечерами-то?
Попутчик. Да чего? Танцы в доме отдыха. Но это бодяга. /Вздыхает/. Еще, вон, санаторий есть.
Федор. А там чего?
Попутчик. Да тоже танцы. Один черт.
Федор. Небогатый выбор.
Попутчик. В Сочи — хоть в цирк сходить можно.
Федор. Ну, ладно, будь здоров. Спать пойду. До завтрашней «пули».
Попутчик. Оно бы и сейчас неплохо. Напарник мой, правда, в кино хотел, но если свистнуть — как лев примчится.
Федор. Пусть смотрит кино. Картежничать вечерами на юге это уж последняя стадия…
Федор отходит в сторону. И вот он уже в той самой комнате в доме Самвела выставляет бутылки на стол. Входит Самвел с двумя бутылками, вина.
Самвел. Зачем деньги тратить? Когда свое есть?
Федор. В другой раз. Сегодня женщин нет, можно — водку. Садись, Самвел.
Самвел. Спасибо. Только давай сегодня понемножку.
Федор /наливая водку в стаканы/. А нам много и не надо. Будь здоров!
Самвел. Спасибо. Ты тоже будь здоров. Чокаются, пьют.
Федор. Завидую тебе — четырех мужиков вырастил.
Самвел, Ты тоже вырастишь. Давай за детей! Чокаются, пьют.
Федор. Пока мои дети народятся, твои внуки в школу пойдут.
Самвел. Твои тоже пойдут. Раньше, позже — все пойдут.
Федор. А теперь давай по полному — за Зойку. Чтобы ей ехалось легко.
Самвел. Вот это правильно. Пусть едет легко. Хорошая девушка. Москвичка.
Федор. Ни сцен, ни обид. Только записка и букетик.
Самвел. Добрая девушка. Нежная.
Федор. Где-то у меня ее телефон был. Рабочий. Бумажка с телефонов. В карман я ее, что ли, сунул? /Рывком вытаскивает чемодан, роется в нем. Достает бумажник, вытряхивает на стол документы, деньги. / Черт, куда ж я ее сунул?.. А это еще что? Вот тебе раз! Самвел, это же Зойкины деньги.
Самвел. А почему у тебя?
Федор. Сама отдала, еще в поезде. Думал, пусть лежат, целее будут, перед отъездом отдам. А теперь, значит…
Самвел. Вот и разбогател.
Федор. Разбогател… Слушай, у нее даже на вагон-ресторан нету. Двадцатка всего и была!
Самвел. Если без плацкарты — хватит.
Федор. Но как же это вышло-то?
Самвел. Ты меня спрашиваешь?
Федор, Где-то была бумажка с телефоном…
Самвел. Человек не иголка, найти можно.
Федор /берет Зоино письмо, читает/. Родной мой мальчик!.. /Опускает голову./
Зоя. Родной мой мальчик! Вот и пригодилась двадцатка, которую ты так неосторожно мне оставил. Женщина проявила независимость. Не хмурься и не сердись за внезапное бегство — я просто боялась официального прощания и вынужденных слов про будущее. У нас с тобой нет будущего, я это быстро поняла. Что ж, зато теперь есть прошлое. Я где-то читала, что некоторым больным, чтобы сердце не остановилось, зашивают под кожу маленький моторчик. Сейчас и у меня есть такой моторчик — наши четырнадцать дней… За меня не беспокойся — по рукам не пойду и в монастырь не постригусь. Этим летом поступлю в институт, на вечернее или заочное. Ты так хотел, и я поступлю. Помнишь, тогда ночью ты подарил мне свои глаза? Спасибо, милый, я теперь на многое в жизни буду смотреть твоими глазами… А тебе желаю здоровья, радости и женщину, от которой ты захотел бы детей. Прикасаюсь к тебе. Твоя девочка на две недели.
Зоя исчезает.
Федор. Видишь — букетик оставила. /Берет букетик. / Давай закончим?
Самвел. Давай сегодня — хватит. Извини, конечно, но лучше сейчас лечь.