Няня Флок проигнорировала её и самодовольно улыбнулась Йену:
— Ох, я всё твоей матери расскажу.
— Отличная идея, — сказала Марта, развернулась, взяла Йена за руку и быстро повела его по коридору. — Думаю, что будет лучше вначале рассказать его отцу. Прямо сейчас.
Няня Флок ахнула:
— Да как ты смеешь уходить!
Легко, — подумала Марта, ускоряя шаг. Потому что если Ланн не у себя в спальне, то он зайгон, и до тебя мне нет дела. А если он там, то ты можешь быть зайгоном. И я не собираюсь дать тебе возможность продемонстрировать это здесь, при Йене.
— А ну вернись! — кричала женщина.
Йен посмотрел на Марту:
— Ох и неприятности же у нас будут!
Затем на его лицо медленно появилась улыбка:
— Это самый интересный день в моей жизни.
— И он ещё не закончился, — сказала ему Марта, пытаясь улыбнуться, и поднимаясь вверх по ступеням.
Она немного помедлила у двери в комнату Ланна, а Йен постучал.
— Отец? Это Йен и дама, которая вчера тебе раны промывала, — он сглотнул. — Можно зайти?
Ответа не было. Марта слышала торопливые шаги по лестнице. Времени почти не осталось. Набрав полную грудь воздуха, Марта взялась за ручку из слоновой кости и открыла дверь.
8
Марта заглянула во мрак комнаты. Задвинутые вельветовые шторы прогибались от ветра вовнутрь, и луч света падал на Эдварда Ланна. Он лежал в постели, похоже, крепко заснув, склонив голову набок.
Марта с облегчением вздохнула, но вдруг поняла, что это ничего не меняло. Кто сказал, что в доме не может быть два зайгона, что Ланн не прокрался вниз по лестнице, и не пригласил своих приятелей спрятаться в доме?
— Йен, что ты делаешь? — голос был тихий и дрожащий.
Марта обернулась и увидела, что позади них стоит миссис Ланн. Её светлая кожа казалась ещё бледнее из-за надетого на неё шёлкового халата цвета слоновьей кости.
— Прости, мама, — сказал Йен, а Марта тем временем прикрыла дверь. — Но в дом кто-то пролез, и мы беспокоились…
— Единственный, кто пролез в дом, это она, мэм, — появившаяся няня Флок указала костлявым пальцем на Марту. — Она вломилась через окно на первом этаже.
— Это была не я, — спокойно начала Марта. — Я встретила гуляющего Йена и поинтересовалась здоровьем вашего мужа.
— Она наверняка серебро стащить решила, — заметила няня.
— Марта — друг Виктора Мередита, — протестовал Йен. — Она не вор!
— Твоя дерзость — просто позор, Йен. Я её не потерплю, — сердито взглянула миссис Ланн на своего сына. — Марш в свою комнату, я с тобой позже поговорю!
Марта посмотрела на неохотно удаляющегося Йена.
— Он не виноват, — тихо сказала она.
— Не хочу больше ничего слышать, — отрезала миссис Ланн. — О моём муже заботится настоящий доктор, мы больше не нуждаемся в ваших услугах, мисс Джоунс.
Зазвенел звонок входной двери. Тизел, залаяв, бросился вниз по лестнице, а миссис Ланн устало закрыла глаза:
— Мисс Флок, будьте добры, сообщите Чивверзу о разбитом окне, пусть займётся им.
— Хорошо, мэм, — няня склонила голову. — А что насчёт мальчика?
Миссис Ланн покачала головой:
— Им я сама займусь.
Чувствуя себя беспомощной, злой, и униженной, Марта развернулась и пошла вниз по лестнице в прихожую. Чивверз в этот момент открывал кому-то входную дверь. Это оказался Клод Романд.
— Хочу присоединиться к отряду охотников, — пафосно заявил Романд, лихо сдвинув набок твидовую кепку. — Чтобы запечатлеть это для общества и потомков.
— Вы опоздали, — сказала Марта, обойдя Чиверза быстрее, чем тот успел что-нибудь ответить. — Отряд охотников уже на охоте, — она взяла Романда за руку и повела его вниз по лестнице. — Впрочем, если вас на самом деле интересуют монстры, то вам лучше остаться здесь.
— Неудачный визит? — спросил Романд.
— Такой же удачный, как завтрак миссис А., — призналась она.
И тут она заметила его автомобиль. Он был бордового цвета, на вид не такой спортивный, как у Виктора, но просторнее, с брезентовой крышей и значком ROVER на решётке радиатора.
— Клод, а вы, когда подъезжали, ничего странного в саду не видели?
— Ничего, — ответил он.
— Понятно, — вздохнула она. — Надеюсь, Доктор скоро вернётся.
— Он уже вернулся!
Неожиданно с заднего сидения выглянул широко улыбающийся Доктор:
— Привет!
Марта почувствовала облегчение:
— Доктор! Где же ты пропадал?
— Ну, собирал всякую всячину, нюхал цветы, разговаривал с коровами. Сверкал пятками так, словно от этого зависела моя жизнь… собственно, да, зависела, конечно. Месье Романд, поворачивая к Гоулдспуру, заметил меня дороге, я как раз проходил там. Смотри, волдыри размером с пальцы! — он высунул из окна босую ногу и выразительно на неё посмотрел. — В это время года очень много оранжевого…
— Ну, рассказывай… — вздрогнув, сказала Марта. — Нет, постой, вначале… — она залезла в машину, перелезла через кинокамеру на заднее сидение, к Доктору, и сжала его руку. — Давай немного просто посидим.
Он тоже сжал её руку, и снова широко ей улыбнулся.
— Давай, — согласился он.
Романд подбросил их до конца дороги, ведущей к охотничьему домику, а сам потарахтел искать охотников. Марта и Доктор (на котором были новые кеды) неторопливо пошли, рассказывая на ходу друг другу о своих приключениях.
— К тому времени, когда я добежал до ТАРДИС, никто за мной уже не гнался, — сказал Доктор, завершая свой рассказ. — По пути в Гоулдспур тоже ничего не случилось. Пара коров были рады меня увидеть, но к этому я уже привык…
— А сколько зайгонов может быть всего? — спросила Марта. — Я одного видела, ты одного видел…
— Сложно сказать, — Доктор нахмурился, отчего его худое лицо стало ещё более жёстким. — Возможно, их совсем мало, но их действия хорошо скоординированы. А может быть их сотни, и они схватили уже всех, кто тут жил.
Марту это шокировало:
— Это значит, что все настоящие люди уже мертвы?
— Нет, зайгонам нужно сохранять своих жертв живыми, — объяснил Доктор. — Им нужно довольно часто обновлять отпечатки тел, иначе они возвращаются к своему истинному облику.
— А есть какой-нибудь способ их вычислить? — спросила Марта.
— Иногда они более сердитые, более холодные, — сказал он. — Но в целом у них очень хорошо получается прятаться, — он рассерженно взмахнул руками. — И вот этого я не понимаю. Если кто-то на них охотится, почему они не залягут на дно, не спрячутся в своём космическом корабле?
— Может быть, их корабль уже обнаружен, — предположила Марта. — Или уничтожен. Ты не можешь проверить… я не знаю, какое-нибудь выпадение космических частиц?
Он недоверчиво посмотрел на неё:
— Выпадение космических частиц?
Марта пожала плечами:
— Ну, взорвавшийся космический корабль должен же что-то после себя оставить?
Доктор усмехнулся:
— Хорошая мысль. И именно этим я в ТАРДИС и занимался.
С притворным укором она схватила его за плечо:
— И?
— Ничего! Ничегошеньки. Жирный ноль. Нет даже локального атомного возмущения, которое можно уловить от недавно приземлившегося космического корабля.
— То есть, либо охотники на зайгонов тут уже давно, как и сами зайгоны, — рассуждала Марта, — либо они спрятались от древних сканеров ТАРДИС…
— Эй!
— …либо вообще нет никаких охотников, — Марта посмотрела на него. — Они не существуют.
— Что-то снесло голову скарасену и ранило найденного нами на дороге зайгона, — напомнил ей Доктор. — А что касается его приятелей, то они ведут себя крайне странно.
Марта кивнула:
— Проникают в дома, чтобы почитать дневники…
— А ещё зайгон, который сказал пожалуйста. Это могло бы быть названием книги, скажи? «Зайгончик, который сказал Пожалуйста». Вот так книга была бы! Я бы и сам в чей-то дом залез, чтобы почитать такую…
Марта его перебила:
— А он стал таким вежливым, чтобы что-то особенное попросить?