Стих 44. Сего ради и вы будите готовы: яко, в оньже час не мните, Сын Человеческий приидет…, потому, что не знаете времени. Относительно кончины всего мира известно, что тогда Господь придет, — а относительно кончины каждого некоторые говорят, что при смерти каждого христианина предстоит Господь со святыми Ангелами, и тогда же душа дает ответ; некоторые же частным пришествием Его называют повеление душе отделиться от тела. Напомнив о будущем Суде, обращает Свою речь к учителям и говорит:
Стих 45. Кто убо есть верный раб и мудрый, егоже поставит господин его над домом своим, еже даяти им пищу во время (их). Домом (θεραπεια, — служение, а потом — прислуга, рабы) называет служащих, т. е. рабов Божиих, а пищей — пищу духовную, учение.
Стих 46. Блажен раб той, егоже, пришед господин его, обрящет тако творяща, так, как он повелел.
Стих 47. Аминь глаголю вам, яко над всем имением своим поставит его. Поставит его на высокую должность, будет считать его достойным всего своего имения. Дальше этого и не нужно идти в объяснении. Все остальное в притче приведено для того, чтобы выразительнее представить только самое существенное. Обрати внимание на то, что этому поставленному над другими рабу нужно иметь две вещи: верность, чтобы беречь принадлежащее другим рабам и не расточать бесполезно, и благоразумие, чтобы надлежащим образом распределять вверенное его попечению, обращая внимание на качество и количество. Речь эта относится не только к тем, которые богаты словом, но и имуществом. Всех Бог поставил распорядителями своего имения и желает, чтобы все распоряжались им верно и благоразумно. Кроме того, речь эта относится и к тем, которые получили какую-нибудь власть. И им нужно управлять не по личному благорасположению или вражде (что скорее свойственно неверности и даже хищению), но мудро и благоразумно.
Стих 48–50. Аще ли же речет злый раб той в сердцы своем: коснит господин мой приити, и начнет бити клевреты своя, ясти же и пити с пияницами: приидет господин раба того в день, в оньже не чает, и в час, в оньже не весть. А если злой раб, т. е. оказавшийся неверным и неблагоразумным, думая, что господин его нескоро придет, потому что он не знал ни дня, ни часа, начнет бить своих сослуживцев, т. е. всячески вредить им телесно или духовно, и будет есть и пить с пьяницами, т. е. будет обращаться с людьми дурными и развращенными, то такого раба застанет господин его совершенно неожиданно.
Стих 51. И растешет его полма… Отнимет у него власть распоряжаться. Или: разделением называет совершенное и всегдашнее лишение благодати Святого Духа. Если и теперь она не соединяется с душами, оскверняющими ее, хотя помогает тем, которые однажды запечатлены ей, ожидая их обращения, то тогда она совершенно и уже навсегда будет чужда им.
Стих 51. И часть его с неверными положит: ту будет плач и скрежет зубом. Частью его называет его самого, как уже лишенного власти управления. Или: отделит его от слуг своих и подвергнет его одной участи с лицемерами, потому что он только выдавал себя за распорядителя и начальника, а на самом деле более вредил. Итак, двояким способом высказал побуждение к всегдашнему бодрствованию, с одной стороны — честью, предоставленной верному и благоразумному рабу, а с другой — наказанием, которое ожидает злого раба. Лука эту притчу написал в двенадцатой главе, где о злом рабе говорит: и часть его с неверными положит (Лк. 12, 46). Неверные эти, конечно, — лицемеры, так как они объявляют, что знают Бога, но лгут. Значит, изречения эти согласны; но если бы и не согласовались, нисколько не удивительно, потому что они были высказаны не в одно и то же время.
ГЛАВА XXV
Стих 1. Тогда уподобися Царствие Небесное десятим девам… Царством Небесным здесь называет собственно то, что имеет тогда случиться в Царстве Небесном, а девами — вообще сохраняющих девство, будут ли то мужчины или женщины. Следует заметить, что в предыдущей притче Христос учил, как нужно пользоваться всем вообще в отношении к сослужителям, а в этой говорит о пользовании в частности одним только имением. Представляет в этой притче дев уже после того, как показал, что девство есть нечто великое, говоря: суть скопцы, иже исказиша сами себе Царствия ради Небеснаго (Мф. 19, 12). Действительно, это дело великое; поэтому оно и не поставлено законом в необходимость, но предоставлено свободному выбору людей: могий вместити да вместит (19,12). А здесь желает показать, что и этот великий подвиг без милостыни не приносит пользы совершающему его.
Стих 1. Яже прияша светилники своя и изыдоша в сретение жениху. Девичий светильник — это чистота, происходящая от девства. Жених — Христос, как сильно любящий и сильно любимый. Вышли навстречу, потому что ожидали этой встречи.
Стих 2–4. Пять же бе от них мудры и пять юродивы. Юродивыя же, приемшя светилники своя, не взяша с собою елея: мудрыя же прияша елей в сосудех со светилники своими. Елеем называет добродетель милосердия. Справедливо тех назвал неразумными, потому что они, победив сильную и пылкую телесную страсть и перенеся больше труда, были побеждены скупостью, между тем как та борьба — жестокая и насильственная. Других же назвал мудрыми, потому что они не подверглись тому, чему подверглись неразумные. Григорий Богослов в некоторых из вышеприведенных слов находил повод побуждать к крещению; но то и другое объяснение — хорошо.
Стих 5. Коснящу же жениху, воздремашася вся и спаху…, коснящу по причине замедления Второго Пришествия. Под дреманием здесь нужно разуметь последнее издыхание, а под сном — смерть.
Стих 6. Полунощи же вопль бысть: се, жених грядет, исходите в сретение его. Сказал: в полночь, или опять указывая на внезапность и неожиданность, или показывая, что воскресение мертвых будет ночью. То, что здесь названо воплем, апостол Павел назвал повелением и гласом Архангела (1 Сол. 4, 16). Исходите, т. е. из гробов.
Стих 7. Тогда восташа вся девы тыя и украсиша светилники своя. Встали все, но украсили светильники свои мудрые, и украсили их, конечно красотой елея.
Стих 8. Юродивыя же мудрым реша: дадите нам от елеа вашего, яко светилницы наши угасают. Неразумно было также и надеяться получить там для украшения своих светильников елея, который был приобретен другими. Угасают — помраченные тьмой немилосердия. Немилосердных многие называют иногда темными.
Стих 9. Отвещаша же мудрыя, глаголюща: еда како не достанет нам и вам… Это было вполне благоразумно. Слова эти показывают, что никто собственной добродетелью тогда не поможет другому. Едва будет достаточно ее для спасения самого себя, так как во многом согрешает человек, даже весьма добродетельный. Смотри, как мудрые даже там обнаруживают милосердие: они желали бы дать неразумным, но не могут. Это показывает ответ их.
Стих 9.…Идите же паче к продающим и купите себе. Так как они по разумной причине не могли дать, то по человеколюбию подают им совет. Продающие — это нищие, но в такое время они не продают.
Стих 10. Идущым же им купити, прииде жених… Пытались уйти, но не могли. И эти слова показывают, что тогда бесполезно будет стремление к добродетели.
Стих 10.…И готовыя внидоша с ним на браки, и затворены быша двери. Брак есть общение Царства Небесного и жизнь со Христом.
Стих11. Последи же приидоша и прочыя девы, глаголюща: господи, господи, отверзи нам. Думают, как девы, войти.
Стих 12. Он же отвещав рече им: аминь глаголю вам, не вем вас. "Я не узнаю, — говорит, — вас, так как светильники ваши потухли". Под знанием разумей здесь признание своими. Ни одного немилосердого не признает Своим милосердый Христос. Увы! после стольких трудов, после такой борьбы, после стольких знаков победы над неразумной природой они отвергнуты за немилосердие. Если же кто-либо, будучи немилосердным, не имеет также и девства, то какого осуждения он ни будет достоин? Нет нужды до подробности исследовать в этой притче, почему именно десять дев, какие их сосуды, что это за брачная дверь и т. п., как часто уже говорилось и в отношении к другим притчам. В этой же главе (46 ст.) написано, что сначала грешники пойдут в муку вечную, а потом праведники — в жизнь вечную, а в настоящем месте, по-видимому, наоборот: сначала вошли мудрые девы, а после уже были отвергнуты неразумные. Но ты не предполагай здесь противоречия: то место подробно говорит о порядке, а это имеет в виду другую цель, именно: показать только, что не спасет и девство, если не будет соединено с милосердием, — что добродетель одного не поможет тогда другому, — что стремление к добродетели в это время уже будет напрасно, что сами осужденные, хотя бы и сильно умоляли, не преклонят на милость Судью. Все же остальное присоединено сюда только для того, чтобы убедительнее была притча. Не сказал даже того, что неразумные были отосланы для наказания, потому что здесь не рассуждает об это подробно.