Я ушла прежде, чем он успел что-то сказать, взбежала по лестнице, и упала на кровать, рыдая и громко воя.
С Доном все ясно, но Микаэль! Насколько же циничным он был, что уходя трахать шлюх, говорил мне: веди себя хорошо, будь умницей! Сколько же в нем безразличия ко мне, к моим чувствам! Сколько холода, сколько жестокости!
Он убил все во мне, предал мое доверие, растоптал мою бескорыстную, чистую любовь к нему, так что теперь во мне не осталось ничего, за что бы я могла ухватится, ничего, что еще можно было бы спасти…
Я устало покосилась на часы - четыре часа утра... Не могу уснуть, не могу успокоиться, не могу выбросить из головы Микаэля. Я приподнялась и нажала кнопку вызова прислуги. Вскоре появилась Мила, сонная, в веселенькой пижаме и с растрепанными, торчащими в разные стороны волосами.
-Что случилось? - спросила она, испуганно таращась на меня.
-Не могу уснуть - уже вся извелась. Голова раскалывается, глаза слипаются, но сна нет. У нам есть какая-то таблетка?
-Снотворное? Не знаю, сейчас посмотрю.
-Если нет, отправь кого-нибудь в аптеку, - распорядилась я.
-Хорошо, - Мила сонно побрела прочь, а вскоре вернулась с лекарством от бессонницы.
-Тебе нужно еще что-нибудь? - заботливо спросила она, укрывая меня одеялом.
-Нет, ничего... Хотя, ты могла бы посидеть со мной, пока я не усну? Мне спокойнее, когда кто-то есть рядом.
-Хорошо, я посижу с тобой, - согласилась она, присаживаясь на край постели.
-Прости, что подняла тебя. Я, наверное, проснусь только к обеду, так что ты тоже не вставай рано - выспись.
-Не волнуйся, все нормально, - сказала Мила и ласково погладила меня по волосам.
-Я не могу спать без него... Я так зла на него, но все равно хотела бы, что б он был здесь, рядом... Я просто ненавижу себя за то, что нуждаюсь в нем... - призналась я, чувствуя, что мое тело становится тяжелым, и меня словно прижимает к кровати.
-Анна, он мерзавец, - сказала Мила, неодобрительно покачивая головой.
-Знаю... - сонно прошептала я, - но он мой мерзавец...
-Даже не думай! Он так подло поступил с тобой, снова! Знаешь, как говорят: волки однолюбы, а псы любят всех подряд. Так вот, это про твоего Микаэля - он как животное, берет всех без разбору, имеет все, что движется. Ты должна полюбить себя, полюбить настолько, что бы понять, что стоишь лучшего, должна найти в себе силы разорвать с ним отношения, отпустить. Сейчас в это тяжело поверить, но со временем тебе станет лучше, со временем ты научишься засыпать без него, жить без него...
Каждое ее слово было истиной, но мой разум отключался, проваливался в сон, и я больше не слышала ее голоса. Мне наконец удалось уснуть, и во сне я твердила себе: Мила права, я должна забыть его, должна поставить точку, должна прекратить эти мучения, и, кажется, я впервые была готова это сделать. Во мне, наконец, появились силы, взыграла гордость, проснулось самоуважение...
И вдруг, я увидела его... Микаэль стоял у большого окна в пол, в президентском люксе Farrell отеля. Он смотрел на ночной город, и выглядел так гармонично в своем одиночестве, был так прекрасен в этом полумраке. Я опустила взгляд и обнаружила, что на мне красные туфли на высоком каблуке, прямо как тогда... когда-то давно... когда я его невероятно любила. Микаэль медленно повернулся, легко улыбнулся мне, и стал плавно и грациозно приближаться. Я почувствовала трепет, волнение, жар, дрожь, удушье... и вот он уже совсем рядом, смотрит на меня свысока, пренебрежительно. Я слышу его запах: сладкий, свежий, терпкий - так пахнет настоящий мужчина. Я теряю самообладание, теряю себя, теряю рассудок от его великолепия. Нет, ты должна быть сильной, ты должна сказать ему, что это конец! - звучит разъяренный голос Милы, и я абсолютно согласна с ней. Я открываю рот, но только слова не идут, они тоже потерялись... Микаэль улыбается шире, и я слышу его низкий, грубый, умопомрачительный голос:
-Разве ты не должна стоять передо мной на коленях, Анна? - спрашивает он спокойно, и я чувствую себя снова униженной, но почему-то внизу моего живота просыпается томное желание... Меня влечет этот мужчина, меня манит его самоуверенность, и да, да, мне нравится, что он снова унижает меня! Он топчет мое достоинство своими начищенными до блеска ботинками, а борюсь с собой, запрещаю себе сдаваться, но все же покоряюсь ему, почтительно опускаю взгляд и падаю перед ним на колени.
-Умница, - довольно шепчет он, и я так радуюсь его похвале, словно выиграла главный приз. - Запомни, Анна, - медленно продолжает он, - именно здесь твое место, здесь, у моих ног...
-Да, сэр, - радо соглашаюсь я, и он протягивает мне руку, а я цепляюсь за нее, как за спасательный круг, и благодарно целую ее, дрожа от восторга.
-Анна! Нет, не смей, не смей! - снова слышу я голос Милы, но поздно, я уже... Я снова преклоняюсь перед этим неземным, подобным Богу мужчиной...
-Анна, Анна, - Мила с силой трясла меня за плече, пытаясь разбудить.
-Чего тебе, отстань, - раздраженно бросила я, недовольная тем, что она вырвала меня из сладкого сна.
-Вставай, к тебе пришли.
-Кто?
-Илья.
-Чего ему надо? Скажи, что я сплю. Не хочу никого видеть! - я укрылась с головой, пытаясь снова погрузится в сон, где мне было так хорошо. Потом вдруг осознала, что происходит и села на кровати. - Илья? Охрана его пропустила?
-Пропустила, вставай скорее.
-Сколько времени?
-Двенадцать.
-Хорошо, скажи, пусть подождет, я сейчас.
Илья! Что ему нужно? И Микаэль знает, что он здесь, раз его впустили в дом...
Я кое-как привела себя в порядок и спустилась вниз, все еще чувствуя слабость и сонливость от таблетки.
-Привет! - искренне улыбнулся Илья.
-Привет... Что-то случилось? Я не ожидала... - растерянно сказала я, присаживаясь рядом с ним на диван.
-Кажется, я разбудил тебя, прости.
-Ничего, лучше скажи что случилось? - спросила я, нервничая.
-Есть разговор, - начал он издалека.
-Ну же, не томи!
-Да не волнуйся ты - ничего такого не произошло, - я просто хотел поговорить с тобой.
-А, ну ладно, - с облегчением выдохнула я.
-Я подал на развод.
-Хорошо, молодец, - сказала я слегка раздраженно. Я ничего не желала знать об Ире, тем более с утра пораньше.
-Я знаю, что у них произошло с Микаэлем, и мне очень жаль Анна... - Илья говорил спокойно и искренне. - Мне то все равно, я уже давно ничего к ней не чувствую, а вот ты - я знаю, как ты его любишь...