Шторм отвела один удар, с шипением от боли приняла второй на запястье, потом потеряла терпение и обрушила вниз свой меч, рубанув руку Калантара, сжимавшую пряжку. Он выплюнул проклятие и снова ударил кинжалом, поэтому она занесла меч повыше и рубанула посильнее, отрезая ему руку.
Отделившись от тела, рука продолжала сжимать пряжку.
Шторм схватила истекающую кровью отрубленную конечность вместе с пряжкой, пытаясь не обращать внимания на пульсирующее синее мерцание.
Она видела, что пятеро призраков устремили взгляды на неё и побежали, приближаясь со всей скоростью, на которую были способны.
Глатра снова была на ногах и тоже бежала к Шторм — и была намного ближе. Боевая волшебница пыталась на ходу выдохнуть заклинание, но когда споткнулась о бесчувственного на первый взгляд Мирта, глубоководец ловко сбил её с ног своей волосатой рукой. Когда Глатра рухнула ничком, он с усмешкой поднялся и закричал Шторм:
— Беги, подруга! Уходи! Я попытаюсь…
Пятеро призраков почти настигли его.
Шторм вздрогнула, не желая видеть того, что сейчас должно было случиться с Миртом — а потом, с неожиданной вспышкой и мгновением бесшумного, лёгкого движения, всё это пропало.
Улица, призраки, Глатра и всё остальное.
Магия Эльминстера унесла её прочь.
Шторм моментально оказалась на твёрдом, гладком и знакомом ей полу.
Она стояла на складе, сжимая отрубленную руку лорда Калантара, и синее мерцание поясной пряжки, сжатой в этих пропитанных кровью пальцах, постепенно угасало.
К ней бежал Эльминстер, Арклет и Амарун — сразу за ним. На Рун была её маска и почти ничего больше; синее пламя, которым одела её магия Эльминстера, пропало.
— Я… — начала Шторм, но нахмурившийся Арклет на бегу подхватил старый стул и с силой швырнул его.
Шторм пригнулась, и стул вонзился прямо… в боевую волшебницу Глатру, которая только что возникла у неё за спиной.
Глатра рухнула на колени, изрыгнула проклятие, схватила с пояса жезл и активировала его, взрывая…
Эльминстера, который прыгнул, заслоняя собой Шторм. Пламя с рёвом обрушилось на него.
В мгновение ока его знакомое лицо и борода исчезли, огоньками иллюзии растворившись в огне, разрывающем на части принадлежавшее некогда Эпплкрауну тело.
Вытаращившееся лицо человека куда моложе настоящего Эльминстера полетело по воздуху, когда взрыв из жезла Глатры расшвырял во все стороны всё, что осталось от Релдика Эпплкрауна.
Полетели оторванные конечности, взметнулась пыль, Арклета бросило на груду ящиков, где он и приземлился со стоном.
Взрывная волна заставила Шторм заскользить мимо него по складскому полу, серебряные волосы цеплялись за ящики и бочки, пытаясь замедлить хозяйку.
Голая и безоружная, Амарун Белая Волна бросилась на Глатру, яростно хлестнула волшебницу по лицу и выбила у неё жезл. Глатра попыталась снова схватить его и вместо этого получила твёрдым локтем под подбородок, когда Рун откатилась в сторону, чтобы отбросить жезл как можно сильнее и дальше, прочь в туманную даль заставленного ящиками склада.
Две женщины царапались и катались по земле ещё пару безумных мгновений, прежде чем Глатра вырвалась за пределы досягаемости Рун и обернулась, чтобы перевести дух и достать следующий жезл — парализующий.
Имеено тогда в неё врезалась Шторм в безумном прыжке через ящики, широко разведя руки, чтобы боевая волшебница не смогла увернуться
Глатра попыталась.
В итоге они обе оказались на полу, борясь и пинаясь. Локоны Шторм быстро опутали запястья Глатры и заткнули ей рот, не позволяя использовать магию — пока бард Долины Теней не смогла схватить волшебницу за голову.
Шторм безжалостно ударила голову Глатры о пол, затем вцепилась в волосы и снова обрушила ей вниз. И ещё раз.
И ещё раз, пока противница под ней не обмякла.
Затем последний раз, просто чтобы удостовериться.
Глатра была не способна притворяться. Она начисто вырубилась.
Задыхаясь, Шторм откатилась в сторонку, схватила поясную пряжку — та всего на мгновение вспыхнула синим — и закричала:
— Мы должны попасть к Симбул немедленно! Эл?
Прах Эльминстера скользил по полу, как змея, направляясь к Амарун, но Арклет воскликнул:
— Нет! Ко мне, Эл! Ко мне!
Прах покорно повернул к молодому лорду.
Который поднялся на ноги, содрогаясь, чтобы приказать:
— Рун, одевайся! Во дворец!
— Что ж, по крайней мере в одном боги нам улыбнулись, — пробормотал королевский маг, выкладывая из футляров на стол могущественные скипетры и жезлы. — С Эльминстером должно было что-то произойти. Им придётся пройти здесь, а не телепортироваться мимо нас к дворцовым воротам по их выбору. Это даст нам достаточно времени, чтобы хотя бы попытаться приготовиться.
Сэр Талонар Винтер и старший рыцарь Эксрель Старбридж стояли перед ним, уже облачённые во все магические наручи, шлемы, нагрудники и гульфики, которые Ганрахаст сумел отыскать за такой короткий срок. Он продолжал выкладывать кинжалы, мечи и маленькие баклеры, пока боевые маги-новички ровным потоком приносили в комнату оружие, щиты и доспехи, снятые со стен и стоек по всему дворцу.
— Это бой насмерть, — мрачно добавил королевский маг. — Призраков синего пламени послали убить наших дворян, а теперь они идут сюда, что может означать лишь одно — они замыслили цареубийство. Шторм Среброрукая, лорд Арклет Делькасл, та танцовщица и не менее пяти следующих сразу за ними призраков…
Он резко развернулся, чтобы посмотреть в ближайшее прорицательное око и убедиться, что то, о чём он говорит, по-прежнему остаётся правдой. Печально, но так и было.
— …попытаются проникнуть во дворец. Мы должны помешать им любой ценой. Если они сумеют дойти досюда, мы обязаны пожертвовать жизнями, но не позволить им добраться до короля. Я займу последний рубеж обороны, поскольку я должен телепортировать его величество прочь, если другие способы потерпят неудачу. Я отошлю короля в одиночестве, поскольку не стану бежать от этого боя.
— Это в обязанности королевского мага не входит, — напугав их всех, прошипел неожиданный голос. Они разом повернулись к его источнику — к месту, которое было слишком маленьким для человека, за столом, заваленным зачарованными доспехами и оружием — и узрели в воздухе колышущийся дымок, слабое теневое присутствие.
Дымок немного потемнел, превратившись в женскую голову и плечи с руками и мечом… которые просвечивали насквозь.
— Я Алусейр Обарскир, — сказало им существо, — и я буду сражаться. Ганрахаст, как королевский маг, ты обязан позаботиться о выживании королевства, а не короля Форила. Ты не должен сложить голову, сражаясь здесь!
— Этого выбора, ваше высочество, — вежливо отозвался Ганрахаст, — мне могут не предоставить.
— Не предоставят, — шагнув в комнату в потоке юных боевых магов, подтвердил король Форил. У него на плече, как паук, сидела бородатая голова Вангердагаста.
— Вы все должны отступить и позволить нарушителям войти, — негромко добавил король Кормира. — Им нужно достичь комнаты Бдительного Стража, чтобы использовать Шаг Долин. Позвольте им это сделать.
Алусейр посмотрела на него.
— Но…
— Великая принцесса, величайший регент, что был когда-либо у Кормира, — вежливо ответил Форил, — доверьтесь мне в этом и покоритесь. Пожалуйста. В конце концов, я сейчас король.
Алусейр долго смотрела ему в глаза, затем кивнула и опустила свой призрачный меч.
Король Форил указал на неопытных магов и приказал:
— Откройте ворота и впустите Шторм и всех, кто её сопровождает. Им следует позволить свободно пройти по дворцовым залам. Сообщите всем. Поспешите.
Несколько волшебников подпрыгнули от звенящей суровости последнего слова. Они приземлились уже на бегу, выскочив из комнаты, чтобы выполнить поручение.
— Надеюсь, ваше величество, вы не совершаете ужасной ошибки, — тихо сказал Ганрахаст.