Сет довольно усмехнулся.
— Это точно! Знай я о твоем рождении, позаботился бы о том, чтобы ты… ну сам понимаешь… — Сет высоко рассмеялся, и его рыжая борода мелко затряслась, вызывая у Хора неприятные брожения в желудке.
— С того самого дня, когда ты со своим войском напал на Пе, а Нефтида спасла маму и Анубиса, они больше не расставались. Они спрятались в дельте Реки и никто не знал, что они все еще живы. Даже Тот. Он много раз посылал на поиски, да и Джесертеп усердно искал своих друзей. И тебя тоже, — Хор презрительно посмотрел на Иманхуэманха. — Только он еще не знал, что ты его предал. Джесертеп думал, что все мы погибли. Мне никогда не понять, как они могли считать тебя героем?
Иманхуэманх вздрогнул, услышав свое имя из уст Хора. Он помрачнел, ведь ему рассказывали совсем другую историю… Не желая ненароком показать свои чувства, Иманхуэманх подался чуть назад, так, чтобы ни Сет, ни Хор не видели его лица, и не пропускал ни одного слова птицеголового.
— Откуда бы тебе обо всем этом знать, если никто не знал, где вы прячетесь? — буркнул Иманхуэманх, боясь, что пьяный Хор потеряет нить рассказа.
— Мы недолго жили одни, — воркнул Хор. — Однажды, когда я еще был совсем младенцем, меня укусила змея. Чтобы помочь мне, Нефтида связалась с Тотом, и он привез противоядие. Тогда-то все и узнали о нашем спасении. Тот попросил Джесертепа и других Нетиру, друзей отца, присмотреть за нами. Они рассказывали много историй о противостоянии с Сетом…
Глаза Сета на мгновенье налились кровью, но лишь на мгновенье. А Хор, обхватил голову руками: рассказ выбил его из равновесия. Он уже забыл, почему он здесь и зачем говорит со своим врагом. А Иманхуэманх смотрел на него, словно сраженный громом. Этот рассказ не шел ни в какое сравнение с тем, в чем убедил его Себау. Он уверял, что друзья бросили его, и что все прекрасно знали, что с ним случилось, но не захотели его спасать. А получалось, что никто его не бросал. Анубис был ранен, а потом должен был защищать младенца Исиды, это его долг в первую очередь. Иманхуэманх сам бы не поступил иначе! А Джесертеп искал их обоих и решил, что они погибли… Выходит, вся его жизнь у Сета лишь обман… А женщины? Неужели это тоже обман? Иманхуэманх тряхнул головой, и удивился своей глупости. Конечно, такого не может быть. Женщины, они нечисты и должны знать свое место… но что-то тревожило его и не давало покоя. Ему необходимо было еще раз расспросить Хора и убедиться, что это не пьяное вранье, и не желание использовать его против хозяина. Но Сет не унимался. Он подливал и без того пьяному Хору вина, обнимал его за плечи и уже начал восхищаться его красивым телом, как бы невзначай трогая его повсюду, а ничего не подозревающий Хор даже не обращал на это внимания.
Иманхуэманх стал незаметно разводить водой вино в кубке Хора, а Сету подсыпал хорошую порцию галлюциногенов. В зале появились молодые юноши, и, рассеявшись между гостями, занялись своим прямым делом. Правда, Хор не подпускал к себе никого, хотя спьяну он даже не заметил подвоха.
— Какие у тебя плоские наложницы! — воскликнул он, отодвигая Сета, почти уснувшего на его плече. — Ты должен прийти в мой дом. Там ты узнаешь, что такое настоящее блаженство!
Сет удивленно поднял бровь и что-то неразборчиво промычал в ответ, но в это время Иманхуэманх протянул Хору новый кубок, и после пары глотков молодого фалконца вырвало прямо на обнимающего его Сета. Несколько юношей с чашами и кувшинами немедленно подбежали убрать нечистоты с Сета и втереть в него благовония, ненадолго отстранив Зверя от смущенного Хора, и Иманхуэманх воспользовался моментом. Нагнувшись почти вплотную к Хору, он прошептал:
— Послушай, ты в опасности. Нам нужно поговорить. Скажи Сету, что ты чувствуешь себя неважно и хочешь отдохнуть. Другого момента уже не будет.
Хор медленно повернулся, но Иманхуэманх уже был возле Сета, помогая юношам растирать благовония на оскверненном месте.
— Кажется, я перебрал. Прикажи слугам отвести меня в какую-нибудь спальню. Я немного вздремну, — пробасил Хор. — А ты, похоже, ничего справляешься!
Хор попытался отодвинуть слугу от Сета, но то, что он там увидел, снова вызвало у него новый приступ тошноты.
— Да, пожалуй будет лучше, если ты пойдешь отдохнешь. Я присоединюсь к тебе чуть позже! — ответил Сет, откидываясь на подушки, не в силах противиться похоти. — Иманхуэманх отведет тебя в мою опочивальню, — громко сказал он, и шепотом добавил: — Да смотри, не спускай с него глаз! И приведи его в порядок! Я скоро приду.
Глава 12. Обман
Иманхуэманх поклонился Сету и помог Хору встать. Они долго шли по лабиринту коридоров, и Хору казалось, что прошла вечность. Ватные ноги не желали слушаться, а выпитый алкоголь пытался выйти наружу через каждые несколько шагов. Слуги поддерживали Хора и стирали с него рвоту пропитанными благовониями тряпками. Наконец, они зашли в одну из многочисленных дверей этого бесконечного лабиринта. Ожидая увидеть кровать, обессиленный Хор издал резкий гортанный звук, чем до смерти напугал слуг: посреди пустой комнаты красовалась лишь круглая неширокая яма, доверху заполненная водой. Хор взглянул на Иманхуэманха, готовый разорвать его в клочья!
— Тебе станет легче, — безразлично сказал тот. — Да и от рвоты отмоешься. От тебя несет!
Хор, пытаясь успокоиться, позволил слугам себя раздеть и вошел в теплую ароматную воду. Иманхуэманх дал ему небольшой флакончик:
— Выпей, немного протрезвеешь! — буркнул он.
— А может это отрава? — в воде Хор почувствовал себя легче, но внятно произносить слова все еще давалось с трудом.
— Если бы я хотел, я бы подсыпал яду в твое вино, а не тащил бы тебя сюда. Как думаешь, я дал тебе рвотного?! — усмехнулся он.
Хор презрительно взглянул на Иманхуэманха.
— Так это из-за тебя? Я расскажу Сету!
— Да-да, пожалуешься ему, когда он сделает из тебя жену!
— Что ты несешь? — возмутился Хор. — Мы теперь друзья с Сетом! Я не позволю плохо…
Иманхуэманх даже не стал слушать. Он прогнал слуг и подвинул стул ближе к яме.
— Ты можешь кривляться, сколько хочешь, но у тебя не так много времени. Сет сделает с тобой все, что захочет! А ты слишком пьян, даже чтобы понять это! Неужели история твоего отца не достаточный урок, чтобы не доверять внезапным дружеским порывам Сета? Неужели ты еще наивнее Осириса?
— Что ты знаешь о моем отце? — презрительно воскликнул Хор, но выпил содержимое флакончика.
— Когда-то мы были друзьями. Но так давно, что я ничего об этом не помню. Я знаю это со слов твоих друзей. И я хочу понять, почему они меня бросили?
— Никогда бы мой отец не стал другом, такого как ты! Посмотри на себя! Ты позволяешь мужчинам использовать твое тело, как самая последняя шлюха. Ты мелок и не благороден. Ты, как змея, напал на меня, прекрасно сознавая, что я не в силах сражаться из-за ран. Попробовал бы ты сделать это сейчас! Ты ошибаешься, если думаешь, Хор пьян и ничего не смыслит! Мои ноги ватные и язык еле двигается, но моя голова светла! Я вижу твою ничтожность, и меня претит даже от разговора с тобой! Не сомневайся, я смогу постоять за себя!