— Э-э… Будешь что-нибудь? Юи-юи.
— А, извини, не надо прозвищ… — Юи-юи хлопнула в ладоши.
— Да не стесняйся. Заказывай, Юи-юи.
— Прекрати, говорю! Я буду то же, что и Комачи!
— Замётано, будет кола, Юи.
— Хватит! …А?
Юигахама ошарашенно заморгала.
Ну, как бы это… Я только что выпалил её имя.
Следующим был Заимокуза.
— Заимокуза, а ты что будешь? Карри?
— За обжору меня держишь, деревенщина?.. Я буду Супер-Святую Воду.74
— Сидр, значит. Понятно.
— Он и вправду понял… — Прошептала Комачи. — Братик отлично ладит с Чуни-саном…
Собрав все заказы, я открыл дверь и покинул комнату.
— Э-э… кофе, чай, кола и… а этому что? Карри?
Подбирая напитки один за другим, я слышал громкий шум и пение. Кажется, почему-то они доносились из соседней с нами комнаты.
— Ох, там рядом совсем чёрт знает что. Но, это, нехорошо же так взрываться и шуметь… наверно, стоит предупредить их…
Не знал я в тот момент, как потом об этом пожалею. Не увидь я того кошмарного зрелища, наверняка сумел бы вернуться домой в хорошем настроении. Лицезреть такое — это же настоящая трагедия…
Я подошёл к соседней двери и аккуратно постучал. Но похоже, мой стук утонул в громкой музыке.
— Хм? Не слышат? Ладно, пожалуй, надо заглянуть.
Повернув ручку двери, я приоткрыл её и заглянул в щель.
— Хирацука? Она здесь одна, но это точно она.
Она всегда более-менее сама по себе, так что ошибки быть не могло.
Сжимая микрофон, Хирацука безучастно смотрела на экран. Вид у неё был довольно измотанный.
— Песни о любви — это лишь обман, жульничество и ложь… Не хочу петь одна… А в соседней комнате, кажется, свадьба, они так радостно и весело шумят… Популярные, чтоб вам сдохнуть… — Вздохнула она.
Едва услышав её, я резко захлопнул дверь. Но не смог отгородиться от этого плачущего голоса, пробивающегося сквозь щели.
И невольно всхлипнул сам.
— Г-госпожа Хирацука… ну женитесь же на ней хоть кто-нибудь… вот чёрт, она сюда идёт.
Наверно, она заметила, что кто-то открыл и закрыл дверь. Я поспешно отскочил и бросился к стойке с напитками, делая вид, что ничего и не было.
Хирацука с усталым выражением лица подошла сюда же.
— Пить охота… — Вздохнула она. — О, Хикигая? Не ожидала встретить тебя здесь.
— П-продлённый день, хе. У-учитель, а почему вы здесь?
Хирацука на мгновение пришла в смятение, но быстро взяла себя в руки.
— Я, хех. Я, это… н-ну, это такой способ снять стресс. А ты… а, точно. День рождения Юигахамы, да? Здесь веселитесь?
— Ну да, надо полагать.
Хирацука совершенно неожиданно мягко улыбнулась.
— Понимаю, — сказала она после паузы. — А, извини, я покурю.
Она достала из нагрудного кармана сигарету и закурила. В воздухе заклубился выдохнутый дым.
— Ты немного изменился за это время. В прежние дни ты никогда не пришёл бы к кому-то на день рождения. Как твой учитель я горжусь тем, что это я подтолкнула тебя и вижу, как ты меняешься.
— Учитель…
— Ну, хоть я так и сказала, Хикигая, мы же говорим о тебе. Как бы то ни было, тебе, наверно, кажется, что обычная жизнь сплошной обман, и ты думаешь о ней, как о фальшивке. Сейчас это нормально. Глубина твоих сомнений доказывает, что ты думаешь об этом всерьёз. Мне нравится такая твоя черта. Нет нужды спешить. Однажды ты найдёшь ответ.
Эта женщина и впрямь меня отслеживает. Она не поощряет и не отвергает меня, она видит меня таким, какой я есть. От этой мысли в груди стало чуточку теплее.
— …Учитель. Если уж вы здесь, почему бы вам не зайти к нам?
— Хм? Спасибо за приглашение, но… — Хирацука перешла на бормотание. — Я сказала Юигахаме, что иду на другую вечеринку… если она узнает, что меня оттуда прогнали… — Она прочистила горло. — Извини, вынуждена отказаться. Если я вам помешаю, получится нехорошо.
— Вы не помешаете. У нас слишком разный возраст, и мы не узнаем ваших песен. Даже если вы их запоёте, это будет пустой тратой времени!
Я всего лишь хотел выказать участие, но Хирацука почему-то сжала кулаки.
— Хикигая, заткнись и получай. Шокирующая Первая Пуля-а-а-а-а-а-а!
— Так значит, здесь тоже есть бар с напитками. Я была уверена, что такое встречается только в семейных ресторанчиках.
— Не, думаю, что-то вроде этого во всех караоке есть.
Юкиносита и Юигахамой разговаривали. В разговор влился голос Комачи.
— Но если подумать, почему тогда караоке? Если речь о том, чтобы пить, сколько хочешь, почему тогда не ресторанчик?
— Потому, что тут отдельные комнаты? — Ответил Тоцука.
— А-а, понятно, — согласилась Комачи. — Слушайте, раз уж мы пришли сюда, я хочу петь.
В голосе Комачи звучало предложение. Почувствовав это, Юигахама взяла быка за рога.
— Ага, точно! Мне казалось, что сегодня никто петь не хочет, вот я и не лезла!
— Как обычно, Юигахама, ты ведёшь очень утомительную жизнь… не стоит сдерживаться, — сказала Юкиносита. — Тем более, сегодня твой день рождения. Можешь немного расслабиться.
— Юкинон… ладно.
Всё это я услышал, подходя к двери. И постучал в неё.
— Э-эй, откройте мне дверь!
— Братик, ты вернулся, — сказала Комачи.
— Хачиман, сейчас открою! — Тоцука подбежал к двери и распахнул её.
— Спасибо, Тоцука.
Наверно, в моём голосе слышался отзвук грусти, потому что Тоцука обеспокоенно посмотрел на меня.
— Х-Хачиман? Что-то не так? Случилось что-то печальное?
— Нет, ничего. Ничего не случилось. Ничего печального не было…
Да, ничего не случилось. Не было грустной учительницы, по-прежнему одинокой… Я усилием воли стёр воспоминания. Иначе я и сам грустить буду.
Я поставил поднос со стаканами на стол и услышал преувеличенно грозный голос Заимокузы.
— Хачиман! Ты так долго! Не бросай меня одного! Я машинально начал играться с мобильником!
— Утихни. Одиночке в такой момент лучше делом заниматься — так ты избавлен от жалостливых взглядов.
— Вау, какой гадкий способ поднять уровень.
Комачи обдала меня восхищением — разве что не по той причине, что я предполагал.
Заимокуза застонал, словно я убил его дух, и хлопнул себя по колену.
— Когда пойдёшь за напитками в следующий раз, можешь и меня пригласить! Дозволяю!
— Это что ещё за цундерятина? Юкиносита, вот твой чай.
Я передал чашку Юкиносите, та быстро её подхватила.
— Спасибо. — Она повернулась к Юигахаме. — Юигахама, так что ты хотела сказать?
— А, да. Юкинон, споёшь со мной? А то одной петь как-то неловко.
— Исключено.
И снова мгновенный ответ.
— А-а? Разве ты не говорила, что я могу просить тебя о чём угодно?
— Я не имела в виду такое…
— Слушай, Юигахама. Юкиносита не доверяет своему пению. Пойми.
— Вот как? — Безучастно спросила Юигахама.
Юкиносита выпятила грудь и скрестила руки, демонстрируя самоуверенность.
— Хмф, я разочарована, что ты так меня недооцениваешь. Скрипка, рояль, Электон…75 Мне любая музыка по силам.
— Рояль и Электон звучат одинаково…
Похоже, она хотела сказать, что в делах музыкальных она мастер.
— Я не питаю неприязни к пению как таковому. Но я не уверена, что мне хватит сил больше, чем на одну песню.
— Твоё отсутствие выносливости — это нечто…
И как она ещё живёт на белом свете?
Юигахама настойчиво подёргала Юкиноситу за рукав.
— Юкинон, Юкинон, если мы споём вместе, потребуется вдвое меньше сил, правда?
— Что это за уравнение такое?.. Впрочем, если ты так настаиваешь, я составлю тебе компанию на одну песню.