В июле 1942 года бомбардировщики «Веллингтон», оборудованные бортовыми прожекторами, впервые обнаружили и потопили немецкую подводную лодку. В августе министерство авиации отдало приказ о формировании еще одной эскадрильи самолетов «Веллингтон», оборудованных бортовыми прожекторами Ли. Одновременно с этим прожекторы Ли устанавливались на летающих лодках «Каталина» и испытывались на бомбардировщиках «Либерейтор» и «Летающая крепость». Подводные лодки противника, вынужденные теперь большую часть маршрута следовать в погруженном состоянии, не могли успешно перехватывать наши конвои.
К лету 1942 года Бискайский залив стал небезопасным районом для немецких подводных лодок. К этому времени увеличилась численность самолетов союзников и улучшилась организация противолодочной обороны. В июле приступила к боевым действиям базировавшаяся на аэродром Род-Айленд 53-я эскадрилья, вооруженная самолетами «Хадсон». В результате всех мероприятий, проведенных союзниками, немецкие подводные лодки были вынуждены покинуть восточное побережье Северной Америки и перебраться в Карибское море и Мексиканский залив. Однако и здесь самолеты 53-й эскадрильи, которая в августе 1942 года перебазировалась на остров Тринидад, наносили удары по противнику. Таким образом, период безнаказанных действий в американских водах для немецких подводных лодок окончился.
Хотя Дениц еще мог найти выгодные для своих подводных лодок районы боевых действий в Карибском море и у побережья Бразилии, он решил передислоцировать свой подводный флот. Трудно было догадаться, куда Дениц направит свой следующий удар. Как ни привлекательны воды, омывающие Кейптаун, Западную Африку и Северную Россию, где было много надводных целей и очень мало союзной авиации, основные силы немецких подводных лодок по-прежнему были сосредоточены в Северной Атлантике, в районах, более чем на 800 километров удаленных от англо-американских аэродромов, то есть вне радиуса действий союзной авиации.
Дениц знал, что радиус действия союзных патрульных самолетов, действовавших с Ныофаундленда, не достигает района действий патрульных самолетов, базировавшихся в Исландии и Северной Ирландии. Не соприкасались между собой и районы действий союзных самолетов, базировавшихся в Гибралтаре и в графстве Корнуэлл. Таким образом, «Гренландская брешь» на севере и «Азорская брешь» на юге являлись районами, где немецкие подводные лодки могли действовать безнаказанно.
В начале августа 1942 года и в течение трех последующих месяцев немцы начали применять групповые атаки наших конвоев, проходивших через «Гренландскую брешь». Следует отметить, что противник нападал на наши конвои лишь в том случае, если они следовали без воздушного прикрытия.
Нет никакого сомнения, что проблему безопасного прохода наших конвоев через эти «бреши» можно было разрешить. Во-первых, флот должен был выделить достаточные силы для эскортирования конвоев; во-вторых, нужно было создать специальные отряды морских сил, предназначенных для поиска и уничтожения подводных лодок противника. Действия союзных военно-воздушных сил против подводных лодок, дислоцированных в базах или находящихся на маршруте перехода, тоже, несомненно, повлияли бы на ход борьбы с подводными лодками противника как в районах «Гренландской бреши» и «Азорской бреши», так и в других районах. Но лучше всего было бы ликвидировать эти опасные «бреши». Эту задачу могли выполнить самолеты с авианосцев или самолеты берегового базирования, имеющие больший радиус действия. В августе 1942 года у нас было недостаточно авианосцев, чтобы выделять их для эскортирования трансатлантических конвоев, не было у нас и вспомогательных авианосцев. Что касается самолетов дальнего действия, то в распоряжении Берегового командования в то время имелось только пять самолетов «Либерейтор», имеющих дальность полета 3800 километров Не имея достаточного количества авианосцев и самолетов дальнего действия, мы несли серьезные потери на море: тоннаж наших кораблей и судов, потопленных только в северной части Атлантического океана в период с августа по октябрь 1942 года, составил почти полмиллиона тонн в месяц. Количество же вступавших в строй новых немецких подводных лодок превышало количество уничтоженных нами подводных лодок.
Для успешного разрешения проблемы борьбы с подводными лодками противника командование английских ВВС провело следующие мероприятия. Во-первых, штаб ВВС направил вице-маршала авиации Слессора в Вашингтон ускорить поставки в Англию самолетов «Либерейтор». С этой задачей Слессор успешно справился. Во-вторых, Джуберту было поручено создать англо-американский объединенный орган, который руководил бы борьбой с подводными лодками противника. Эта задача была выполнена с меньшим успехом. В сентябре 1942 года Джуберт предложил создать единый орган для руководства всей противолодочной борьбой. Предусматривалось, что этот орган будет иметь центральный планирующий аппарат для координации принимаемых решений английского, канадского и американского морского и авиационного командований. На бумаге этот проект выглядел заманчивым, но его практическое осуществление было связано с многочисленными затруднениями. В конце концов проект Джуберта, несмотря на то что он имел немало сторонников, был отвергнут. В ноябре был создан подкомитет противолодочной борьбы под председательством премьер-министра, входивший в состав Военного кабинета.
Пока обсуждались эти вопросы, противник снова захватил инициативу на море. Боевые действия нашей авиации в Бискайском заливе заметно ослабли. Причин тому было немало.
Если в июне немецким самолетам удалось перехватить над Бискайским заливом только три наших самолета, то с прибытием в Западную Францию 24 самолетов «Юнкерс-88», которые Дениц буквально вырвал у Геринга, сопротивление немецкой авиации активизировалось. В июле наши патрульные самолеты провели 25 воздушных боев, в августе — 33 и в сентябре — 44.
Значительно большим затруднением было начало рыболовного сезона в Бискайском заливе. Французские рыболовные суда создавали на экранах наших самолетных радиолокаторов изображения, аналогичные тем, которые возникали при обнаружении подводных лодок противника. К середине августа количество рыболовных судов в заливе настолько возросло, что ночные полеты наших противолодочных самолетов стали бесполезными.
Но основная причина снижения активности действий нашей противолодочной авиации в Бискайском заливе заключалась не в самолетах «Юнкерс-88» и не в рыболовных судах. Давно считали, что если немцам удастся создать какие-либо средства для обнаружения импульсов бортовых радиолокаторов, установленных на наших патрульных самолетах, то их подводные лодки смогут погружаться задолго до того, как они будут обнаружены этими самолетами. К несчастью, самолет «Хадсон», оборудованный самолетной радиолокационной станцией обнаружения А.S.V.-II, в апреле 1942 года разбился в Тунисе. В руки немцев попал в более или менее исправном состоянии радиолокатор вместе с его важнейшим агрегатом — магнетроном. К августу этого же года немцы изготовили аппарат, принимавший и записывавший импульсы наших самолетных радиолокаторов на удалении около 50 километров. К середине сентября противник снабдил большинство своих подводных лодок такими аппаратами.
Как только стало известно, что немцы обладают такой установкой, Береговое командование начало проводить работу в поисках соответствующих контрмер. В частности, была предпринята попытка «наполнить» эфир над Бискайским заливом многочисленными импульсами наших радиолокаторов, чтобы заставить немецкие подводные лодки непрерывно находиться под водой. Однако все наши усилия ни к чему не привели, и к январю 1943 года наши самолеты очень редко обнаруживали немецкие подводные лодки в ночное время. Осталось единственное средство — создать бортовой радиолокатор с длиной волны, находящейся вне диапазона радиоволн немецких приемников. Настало время для введения на вооружение нового самолетного бортового радиолокатора А.S.V.-III с длиной волны 10 сантиметров вместо радиолокатора A.S.V.-II с длиной волны 1,5 метра. Однако новые радиолокаторы удалось установить на дневных патрульных самолетах «Либерейтор», действовавших с аэродромов Англии, лишь в январе, а на ночных патрульных самолетах «Веллингтон», оборудованных бортовыми прожекторами, только в марте 1943 года.