— Хватит, кузен.
— Черта с два хватит! Почему мы пререкаемся из-за этой короны, когда ты запросто можешь получить другую?
— Меня совершенно не интересует то королевство... только девушка.
— Та, которая по чистой случайности находится под защитой Демона Смерти и самой могущественной, из когда-либо живших чародеев, чародейки? Ты пытался ее похитить?
— Пытался, — признался Треан. — Но она привязана к той сфере.
— Постой-ка, она... демонесса? Опять же, почему прямо сейчас ты не в постели с ней?
— К твоему сведению, она наполовину чародейка. И она знакома с моей целью. Они... близки. Она возненавидит меня навечно, если я убью его.
— У тебя нет выбора.
— Это почему же?
Виктор закатил глаза.
— Потому что ты раб своего долга, своего дома.
Последнее тысячелетие Треан только и делал, что жертвовал всем ради блага Дакии. Хоть раз в жизни, он может получить то, чего желает именно он?
— Что если я... не сделаю этого?
Виктор отступил, не зная как реагировать.
— Идеальный, самоотверженный Треан Дакийский лелеет эгоистичные мысли? Я должен в этом разобраться. Перемирие на один вечер?
Треан выдохнул.
— Налей медовухи.
После того, как он осторожно вложил меч в ножны, Виктор сделал то же самое.
— Расскажи мне о ней.
Переместившись к буфету, Виктор выбрал хрустальный графин, наполненный разбавленной кровью медовухой.
— Она молода. Прекрасна.
Талантлива, изобретательна, чувственна от природы. С самой сладкой кожей, какую я мог только представить.
— Насколько молода?
Виктор вручил ему бокал, наполненный темно-красной жидкостью.
Помедлив, Треан ответил:
— Одного возраста с Косминой.
Мирча и Космина были настолько моложе старших кузенов, что называли их «дядями».
У Виктора отвисла челюсть.
— Ты шутишь.
— Вовсе нет.
Треан сделал глоток, но обнаружил, что кровь безвкусна. Он снова задумался, на что будет похожа кровь Беттины.
Наблюдательный Виктор прищурился.
— Ты ее укусил?
Был очень близок к этому. Треан вспомнил, как изнывали его клыки от желания пронзить ее... абсолютно бесконтрольно. Подобно необузданной эрекции.
Сможет ли он побороть искушение попробовать кровь Беттины, если получит второй шанс? Как другие Дакийцы-мужчины держат себя в узде?
Что... со мной не так?
— Ты сделал это! — Виктор поднял свой бокал. — Как это не похоже на тебя, Трей! Ты отметил ее кожу? Ты получил ее воспоминания?
— Не будь идиотом.
Одной из причин, почему Дакийцы отказывались пить кровь напрямую из источника — это cosaєad [4] ... возможность читать воспоминания, получаемые через кровь. Когда cosaє [5] берет кровь напрямую из источника, даже от малейшей капли на языке, он получает воспоминания жертвы. Холодные, рациональные Дакийцы считали это осквернением, вторжением в их ясные рассудки.
Если я получу воспоминания Беттины, что я увижу? Возможно, сцены ее вожделения к Каспиону. Треан еле сдержался, чтобы не раздавить свой кубок.
— Думаешь об этом даже сейчас? — спросил Виктор. — Я не могу поверить, что ты испробовал на ней свои клыки... Идеальный Треан на самом деле порочен!
— Я не кусал ее. — Он поднял взгляд. — Ты выглядишь разочарованным. Так хочешь увидеть меня падшим?
— Но ты хотел.
Буду фантазировать об этом всю оставшуюся жизнь.
— Даже если это так, я все равно никогда не признаюсь тебе в чем-то столь постыдном.
Виктор отвел взгляд.
— Возможно, однажды ты это сделаешь. — Он сделал большой глоток. — Вернемся к насущным делам. Каковы твои планы относительно девушки?
— Убить Каспиона. Забыть о ней и двигаться дальше.
Как только он это произнес, слова обожгли его горло, свидетельствуя о лжи. Забыть ее не вариант. Сможет ли он двигаться дальше?
Так много вопросов, окружавших ее, так много нужно о ней узнать. Треану казалось, что он прочел первую страницу самой захватывающей книги в своей жизни и тут же захлопнул ее.
— Второй вариант: убить Каспиона, найти способ украсть медальон, контролирующий девушку, а затем похитить ее саму.
Действительно ли она всегда будет его ненавидеть? Наверняка, через несколько десятилетий она перестанет злиться.
Виктор решительно покачал головой.
— Магию Морганы не обойти даже тебе. У нас нет заклинателя, чтобы помочь тебе, а тем более такого, который смог бы помериться с ней силами. Умом ты понимаешь, что кража медальона не выход. Эта кампания обречена на провал.
Виктор поставил свой бокал, начиная серьезнее относиться к этой теме.
Возможно, потому что он увидел в Моргане врага, который мешает исполнению желаний собрата Дакийца. Или, возможно, он предчувствовал неминуемое насилие и даже отчасти надеялся на это. А возможно, Виктор хотел помочь, потому что стремился уменьшить вероятность восхождения Треана на трон.
Вероятнее всего, имели место все три мотива.
На мгновение Треан подумал, что, возможно, Виктор хочет помочь, потому что когда-то давным-давно они были друзьями. Но отбросил эту мысль. Слишком многое произошло между ними с тех пор.
Треан сказал:
— Я размышлял над обращением к ее крестным перед началом турнира. Но как именно я должен представиться? Что я скажу: Я не могу сказать вам, кто я, из какой королевской династии я происхожу, откуда я родом, каким владею имуществом. Тем не менее, прошу вас отдать мне вашу подопечную?
— Как насчет того, чтобы похитить ее после турнира... но до бракосочетания в полнолуние?
— Возвращаемся к призывающему медальону. Кто бы ни победил, он будет контролировать ее передвижения.
— Если ты будешь участвовать, ты должен будешь покинуть туман? Быть видимым всеми?
Треан с трудом подавил дрожь.
— Да. Всеми.
— Ты будешь изгнан... и мне не придется убивать тебя, — самодовольно сообщил Виктор. — По крайней мере, не прямо сейчас.
Треан послал ему взгляд, которого заслуживал этот комментарий.
— Ну, сам подумай, ты станешь королем, по меньшей мере, одной сферы.
— Вообще-то, как по мне, это не очень хорошо. Править дождливой сферой, сокрытой глубоко в болотах и населенной Демонами Смерти? Что я знаю о правлении демонами? Или о дожде, если уж на то пошло? — Он махнул рукой в сторону каменного неба Дакии. — Да и чего бы им соглашаться, чтобы ими управлял безымянный вампир? Очевидно, что турнир не вариант. Я никогда не смогу отвернуться от своего королевства, отказаться от своего дома, не тогда, когда Дакийцы нуждаются в короле.
— Есть кое-кто другой, кто мог бы править нами.
Треан сделал большой глоток, страстно желая напиться медовухой.
— Снова Лотэр?
Лотэр Дакийский, Враг Древних, трех тысячелетний красноглазый вампир, безумный от жажды крови... яркий пример того, почему Дакийцы не пьют кровь из плоти других существ.
Лотэр наполовину вампир Орды, наполовину Дакиец. Абсолютно безумный.
Мог ли он заявить права на престол? Безусловно. Его дом правил всегда.
Чего ему не хватало, так это понимания реальности. Хотя кузены старались держать его в поле зрения, они никогда не обнаруживали себя перед ним.
— Ты бы на самом деле признал красноглазого короля?
Вампиры Орды осушали своих жертв до последней капли крови, становясь зависимыми от получаемых при этом сил и безумия. По слухам, в голове Лотэра было бесчисленное количество воспоминаний.
На самом деле говорили, что он использует cosaєad ради собственной выгоды, выпивая избранных жертв, чтобы заполучить их тайны.
— Возможно, я даже восхищаюсь им, — сказал Виктор. — Он мастерски заключает сделки. Он преподнесет королевству свою легендарную книгу долгов в качестве приданого.
Легендарная книга Лотэра. Тысячелетиями он манипулировал Ллореанцами, находящимися между жизнью и смертью, предлагая спасти их... за определенную плату. Поговаривали, что Лотэр заставлял своих должников клясться, что они сделают все, о чем бы он ни попросил, когда придет время отдавать долг, и дотошно записывал все сделки.