Но Доктору было не до шуток:
— Эти люди играют с огнём. Если в этом озере прячется скарасен, то зайгонский корабль может быть там же. Если их спровоцировать…
— Дело примет дурной оборот, — вздрогнув, сказала Марта.
Он кивнул:
— А с другой стороны, если я прискачу галопом верхом на Артуре с устройством, которое управляет скарасеном, то о кибернетическом дойном убийце можно будет больше не переживать… А если зайгоны захотят вернуть себе источник пищи, им придётся прислушаться к моим условиям, — Доктор посмотрел на неё. — Но мне на это нужно время.
— Вы готовы, дорогая? — позвал Виктор, отворачивая ворот своей куртки автомобилиста.
— Сделаю, что смогу, — сказала Марта Доктору.
Она залезла в автомобиль на сидение рядом с Виктором и, едва она успела помахать Доктору рукой, машина помчалась по дороге.
Марта надеялась, что ей больше не доведётся ездить с Виктором. Романд в своём Ровере, по крайней мере, так не торопился. Виктор же, похоже, наслаждался тем, чтобы вписаться в поворот как можно жёстче, а она хотя и хотела выбраться из автомобиля как можно быстрее, но всё же не вылетев сквозь лобовое стекло!
Они проехали уже довольно много, когда Марта неожиданно заметила на поле позади кустарника движение. Группу оранжевых тел. Повозку, грохочущую по вересковой пустоши.
— Виктор, остановите машину, — крикнула она.
Но он уже жал на тормоз. Он тоже заметил. Как только автомобиль остановился, они оба выпрыгнули из него и начали продираться сквозь ежевичник.
— Боже мой! — выдохнул Виктор…
У Марты вырвалось что-то более грубое. Перепуганная чёрная лошадь неслась на них без седока, таща за собой повозку, которая тряслась и тарахтела, подпрыгивая на кочках. С ужасом Марта узнала повозку, которую она видела в Охотничьем Приюте. В повозку вцепились три зайгона: один сверху, на крыше, остальные тянули дверь, словно пытаясь попасть вовнутрь. Ещё двое бежали следом.
Зрелище было настолько сюрреалистическим, что Марта не могла с места сдвинуться. Уши лошади были плотно прижаты, на коже были ожоги и потёртости. Марта поняла, что это была лошадь, которая бросалась на неё в конюшне миссис А. И, судя по всему, дружелюбнее эта лошадь с тех пор не стала.
Лошадь, повозка, и зайгоны неслись прямо на неё и Виктора.
11
Марта схватила Виктора за руку:
— Бежим! — закричала она.
Она потащила его обратно сквозь запутанные ветви ежевики, а стук копыт у них за спиной становился всё громче.
— В машину!
Виктор забрался на переднее сидение, Марта на заднее, и тут, с треском, лошадь проломилась сквозь ежевику, пытаясь протащить за собой повозку. Но повозка не прошла. Она застряла в густой растительности и опрокинулась. Натянувшиеся поводья запрокинули голову лошади. Марта закрыла глаза, но не могла оградиться от ржания лошади и от тяжёлого удара, с которым тело животного столкнулось с повозкой.
Затем Марту тряхнуло, когда с громким металлическим ударом на капот Опеля грохнулось тело зайгона. Существо, слетевшее с повозки из-за столкновения с кустарником, подняло свою куполообразную мясистую голову и издало леденящий, гортанный рёв.
Виктор перебрался на заднее сидение, к Марте. Но зайгон на них не обращал внимания. Двое его приятелей лежали неподвижно на дороге, но их он тоже игнорировал. Он снова повернулся к сломавшейся повозке, лежавшей в кустах на боку, уже без одного колеса, и переступил через лежащее тело лошади. И начал тянуть на себя дверь. Двое других, которые гнались за повозкой, уже почти добежали до неё и снизили скорость.
Виктор был бледен:
— Что это за твари такие?
— Решительно настроенные, — тяжело дыша, сказала Марта. Она сделала глубокий вдох. — А кто кучер? Миссис Ансуик сказала, что её друг заберёт повозку…
— Вряд ли мы сможем ему помочь. Лучше уносить ноги.
Когда зайгон пролез в окно повозки, Виктор сжал кулаки:
— Если бы у меня с собой было слоновье ружьё!
Но внезапно из кустов на другой стороне дороге выскочила огромная, ужасающая собака с оскаленными зубами. Марта увидела на её спине опухоль и поняла, что это Тизел. Не колеблясь, мастиф бросился на зайгона, вытащил его из окна повозки, и прижал к земле. Тёмная морда Тизела терзала губчатую оранжевую кожу существа, и зайгон издал леденящий душу крик.
— Господи, это же пёс Эдди! — немного запоздало сообразил Виктор. — Откуда он взялся? Взять их, малыш!
Оставив свою жертву хрипеть с ужасной раной в горле, Тизел бросился в поле. Виктор повернулся к Марте и похлопал её по руке:
— Отвернитесь и не паникуйте, дорогая… Тизел быстро выпроводит этих тварей.
Марта в этом не была уверена. Она вышла из машины и осторожно подошла к пролому в кустарниковой изгороди. Она боялась того, что могла там увидеть, но ей нужно было знать, насколько всё плохо.
К её удивлению, зайгонов не было, видимо, они разбежались. Тизел стоял в поле и тяжело дышал, рядом с ним были только несколько настороженных коров. Марта осторожно стала осматривать сломанную повозку. Дверь была то ли заперта, то ли её заклинило, поэтому пришлось заглянуть сквозь разбитое окно. Внутри никого не было, только тёмный предмет размером с переносной холодильник. Это он был нужен зайгонам?
Позади неё, на другой стороне дороге, раздался треск. Испуганно обернувшись, она увидела Йена, который пытался протащить сквозь кусты велосипед. Раскрасневшиеся щёки мальчика были почти одного цвета с мокрыми от пота волосами. Когда он осмотрелся, его глаза увеличились до размера блюдец.
— Ты в порядке, старина? — спросил Виктор, положив ему на плечо руку.
— Я гнался за Тизелом, — тяжело дыша, Йен в шоке оглядывался по сторонам. — Он начал лаять в Гоулдспуре, и я подумал, что он нашёл взломщика, которого утром мисс Джоунс видела.
Виктор посмотрел на неё, нахмурившись:
— Какого взломщика?
— Это другая история, — коротко сказала Марта. — Что случилось, Йен?
— Я дошёл за ним до границы поместья, а он там лаял на забор; я подсадил его, чтобы он перебрался, — усталый Йен опустился на колени. — А потом Тизел бросился куда-то очень быстро, залаял так громко, что мёртвого мог бы разбудить.
— Если перелезть через забор, сюда можно быстрее добраться, — сообразил Виктор. — Он, должно быть, почуял запах этих тварей, — он с отвращением посмотрел на их тела. — Вначале огромная рептилия, теперь это. Никогда ничего подобного не видел.
— Тизел видел, — сказала Марта. — Одно из них его ранило. Доктор называет их зайгонами.
Йен осторожно подошёл ближе к тому, которого растерзал Тизел. Зайгон прижимал кулаки к своей окровавленной груди, словно опасаясь нападения. Но затем его глаза закатились, и он испустил последний вздох.
— Хорошо отомстил, Тизел, — мрачно сказал Виктор.
— Этот тебя больше не сможет жалить, — негромко сказала Марта.
— Эти зайгоны… — посмотрел на неё Йен. — Это они напали на моего отца?
— Возможно, — Марта виновато посмотрела на Виктора. — Что касается того взломщика в Гоулдспуре, то он тоже был зайгон.
Виктор осуждающе сверкнул глазами:
— Но почему вы мне раньше об этом не сказали? Бога ради, мисс Джоунс, там женщины одни остались!
— Тот зайгон пришёл за дневником лорда Хэйлстона, — заверила его Марта. — Я пыталась предупредить миссис Ланн, что в дом кто-то залез, но она мне не поверила. Вы бы мне поверили до того, как сами всё это увидели?
— Пожалуй, нет, — признал Виктор. — Что им от нас нужно?
Вдруг он увидел, что Йен вынул что-то из руки умершего зайгона.
— Не трогай! — резко сказал он.
— Я… я просто смотрел, — сказал Йен, вставая.
Он протянул свою находку — похожий с виду на хрящ комок, с формой кинжала.
— Это может быть оружие?
— Это может быть всё, что угодно, — сказала Марта. — Я у него это не заметила…
Внезапно Тизел снова залаял, и у Марты свело живот. Она быстро обернулась в сторону новой опасности. Но ничего не увидела… однако, через несколько секунд воздух наполнил высокий писк.