— Не стоит беспокоиться, правда.
— И потому! Можешь подписать мою новую рукопись.
— Не стоит беспокоиться, правда…
Слова были те же, но температура опустилась до абсолютного нуля.
— О-ох, что за незадача. Ну тогда я дам тебе диск «Мой выбор — сотня песен из аниме».
Едва я услышал это, не раздумывая, схватил Заимокузу за плечи и тряхнул, останавливая.
— Прекрати, Заимокуза. Просто прекрати.
— П-почему? И откуда такое горестное выражение, это на тебя не похоже.
Непонимающе пробормотал он, глядя на меня через плечо.
— Ничего не попишешь. Я тебе расскажу… историю, что случилась с другом моего друга…
— К-кажется… я такое уже слышала…
На лице Юигахамы прорезалось беспокойство.
И я начал свой рассказ.
— Это случилось в средней школе. Была там девочка, которая ему нравилась. Она была красивая, любила музыку, ходила в клуб духовых инструментов. В её день рождения мой друг собрал в кулак всё своё мужество и преподнёс девочке подарок. Он знал о её любви к музыке и ночь напролёт подбирал песни из аниме. Очень тщательно подбирал. Это не был выбор отаку, он даже предусмотрительно вставлял песни о любви из списка лучших во все времена.
— Хм-м, какое величие духа.
— Попахивает неприятным поворотом…
Пробормотали Заимокуза с Юкиноситой, но суть истории была ещё впереди.
— Девочка приняла подарок, и мой друг был счастлив до слёз. Но на следующий день случилось страшное. Когда на большой перемене по школьной радиосети крутили модные песни, ведущий объявил — «А-а-а теперь по просьбе Хачимана Отагая из 2-С (фырк) песня о любви (фырк) для Ямаситы-сан!»
— Хватит! Прекрати, Хачима-а-а-ан!
— А-а-а-а!
Заимокуза вцепился в меня обеими руками. Из моих глаз хлынули слёзы. Юигахама отвела глаза, не желая на это смотреть.
— Так это был Хикки…
— Дура! Не я это был! Это был Отагая!
Но мне никто не поверил. Даже на лице Юкиноситы недавняя симпатия сменилась чем-то, сильно смахивающим на страх.
— Я тебя переоценивала, Хикигая… ты даже более жалок, чем я только могла себе представить…
— Даже когда братик закончил школу, имя Отагая осталось на слуху, — сказала Комачи. — Мне непросто было притворяться, что это кто-то другой…
— Хачиман, ты стал легендой… — Добавил Тоцука.
Слушать эти негромкие голоса, смешивающиеся с моими тихими всхлипываниями, было слишком мучительно, чтобы что-нибудь говорить.
— А-а-а, спасибо вам, спасибо! Это был мой лучший день рождения в жизни, — сказала Юигахама, глядя на гору подарков.
— Ты преувеличиваешь, — пожала плечами Юкиносита.
— Ничуть! Я правда счастлива. До сих пор я радовалась, когда папа с мамой праздновали вместе со мной, но… этот год и правда особенный… Спасибо, Юкинон.
— …Я-я всего лишь сделала то, что сделал бы каждый.
Юкиносита отвела взгляд.
Юигахама, как обычно, ей улыбалась. Должно быть, это и впрямь был хороший день рождения.
— Знаешь, Юигахама, тебе определённо везёт. Я в прошлом году получил на день рождения тысячу иен. И всё. Без всякого торта.
— Хмф, и у меня то же самое. Только вместо наличных меня сводили в KFC.
— П-правда?.. А у меня в семье сделали торт. А на следующее утро под подушкой лежал подарок…
— Наверно, с каким-то другим праздником спутали.
Но я слишком хорошо понимал, как хочется устроить Тоцуке замечательный день рождения. Его родители — молодцы.
Наша же семья, с другой стороны… едва я подумал об этом, заговорила Комачи.
— Если подумать, братик, ведь это только к тебе так относятся, да? В мой день рождения мы вместе ходили за подарками, вместе пообедали и по дороге домой купили торт.
— Наверно, лишь Хикигая нелюбим… — Заявила Юкиносита.
— Слушай, ты! Хватит нести чушь! Я очень даже любим! Иначе у них будут проблемы, ведь им придётся заботиться обо мне ещё лет двадцать!
— Ну и сынок у твоих родителей… — С явным отвращением пробормотала Юигахама. А это больно.
Комачи поморщилась. — Ну, наши родители довольно непутёвые…
— Они настолько непутёвые, что я даже восхищаюсь.
— Как и положено… — Всерьёз заявила Юкиносита. Но она просто не понимала.
— Я родился восьмого августа, и они без лишних заморочек назвали меня «Хачиман».70
— Они и в самом деле непутёвые!
А я о чём? Но Юкиносита была не согласна.
— А разве не так принято имена давать? И у меня так было. Меня назвали так потому, что шёл снег, когда я родилась.71
О боже, оказывается, я не один такой. Но имя «Юкино» отлично соответствовало фамилии «Юкиносита», так что я промолчал. Зато высказалась Комачи, которая, кажется, тоже так считала.
— Но «Юкино» замечательное имя, ты в курсе?
— Спасибо. Я его тоже не ненавижу. На самом деле, мне даже очень нравится. А ещё я думаю, что «Комачи» — отличное имя, и оно очень тебе подходит.
— Ю-Юкино-сан…
— Эй, Юкиносита, завязывай соблазнять чужих сестёр. Дева Мария следит за тобой.72
Казалось, атмосфера настолько душевна, что на заднем плане расцветают лилии. И порушил её, конечно же, Его Светлость Заимокуза.
— Кхем. Так вам всем родители имена давали.
— А что, у тебя не так? — Поинтересовался я.
Заимокуза вдруг откинулся назад, едва не опрокинувшись.
— Моё имя пришло из глубины веков. Я понимаю, это сама судьба послала его моим родителям, чтобы они им назвали меня…
— Ве-е-е-ерно.
Как будто это кого-то волнует.
— Хмф. По стечению обстоятельств «судьба» следует читать как «дедушка».
— Так бы сразу и сказал…
До смерти бессмысленно. Едва я подумал это, в разговор вмешался Тоцука. И его информация была отнюдь не бессмысленной. Можно даже сказать, сверхсекретной.
— Ха-ха-ха, у меня, наверно, самое обычное имя из всех. Меня назвали так, чтобы моя жизнь добавляла всем цвета.73
— О, твоё имя отражает твой характер. Тоцука, ты действительно добавил цвета в мою школьную жизнь.
— Чёрт, да хватит уже дразниться! Я на тебя разозлюсь, понимаешь?
Хочу, чтобы он на меня разозлился…
Пока я расплывался в блаженной улыбке, Тоцуке, кажется, что-то пришло в голову.
— О. Слушай, Юигахама, — заговорил он. — А почему тебя назвали Юи?
— А? Меня? — Она задумалась. — Ну-у, честно говоря, я никогда не спрашивала…
— Это же твой день рождения, так что почему бы тебе не спросить, когда придёшь домой? — Предложила Юкиносита. — Раз твои родители так любят тебя, уверена, ты услышишь чудесную историю. Если тебе понравится, можешь и мне её пересказать.
— Юкинон…
— Э-эй, Юкиносита. На сей раз за тобой и Будда следит.
На сей раз на заднем плане я увидел ореол просвещения. Не слишком романтично.
— Слушайте, и у Хикки, и у Юкинон, и у Сая, и у Чуни имена со смыслом… ох. — Юигахама о чём-то задумалась.
— Что такое? — Поинтересовался я.
Юигахама со слегка подавленным видом опустила голову.
— Н-ничего… Просто я вдруг поняла, что только у меня нет прозвища.
— Ну так только ты прозвища и раздаёшь. Мне моё, к примеру, совсем не нравится.
— Я тоже поначалу сопротивлялась, но всё оказалось бесполезно, и я в конце концов сдалась… — Добавила Юкиносита.
— Когда тебя зовут «чуни», это немного неприятно, — фыркнул Заимокуза.
Но даже совместными усилиями убедить Юигахаму, похоже, не удалось.
— А? Почему? Я думала, это хорошие прозвища…
— А-а я не против, — вмешался Тоцука. — И мне кажется, «Хикки» звучит очень мило.