Именно в этом была суть дела.
С самого начала этот аукцион никогда не был устроен ради самой высокой ставки. Это было лишь вторичным. Речь шла о потере ее девственности с мужчиной, который ей понравится. И она его нашла. Вернее, он нашел ее. Он ей действительно, очень нравился, и, по–видимому, она ему так же действительно очень нравилась, так как его ставка в пятнадцать миллионов долларов превзошла все остальные. Увы, также была гребанная Бриджит, а это было условием, препятствующим сделке. Она ни за что не будет трахать член, который тусовался с киской этой проститутки. Ее гордость была превыше ее гормонов. В тот момент, когда пресса пронюхает об этом, они легко сложат два плюс два, и она снова станет посмешищем, бедной девочкой, которая выбирает любовников, предпочитающих СНАЧАЛА трахать Брижит.
Она никогда не воспринимала хорошо второе место. У второго места не было места в ее чрезвычайно конкурентном мире. Нет, она не могла позволить себе вернуться в эту чертову дыру жалости к самой себе, из–за которой ей понадобилось более года на восстановление. Ей до сих пор было все еще больно, когда она думала о хороших временах с Керионом, но она практически закончила фазу восстановления. Наверняка, то, что Валенна снова находилась на вершине хит–парадов, помогло восстановить ее ужасно поврежденное эго и ее уверенность в себе. Ее альбом, «Break The Bul» прямо сейчас был №1 в мире, во всех странах, потребляющих американскую поп–музыку. На каждую арену ее мирового турне билеты были распроданы. «Фанаты до гроба» ждали ее в почти десятке разных стран.
Вспомнив причину, из–за которой она отклонила единственного человека, который действительно заставил практически взорваться ее яичники при их первой встрече, если можно так сказать, ее решимость вернулась.
Брось о нем думать и возьми себя в руки, сучка. Возьми на себя ответственность. Это твое шоу, сейчас самое большое зрелище в мире, и за ним следит каждый. Тебе бы лучше предоставить ему счастливый конец, так как ты написала этот дурацкий сценарий, или, из–за твоих недоброжелателей, это никогда не закончится.
В коридоре ее встретила Джина Харпер, ее публицист и PR–менеджер ее турне.
– Ванна, пресса тебя ждет.
– У нас есть на это время, Джина? Мне нужно встретиться с некоторыми важными людьми.
– Да, я знаю, но это было организовано для ваших самых больших сторонников из средств массовой информации здесь, в Австралии. Мы не можем сказать им «нет».
– Хорошо, пятнадцать минут. Ты дала им инструкцию о том, что у меня не спрашивать?
– Да. Но ожидай, вопросов об аукционе.
Она вздохнула.
– Могу ли я отказаться об этом говорить?
– Как ты можешь это сделать, учитывая, что ты с самого начала сделала это таким публичным? Ты создала это дерьмо. Теперь начнутся неприятности.
Она одарила Джину раздраженным взглядом.
– Почему вы все звучите одинаково?
– Ты имеешь в виду, почему мы говорим, как ты? – Джина обменялась многозначительными взглядами с Нушей и Бабой, которые шли рядом с ними. Они понимающе друг другу улыбнулись.
Валенна закатила глаза. Как обычно, она была в меньшинстве. Она долгое время была со своими сотрудниками, и они знали друг друга очень хорошо, как семья.
Мужчина открыл для них дверь в конце коридора.
Ее встретили около двух десятков представителей средств массовой информации, находящихся внутри помещения. Они застыли на некоторое время, когда увидели ее появление, но быстро вернулись к делу. Камеры начали мигать.
Баба повел ее к центру возвышающейся платформы. Она села, стараясь быстро не мигать из–за фотовспышек. Она научилась, как это делать таким образом, чтобы всегда хорошо выглядеть на фотографиях с открытыми глазами.
Она устроилась на стуле. Джина сидела слева от нее, а Нуша справа.
Валенна блеснула в их сторону большой улыбкой.
– Привет, Австралия! Так рада снова вас видеть, ребята!
Они поприветствовали ее в ответ.
– Во–первых, я хотела бы воспользоваться этой возможностью, чтобы поблагодарить всех вас за теплый прием и всю поддержку, которую вы дали мне и моим людям здесь, в Австралии, во время моего короткого пребывания. Я считаю эту страну домом и пытаюсь наслаждаться видами всякий раз, когда я здесь. Я надеюсь скоро вернуться еще раз для другого шоу и надеюсь, что снова вас всех увижу. Я прошу прощения, но у меня лишь несколько свободных минут. У меня будет завтра еще одна пресс–конференция, и вы все приглашены. Так что... – она слегка постучала по столу. – Давайте начнем. Я отвечу только на пять вопросов, так что будем их считать.
Были подняты руки. Она выбрала одного репортера.
– Валенна, весь мир ждет результата аукциона. Вы выбрали победителя?
Она придвинула свое лицо ближе к микрофону.
– М-м-м, да, я решила…
– На самом деле, она выбрала победителя.
Она замерла.
Все глаза расширились.
Полная тишина уничтожила весь шум в комнате в течение нескольких секунд.
– Торги были закрыты вчера вечером со ставкой в пятьдесят миллионов долларов. Моей ставкой.
Глаза повыскакивали.
Выдохи и бормотание.
Валенна тяжело сглотнула, почти подавившись собственной слюной.
Разверзся ад.
Камеры снова яростно сверкнули. На этот раз они делание не ее фотографии, она была уверена. Они устремили свои камеры на кого–то позади нее. Вероятно, на кого–то здесь, в Австралии, более известного, чем она.
– Она выбрала меня!– его баритон разнесся над шумом. – Ее «вишенка» моя!
Казалось, все волосы на ее голове, поднялись в глубоком шоке.
Он не выкрикнул это только что, НЕ ТАК ЛИ?!
Она медленно обернулась.
ИГРА НАЧАЛАСЬ
Он стоял между Бабой и своим телохранителем, Тайтусом, выглядя абсолютно уверенным и дерзким в полностью черном костюме.
Оживший сон. Или ночной кошмар.
Он просто скомпрометировал ее перед австралийской прессой!
Джан вышел на платформу.
Все еще находясь в шоке, Валенна смогла встать и посмотрела на него, готовясь поставить его на место. Как он смеет врываться на ее пресс–конференцию и подрывать ее решение?! Нахальство и явное высокомерие этого трусливого куска... леденца... на палочке!
Но прежде, чем она успела открыть рот, он протянул свою руку, обнимая ее за талию, и притянул ее к себе.
Его рука обхватила заднюю часть ее головы, в то время, как его лицо опустилось к ее лицу.
Она замерла. Полностью огорошенная.
О, мой Бог! Кричал ее разум в беспомощной панике. Это происходит на самом деле?!
Она не могла поверить в то, что происходило, но ощущение его губ на ее губах было не чем иным, как реальностью.
Мастерской. Замечательной. Скандальной!
Она не знала, как долго это продолжалось, только тогда, когда к ней вернулась часть ее остроумия, вся комната превратилась в сумасшедший дом.
Вспышки камер ослепляли, и все кричали, задавая ей вопросы. Или это его они спрашивали? Она не могла разобрать ничего, о чем они говорили. Она почувствовала оцепенение и, не смотря на это, радость. Весь шум вокруг нее был заглушен приливом крови к ее ушам. Ее сердце стучало о грудную клетку так сильно, что она боялась, что может упасть в любую секунду.
Несмотря на прилив адреналина в ее организм, казалось, что все движется в замедленной съемке.
Его рука была по–прежнему вокруг ее талии, крепко прижимая Валенну к его боку.
– Скажи да. – сказал он ей на ухо, теплота его дыхания заставила ее кожу покрыться мурашками.
Все еще ошеломленная, она смотрела на него снизу вверх.
– А?
– Улыбнись им и скажи «да».
Она быстро моргнула, не понимая.
– Скажи «да», или я запихну свой язык в твое горло.
Ее глаза расширились. Он снова согнул шею.
Она повернулась к прессе, показала им огромную зубастую улыбку и произнесла нетвердое:
– Да. – она понятия не имела о том, что только что подтвердила.