Неэффективность бомбардировки кораблей со средних высот можно объяснить отсутствием хорошего бомбардировочного прицела для данного вида атак, а также тем, что уменьшилось количество опытных экипажей. Две из четырех эскадрилий, вооруженных самолетами «Бофорт», были отправлены на Средний Восток. Несмотря на то что ни одно из этих затруднений не представлялось возможным устранить в ближайшее время, Джуберт предложил модифицировать несколько самолетов «Бофайтер», имевших хорошие тактико-технические данные, приспособив их в качестве торпедоносцев. В июне предложение Джуберта было одобрено, и он внес новое предложение о формировании специальных ударных авиакрыльев, вооруженных самолетами «Бофайтер». Джуберт указывал, что эти авиачасти должны иметь на вооружении как обычные истребители или истребители-бомбардировщики «Бофайтер» с пушечным вооружением, так и новые модифицированные самолеты, вооруженные торпедами. Это предложение было также принято, и в сентябре 1942 года было решено сформировать к апрелю 1943 года в составе Берегового командования пять эскадрилий, вооруженных такими самолетами.
Первое ударное авиакрыло было создано в ноябре 1942 года и состояло из трех эскадрилий, вооруженных самолетами «Бофайтер» (143-я истребительная, 236-я истребительно-бомбардировочная и 254-я истребительно-торпедоносная эскадрильи). Авиакрыло входило в состав 16-й авиагруппы и базировалось на аэродром Норт-Коут. 20 ноября две эскадрильи этого крыла атаковали немецкий конвой в составе 12–16 судов, шедших в Роттердам под прикрытием кораблей охранения и истребителей «Фокке-Вульф». Были повреждены самое крупное торговое судно и два корабля охранения. Свои потери составили три самолета; четыре самолета получили серьезные повреждения. Решив, что авиакрыло еще недостаточно подготовлено для ведения боевых действий, Джуберт временно вывел его из состава боевых частей.
За весь 1942 год самолеты военно-воздушных сил метрополии потопили только 42 корабля и торговых судна противника с общим тоннажем 61 028 тонн. Свои потери за этот период составили 251 самолет. Хотя результаты были далеко не утешительными, не следует делать вывод, что операции по борьбе с немецким судоходством проводились тактически неправильно и что их эффект был незначительным. В результате действий нашей авиации немцы были вынуждены прикрывать свои конвои истребителями и боевыми кораблями, которые они, несомненно, могли бы с большей пользой использовать в другом месте. Атаки нашей береговой авиации кораблей противника были необходимым дополнением к налетам наших бомбардировщиков на порты и железнодорожные сортировочные станции и к действиям наших истребителей по железнодорожным эшелонам.
К весне 1943 года авиакрыло самолетов «Бофайтер», базировавшееся на аэродром Норт-Коут, было готово к проведению боевых действий. 18 апреля авиакрыло вылетело для атаки немецкого конвоя, шедшего вдоль побережья Голландии в сопровождении крупных сил охранения. Ударная группа состояла из девяти истребителей-торпедоносцев, шести истребителей и шести истребителей-бомбардировщиков «Бофайтер», прикрываемых на большой высоте истребителями «Спитфайр» и «Мустанг» из состава Истребительного командования. В результате прямых попаданий бомб и пулеметно-пушечного огня были повреждены два немецких тральщика типа «М» и вооруженный траулер. Самое крупное судно конвоя было повреждено двумя торпедами, загорелось, сильно накренилось на борт и, как полагают, позднее затонуло. В целом этот налет был проведен исключительно успешно, все самолеты «Бофайтер», участвовавшие в атаке, благополучно возвратились на свою базу.
В конце апреля авиакрыло потопило два транспорта и один траулер противника. Свои потери составили только один самолет «Бофайтер». К этому времени, по-видимому, произошел перелом в борьбе с судоходством противника, доказательством чему служат следующие факты. Например, по нашим подсчетам, грузооборот Роттердама — самого удобного порта для вывоза промышленной продукции из района Рейн-Вестфалия за май 1943 года составил всего 37 000 тонн по сравнению с грузооборотом в 106 000 тонн в мае 1942 года. Боевые действия ударного авиакрыла, налеты бомбардировочной авиации на порт и непрерывная постановка мин с воздуха вынудили немцев почти полностью прекратить использование порта Эмден.
Таким образом, можно сделать вывод, что к весне 1943 года борьба нашей авиации с судоходством противника стала приносить ощутимые результаты.
Более того, мины, сбрасываемые каждую ночь в воды противника с самолетов Бомбардировочного и частично Берегового командований, оказались более грозным оружием, чем мы предполагали. С апреля 1940 по март 1943 года самолеты этих командований поставили около 16 000 мин, потеряв при этом 329 самолетов. Теперь известно, что на этих минах подорвались и затонули 369 кораблей и торговых судов противника с общим тоннажем 361 821 тонна. За это же самое время самолеты военно-воздушных сил метрополии произвели 3700 атак по кораблям и судам противника и потопили 107 кораблей и судов с общим тоннажем 155 076 тонн. Свои потери составили 648 самолетов. Таким образом, потери нашей авиации при проведении воздушных атак по кораблям противника в среднем составляли шесть самолетов на каждый потопленный корабль, а при постановке мин с воздуха менее одного самолета на каждый подорвавшийся на минах и затонувший корабль противника. Сочетание этих двух форм борьбы уже в то время причинило большой ущерб судоходству противника, и ущерб этот, как мы увидим дальше, продолжал возрастать.
После вступления Соединенных Штатов в войну с Германией шесть самых крупных немецких подводных лодок получили приказ отправиться в североамериканские воды. Прибыв на место назначения во второй неделе января 1942 года, эти подводные лодки в течение трех недель потопили не менее 40 судов союзных и нейтральных стран с общим тоннажем 230 000 тонн.
Вскоре после этого Дениц отдал приказ всем подводным лодкам, находившимся западнее Британских островов, и нескольким подводным лодкам, находившимся в районе Азорских островов, занять боевые позиции у североамериканского побережья. Пять подводных лодок были направлены к берегам Центральной Америки. В это время немцы начали пополнять запасы топлива на подводных лодках в море.
В течение последующих четырех месяцев немецкие подводные лодки произвели настоящее опустошение в судоходстве союзников. За исключением апреля, когда плавание кораблей в наиболее опасных зонах было прекращено, потери судов у американского побережья непрерывно возрастали. Например, только в мае было потоплено 109 кораблей и судов, включая 30 танкеров, с общим тоннажем 531 000 тонн. Потери немцев в среднем составляли менее двух подводных лодок в месяц.
Положение наше было нелегким, но мы не теряли присутствия духа. Мы знали, что как только американцы смогут наладить эскортирование своих конвоев, легким успехам противника наступит конец. Кроме того, мы понимали, что поскольку противник перебросил большинство своих подводных лодок в западную часть Атлантического океана, то, естественно, уменьшался ущерб, который немцы могли причинить в другом месте. В течение почти всей весны переход союзных конвоев из Северной Америки в Англию осуществлялся сравнительно благополучно. В водах, находящихся в радиусе действия самолетов Берегового командования, немецкие подводные лодки за пять месяцев этого года потопили только девять торговых судов. Это позволило Береговому командованию, несмотря на то что самолеты периодически перебрасывались на другие театры военных действий и часто привлекались против немецких линейных кораблей, уделять больше внимания «транзитным районам» немецких подводных лодок.
Наибольшую важность представляли северный район и район Бискайского залива. Первый район находился между Шетландскими островами и Норвегией, с одной стороны, и Шетландскими и Фарерскими островами — с другой. Через этот район немецкие подводные лодки, базировавшиеся на базы Германии, совершали свой первый переход. Бискайский залив постоянно пересекали подводные лодки противника, действовавшие с основных баз, расположенных на западном побережье Франции. Несмотря на тщательные поиски немецких подводных лодок, осуществляемые самолетами 15-й авиагруппы в северном районе и 19-й авиагруппы в районе Бискайского залива, вначале было уничтожено лишь незначительное количество подводных лодок противника. В июне 1942 года наши самолеты, действовавшие в Бискайском заливе, добились значительных успехов. Этому способствовал ряд причин. Во-первых, боевой состав Берегового командования был усилен несколькими эскадрильями Бомбардировочного командования, использовавшимися для борьбы с немецкими подводными лодками; во-вторых, на многих самолетах были установлены неподвижные зеркальные аэрофотоаппараты для фиксации результатов атак; и в-третьих, на вооружение поступили новые противолодочные бомбы, снаряженные торпексом — взрывчатым веществом на 30 процентов сильнее прежнего аматола — и снаряженные взрывателем нового типа[87]. Однако самым большим достижением была установка на самолетах бортовых прожекторов Ли. Пять бомбардировщиков «Веллингтон», оборудованных бортовыми прожекторами, при общем налете в 230 часов обнаружили ночью семь немецких подводных лодок. В это же время бомбардировщики «Уитли», использовавшие светящие авиационные бомбы, за 260 часов не обнаружили ни одной подводной лодки. Применение, хотя и в ограниченных масштабах, бортовых прожекторов оказало немедленное воздействие на экипажи подводных лодок противника. Немецкие подводные лодки не решались больше двигаться ночью в надводном положении. Боязнь экипажей всплывать ночью на поверхность скоро привела к тому, что наши патрульные самолеты получили большую возможность нападать на подводные лодки противника в дневное время. 24 июня Дениц приказал всем командирам подводных лодок пересекать Бискайский залив днем и ночью в погруженном состоянии. Всплывать на поверхность разрешалось только для зарядки аккумуляторов.
87
Такие взрыватели обеспечивали взрыв противолодочной бомбы на глубине 10 метров от поверхности воды, но и они не удовлетворяли требованиям Берегового командования, которое настаивало на выпуске взрывателей, обеспечивающих взрыв бомб на глубине 7,5 метра. — Прим. ред.