— Кто все это видел? — резко спросила императрица. — Приведите его ко мне! Капитан Хедрок спал, когда началась атака?
— Нет… — офицер осекся, подбирая слова. — Нет, ваше величество, он был внизу, в склепах.
— Где?
Офицер был в растерянности.
— Ваше величество, когда вы вышли из дворца, капитан… ваш супруг…
Она сказала, теряя терпение:
— Называйте его принцем Хедроком, пожалуйста.
— Благодарю вас, ваше величество. Принц Хедрок спустился вниз, в склепы, и вынул часть стены…
— Что-что? Продолжайте!
— Слушаюсь, ваше величество. Благодаря его новому положению солдаты караула оказывали ему всяческое содействие.
— Естественно.
— Помогли вынуть металлическую секцию стены, дотащить до лифта и поднять наверх, в этот коридор. Солдаты докладывали мне, что секция была невесомой, но как бы природой своей сопротивлялась передвижению. Она примерно двух футов ширины и шести с половиной футов длины. Кап… принц Хедрок прошел сквозь нее и исчез, а потом вернулся…
— Сквозь стену? Полковник, о чем вы говорите?
Офицер поклонился:
— Извините меня за бессвязность, мадам. Я не все видел — пришел чуть позже. Но считаю важным то, что произошло на моих собственных глазах. А именно — он вошел в эту защитную стену, исчез и через минуту вернулся.
Императрица ничего не могла понять, хотя не сомневалась, что в конце концов доберется до сути.
— Принц Хедрок спустился в склепы глубоко под дворцом, вынул секцию стены, и что же потом? — с издевкой спросила она.
— А потом, ваше величество, он принес ее наверх, прямо во дворец, и стоял в ожидании.
— Это было перед атакой?
Офицер покачал головой:
— В самый разгар. Когда концентрированный огонь пробил брешь в стене, он был все еще в склепах. Как начальник дворцовой гвардии, я лично предупредил его об атаке. Он тут же поспешил сюда, где его и схватили.
Императрица снова теряла уверенность в себе. Действия Роберта описали достаточно подробно, но их смысл так и не прояснился. Скорее всего Роберт что-то предвидел, поэтому спустился в склепы вскоре после ее ухода на встречу с Гонишем. По-видимому, у Роберта был свой план. А последующие его шаги представляются нелогичными. Зачем на глазах нападающих и защитников дворца он манипулировал с секцией стены? Использовал возможность трансмиттера, изобретенного Торговым Домом? Затем исчез — это вполне понятно. А для чего вернулся? Сделал безрассудный шаг, позволил захватить себя в плен?..
Хоть что-то после него осталось?
— Где же эта стена или секция? — спросила императрица.
— Она сгорела сразу после того, как принц Хедрок предупредил члена Совета Торгового Дома, который руководил операцией.
— Предупредил… О чем? — Она повернулась к дель Куртину: — Кузен, может быть, вы сможете разобраться. Я отказываюсь что-либо понимать.
Принц дель Куртин сохранял спокойствие.
— Мы все устали, ваше величество. Полковник Найсон был на ногах всю ночь. — Он обратился к покрасневшему офицеру: — Полковник, насколько я понимаю, пушки Торгового Дома пробили брешь в конце коридора. Затем самоходная установка приблизилась к пробоине и высадила людей, которые оказались неуязвимы для огня наших подразделений. Так?
— Абсолютно правильно, сэр.
— Ими руководил Питер Кадрон из Высшего Совета Торгового Дома и, когда они добрались до определенного места в коридоре, там стоял принц Хедрок и ждал. Еще раньше из тайника в склепах он принес какую-то электронную плиту или щит размером шесть на два фута. Он стоял рядом с этой штукой и ждал, чтобы все могли увидеть, что он делает, затем шагнул в плиту и исчез. Плита продолжала стоять, по-видимому, что-то поддерживало ее с противоположной стороны; этим можно было бы объяснить то сопротивление, которое она оказывала, когда солдаты тащили ее из склепов. Через минуту после исчезновения принц Хедрок вышел из плиты прямо на людей Торгового Дома и предостерег Питера Кадрона.
— Верно, сэр.
— Повторите его слова!
— Он спросил члена Совета Кадрона, помнит ли тот законы Торгового Дома оружейников, запрещающие любое вторжение в помещение, где находится имперское правительство, и предупредил его, что члены Совета пожалеют об этом своевольном действии, да будет поздно. Нельзя попирать один из двух основных законов айшеровской цивилизации.
— Он сказал это! — Голос императрицы дрожал от возбуждения, глаза сверкали. Она резко повернулась к своему родственнику: — Кузен, вы слышали?
Принц дель Куртин отвесил поклон, затем обратился к полковнику Найсону.
— Мой последний вопрос: как вы считаете, была ли у принца Хедрока хоть какая-нибудь возможность осуществить свою угрозу?
— Нет, сэр. Физически он был полностью в их власти, я абсолютно в этом уверен. Даже я, стоя поодаль, мог бы застрелить его, а они тем более.
— Благодарю вас, — сказал принц дель Куртин. — Это все.
Ну нет, далеко не все! Осталось основное — спасти капитана Хедрока. Она мерила шагами комнату взад-вперед, взад-вперед.
Рассвело. Серый утренний свет просачивался сквозь огромные окна ее кабинета и постепенно добирался до темных углов, не проникая только туда, где горело искусственное освещение. Она взглянула на принца дель Куртина, с тревогой наблюдавшего за ней, и замедлила шаг.
— Не могу поверить. В голове не укладывается, чтобы капитан Хедрок сболтнул что-либо ради красного словца. Возможно, существует организация, о которой мы ничего не знаем. Ведь он же, — она помедлила, — сказал мне, что не является, не был и никогда не будет приспешником Торгового Дома оружейников.
Дель Куртин сдвинул брови.
— Иннельда, ну что ты попусту изводишь себя? Ничто не случается вдруг. Человеческие существа, являясь тем, кто они есть, рано или поздно проявляют ту энергию, которой наделены. Это столь же непреложный закон, как эйнштейновская теория тяготения. Если бы такая организация существовала, мы бы о ней знали.
— Мы упустили самое важное. Разве ты не понимаешь? — Ее терзали тревожные мысли, голос дрожал. — Он появился, чтобы жениться на мне. И добился своего. Это доказывает значительность организации. А как насчет той секции, которую он вытащил из кладовой? Каким образом она туда попала? Объясни.
— Конечно, — ответил принц с преувеличенным достоинством, — любую тайную организацию Айшеры готовы встретить в штыки.
— Айшеры, — ледяным тоном произнесла императрица, — сознают, что они не только правители, но и простые смертные, а мир настолько велик, что ни один ум, ни несколько умников не в состоянии постичь его во всей полноте.
Они сверлили друг друга глазами — два человека, чьи нервы были на пределе. Императрица первая сделала над собой усилие.
— Даже не верится, — устало сказала она, — что ты и я, всегда относившиеся друг к другу как брат и сестра, сейчас на грани разрыва. Прости меня.
Она подошла и обхватила ладонью его руку. Он склонился перед ней и поцеловал запястье. А когда выпрямился, в его глазах блестели слезы.
— Ваше величество, — хрипло произнес принц, — прошу меня простить! Мне следовало помнить о том напряжении, в каком вы находитесь. Вам нужно только приказать. У нас есть силы. Миллиарды людей возьмутся за оружие по вашему приказу. Мы можем припугнуть Торговый Дом длительной, изнурительной войной. Мы можем уничтожить любого, кто сотрудничает с ним. Мы можем…
Она безнадежно покачала головой:
— Мой дорогой, ты не отдаешь себе отчета в том, что говоришь. Мы живем в век, чреватый всяческими потрясениями. Умы тревожит неизбежность беспорядков. Пороки налицо: эгоистическая администрация, коррумпированные суды, алчные промышленники. Словно каждый класс стремится быть отмеченным клеймом аморальности и безнравственности, с которыми отдельный человек бороться не может. У кормила — сама жизнь, мы же только пассажиры. До сих пор наша блестящая наука, высокоразвитая промышленность и… — Она запнулась, потом неохотно продолжила: — Существование Торгового Дома оружейников, оказывающего стабилизирующее влияние, предотвращало открытый взрыв. И мы не должны раскачивать лодку. Я очень рассчитываю на новую методику умственного развития, недавно предложенную Торговым Домом, где делается особый упор на развитие нравственных начал. В ней также учтены положительные моменты других методик. Как только мы ликвидируем угрозу, созданную великанами…