- А то что? Накажешь меня? Будешь строгим господином?
Кэролайн засмеялась, Кверпдэн скромно улыбнуся, а я почувствовал, как краснею.
- Простите нас пожалуйста, мы очень устали, это был сложный день, а Нацуми еще и в первые в жизни познакомилась с алкоголем, могли бы мы продолжить завтра?
- Конечно-конечно, - согласился Кверпдэн. - Он щелкнул пальцами, и облачное небо исчезло, мы снова сидели посреди кабинета. - Мои слуги проведут вас в вашу спальню.
- Благодарю! - Кивнул я. - Спокойной ночи!
- Спокойной ночи!
- Пока, детки! - Добавила Кэролайн.
- А я требую продолжения банкета, - сказала Нацуми и засмеялась.
- Пошли уже банкетчица, - я подхватил ее и помог выйти из кабинета, а после и просто взял на руки и отнес в спальню, которую нам показал лакей.
- Ты злишься на меня? - Спросила Нацуми, когда ее голова коснулась подушки.
- Нет, не злюсь! - Ответил я.
- Нет, злишься!
- Нет, не злюсь!
- Тогда поцелуй меня!
Я нагнулся к девушке и нежно, но страстно поцеловал ее губы.
- Прости, я вела себя ужасно! Эти странные напитки!
- Это алкоголь! - Улыбнулся я. - Он и не такое с людьми вытворяет, особенно с теми, кто без опыта употребления. Я не злюсь на тебя, милая!
- Спасибо, - сказала та с теплой улыбкой. - Расскажи мне что-то приятное!
Что-то приятное? Как трудно найти приятное в это непростое время.
- Когда-то пройдет зима и пройдет война, мы победим всех демонов, исправим свои ошибки и обретем новый дом, и тебе больше не надо будет сражаться, не надо будет убивать. И я больше не буду уходить от тебя во тьму своего воспаленного разума, буду всегда с тобой. А потом, когда наступит весна, мы поедем в Токио, смотреть на цветущие сакуры. Мы, словно влюбленные старшеклассники, будем держаться с тобой за руки, а нежно розовые лепестки будут осыпать нас.
- Как красиво! - Улыбнулась Нацуми. - Так и будет?
- Обещаю!
Она еще раз улыбнулась. А потом попросила принести или наколдовать воды. Я решил не колдовать без крайней нужды в доме такого могущественного мага, как Кверпдэн, мало ли чем это обернется. Поэтому, вышел в коридор и просто позвал первого же лакея. Уже через полминуты в коридоре появилась сама Лорелин, что нагнала меня прямо перед входом в комнату.
- Странник, вот вода для вас и вашей спутницы, - в руках она несла кувшин с водой и два стакана. - Уж простите, что не оставили ее разу в номере. Моя оплошность.
Я заверил, улыбающуюся женщину, что все в порядке и мы не в обиде, и очень довольны гостеприимством. Она ответила, что рада это слышать и что ей приятно ухаживать за гостями Мастера. Тут она, подойдя уже совсем близко, вдруг споткнулась и полетела просто на меня, но все же воду не выронила. Я вмиг поймал ее, у нее было хрупкое легкое тело и меня обдало мягким сладковатым запахом каких-то редкий приятных духов.
"Страннк, - прошептала Лорелин мне на ухо, - Мастер - не тот, за кого себя выдает, он - психопат и садист. Мы все его заложники! Бегите со своей подружкой пока можете!"
После этого женщина выпрямилась, улыбнулась мне и сказала:
- Я такая неуклюжая, уж простите меня, пожалуйста! Спокойной ночи!
- Спокойной ночи, - ответил я, стоя посреди коридора с графином воды в руках. А в мыслях - целый рой вопросов. Что же здесь происходит? Об этом надо будет подумать. И решение стоит принять побыстрее! Кверпдэн и Лорелин, как минимум кто-то один из этих двоих лжет и крайне опасен.
Третья ангельская песнь
Буря разбитых зеркал или продолжаем искать союзников
Доверие! Какая же это хрупкая вещь. Чтобы завоевать его нужно порой очень много усилий и времени, а разрушить можно одним лишь поступком. А если не разрушить, то по крайней мере пошатнуть, посеяв в душе зерно сомнения. И тут уже от человека зависит, если он по природе своей склонен доверять людям и верить в то лучшее, что живет в их душах, то зерно это не даст плодов. А если же человек по натуре своей недоверчив и только и ожидает от окружающих предательства, то зерно это может прорасти целым древом паранои или мании. И вот, что интересно, как часто доказывает жизнь, тот, кто доверяет, со временем поймет, что люди вокруг стараются оправдать его доверие, а тот же, кто ожидает от всех предательства - обязательно будет предан. Мир и люди, осознанно или подсознательно, стремятся оправдать ваши ожидания!
А все потому, что мир вокруг нас и мир внутри всегда стремятся сравняться, достичь состояния уравновешенности. Это как в физике закон о сообщающихся сосудах. Налейте воды в разные соединенные между собой сосуды, и ее уровень будет в них равным, не зависимо от того, что они могут быть разных размеров, формы и иметь разный объем. Так же и с миров вокруг нас и нашим внутренним состоянием души. Они тоже стремятся уровняться! А что из этого следует? То, что изменив состояние души, вы можете влиять на внешний мир. Чем вам не магия? А главное, никаких сложных формул и даже не надо быть чувствительным к Силе мутантом. Я улыбнулся. Кто бы мог подумать. А я то думал, что мы какие-то волшебники, особый вид существ, избранные, а все оказалось куда прозаичнее. Эти Мастера умеют удивлять.
И все же, доверие... Могу ли я им доверять? Я знаю эту сумасшедшую ученую с болезненным пристрастием к выпивке всего несколько часов. А этот вежливый загадочный глава фанатиков Безликих... Еще недавно представители этого ордена были моими злейшими и опаснейшими врагами. Но, мне почему-то казалось, что я уже доверял им. У меня не было выбора, вокруг одни враги, и мне надо было положиться хоть на кого-то. Я, правда, доверял им, доверял, пока не услышал это странное предупреждение от загадочной колдуньи Лорелин. И теперь у меня серьезные проблемы. Либо ей, либо самому Мастеру я доверять не могу. Значит, кто-то из них сейчас представляет для меня и Нацуми серьезную опасность. Это неприятная новость, если учесть, что как мне показалось, Сила Лорелин превышает не только мою, но даже Силу Нацуми, а о Мастере вообще молчу, нечего и пытаться сражаться с одним из Двенадцати.
И все же я не могу рисковать, особенно жизнью Нацуми. Я посмотрел на девушку, что мирно спала, свернувшись калачиком. Мой милый азиатский тигренок, которого мне удалось приручить. Если с ней что-то случится... Нет, я даже думать об этом не хочу. Я вспомнил, как она только появилась в моей жизни, в том кафе, казалось целую вечность назад, когда я спровоцировал ее первый срыв. Тогда я думал, что использую ее, как свое оружие, или она просто будет объектом моих исследований. Потом, я смотрел на нее, как на друга и союзника, моего боевого товарища. Как же все это вылилось в такое чувство? Хотя, разве могло быть иначе? Она такая по-детски наивная, скромная, милая девушка, да еще и настолько предана мне. И я цеплялся за все то светлое в ее душе, чего давно уже не было в моей, она, словно, стала исцеляющей панацеей для меня. Конечно, все это затронуло даже такое закаменелое сердце, как мое. Я просто обязан ее уберечь. И раз в этом доме ей теперь угрожает опасность, с этим нужно разобраться поскорее.
Я сидел в мягком кресле, закинув ногу на ногу, и манипулировал маленькой огненной змейкой, что то парила над моей ладонью и летала вокруг пальцев, то делала несколько кругов по комнате и снова возвращалась ко мне. Змейка немного освещала комнату, совсем чуть-чуть, словно пламя свечи. Но от этого становилось как-то по-домашнему уютно, все предметы в этом ночном полумраке обретали какую-то мягкость, твердые формы казались более пластичными, податливой глиной, из которой можно слепить мир семейного комфорта. Вздор! Вот уж, что я никогда не умел делать, и точно не время этому учиться, хотя - я посмотрел на мирно спящую Нацуми, - надо признать, бывают моменты, когда мне, где-то в глубине души, хотелось бы попробовать...
Я надпил еще коньяка из своего бокала. На этот раз я пил не из бокала для виски, гармония наконец-то восстановлена. Алкоголь теплом разошелся по моему телу. Меня удивляла эта забавная особенность дорогих и качественных крепких алкогольных напитков. Выпивая такой, вы даже не почувствуете горечи или отвращения во рту, не будете морщиться, словно вам пошло не в то горло. Нет, глоток маленьким огоньком войдет в вас и пройдет по всему телу, от головы и до самых ног, согрев приятным теплом. И даже пьянит он куда медленнее, и на утро голова не болит, ну, разумеется, если знать меру. Любой алкоголь нужно принимать умеренно, независимо от его качества.