Но всё это касалось исключительно свободных людей, не принадлежавших к какому либо Роду или Дому, и не находящихся на обучении или государственной службе. Над Родами довлел Совет, который имел право одобрить или запретить любую дуэльную схватку, а за Домами присматривали главенствующие Рода, имевшие право наложить вето на любой вызов. В общем сплошная политика.
Отдельной группой стояли вояки, гражданские служащие и советники, а также студенты и сотрудники Академии. Над ними довлели уставы: военный, гражданский и академический, дуэльные статьи в которых отличались от обычных в сторону большей гуманности, с целью недопущения бессмысленной смертности. Студентам, не имеющим ранга Искусника, запрещались все виды дуэлей, кроме рукопашной схватки без оружия и магии, да и то не до смерти, а до невозможности продолжать бой одним из участников. Причем студенты и работники гражданских факультетов могли от дуэли вообще отказаться без ущерба чести, а вот действующим и будущим воякам такой возможности предоставлено не было, ибо воин всегда должен быть бойцом и обязан принимать любой вызов. Но и в этом случае были ограничения по рангам и классам, а дуэли между начальниками и подчиненными допускались только с разрешения вышестоящего руководства. В данном случае класс дуэлянтов был одинаков, а разрешение на схватку курсанта и его звеньевой могла выдать сама целительница, стоящая в табели о рангах на уровне зама курсового офицера. Она же могла выполнить и обязанности судьи.
Искусница пожала плечами, повертела на кисти браслет мобильного визора, включив его в режим регистрации, и кивнула орчанке с Нео, разрешая войти в круг. Что они незамедлительно и сделали, с небольшим усилием продавив плёнку граничного щита и застыв друг напротив друга на слегка похрустывающем белом гравии, являвшимся ни чем иным как цухумом, вернее отходами от его обработки. Подождав не менее минуты, за которую цухум должен высосать из аур соперников всю накопленную энергию для невозможности использования даже простейшей магии, судья дала команду: "Бой!".
Нео ухмыльнулся и качнулся влево. Орчанка стремительно подшагнула наперерез и выбросила в маховом ударе правую ногу. Но талумца там уже не было, он мягко скользнул в противоположную сторону, двигаясь по внешнему радиусу дуэльного круга. Эльта, судя по открывшемуся рту, крикнула ему что-то похожее на: "Стой, гад!", но слова были заглушены односторонним щитом, поэтому о смысле перебранки противников можно было только догадываться. Всё, что они могли сказать — оставалось между ними, и это правильно. Может они там в любви друг другу признаются? Впрочем, это вряд ли.
Как ни пыталась орчанка выбить пыль из дикаря, до сих пор у неё ничего не получалось, несмотря на неплохую школу боя и, видимо, отличных наставников. За плечами у Нео системной подготовки не было, зато был реальный боевой опыт и множество смертельных схваток, в которых нет правил и нет пощады. Поэтому, будь его противник мужиком с аналогичным уровнем подготовки, дуэль бы закончилась достаточно быстро, каким-нибудь подлым ударом — в этом дикарь был мастак. Даже Санька с ним поначалу слегка терялся, хотя и обладал богатым опытом жестких контактных поединков. Конечно друг против друга они ничего не имели, скорее наоборот, просто дружески смахнулись несколько раз из обоюдного интереса, расставив кое-какие точки на "ё". И пока что Санька по счету лидировал, хотя и с минимальным отрывом. Но вот с женским полом у Нео был пунктик, а точнее даже не пунктик, а железный жизненный принцип, который он однажды озвучил: "С бабами не дерусь!"
Деваться правда было некуда, поэтому талумец периодически нарывался то на Эльту, то ещё на какую-нибудь родовитую аристократку. Оттого в дуэльном кругу он был практически завсегдатаем, но против девчонок действовал подчеркнуто аккуратно, практически не используя ударную технику и беря противниц на измор. До сих пор у него получалось и повалять девчонок, а заодно и пощупать. Благо ширина дуэльного круга позволяла сухощавому и гибкому черномазому маневрировать, избегая плотного контакта. Вот опять он в перекате поднырнул под очередную атаку орчанки, умудрившись подбить ей опорную ногу и тут же вскочив слегка придержать её падение за рукав комбеза, чтобы сильно не шмякнулась и не дай бог не отбила себе чего, а то "ей ведь рожать ещё". Эльта от такой заботы окончательно спрыгнула с нарезки и, вскочив, разразилась каскадом ударов, попади каждый из которых в голову Нео — наверняка полетели бы осколки от чёрной черепушки. Но увы, в скорости она всё равно проигрывала, несмотря на прохождение первого этапа разгона. Ведь Нео прошел его чуточку быстрее и уже готовился ко второму.
Саньку передёрнуло. Ничего приятного в разгоне не было. После инициации на кафедре физиологии всё тело в течение недели ломало и крутило, и теперь он знал, как болит каждая мышца, связка или косточка. Зато, говорят, тело укрепилось, да скорость прохождения нервных импульсов возросла на порядок. Хотя субъективно это можно было проверить, лишь пройдя второй этап, на котором шел разгон мозговой активности, самый опасный по последствиям, но тоже для вояк обязательный. Проводился он на кафедре Разума и, говорят, сопровождался интересными спецэффектами и частым съездом курсантов с катушек. Правда говорили об этом в основном сами же курсанты, со слов своих друзей или родичей, обучавшихся на старших курсах, а разумники уверяли в его полнейшей безопасности. Последний этап разгона — контролируемый морфизм, проводился уже по желанию. На третьем курсе, после усвоения и проработки всех разделов общей магии и магии крови курсант мог принять кровь от кого-то из морфов и адаптировать её к своему организму, получив возможность частичной боевой трансформации. Кровь морфа должна быть передана и принята добровольно, с соблюдением необходимых условий и ритуалов, а принимающий должен владеть силами жизни и крови, ну и, в случае темных эльфов, ещё и смертью. После этого принявший кровь мог войти в Род морфов, либо, если принадлежал другому Роду — стать другом Дома.
Схватка между тем продолжалась и Нео уже разжился трофеем, сдернув с хвостика на макушке Эльты сыромятный ремешок. Орчанка сразу разлохматилась и покраснела от обиды, но задора не потеряла, проведя молниеносный удар локтем назад с последующим разворотом. Талумец блокировал, правда немного неудачно, зато от следующего удара ушёл уже чисто, отпрыгнув подальше и, тряся слегка отбитой кистью руки с зажатым в ней ремешком, белозубо оскалился. Девчонка яростно бросилась вперёд, от злости потеряв концентрацию, и тут же попала в жёсткий захват, закончившийся броском лицом на цухум и фиксацией руки на болевой. Нео заблокировал её попытку выкрутиться и усилил нажим, что-то при этом нашептывая Эльте практически на ушко, а потом вопросительно посмотрел на целительницу. Смысла дожимать и рвать связки он не видел, хотя девчонка и была настроена терпеть и не сдаваться. И если бы сигнала окончания боя не было, а так уже не раз бывало, он бы просто встал и всё начал сначала, до тех пор пока орчанка не выдохнется или судье не надоест.
— Стоп! Выход! — буркнула целительница и недовольно продолжила, обращаясь к выбирающимся из круга дуэлянтам: — А теперь слушайте меня. Это был последний раз и вы двое можете ко мне больше не подходить — не дозволю. Надоели! Оба! Если хотите продолжать в том же духе — идите сразу к Нехору, но и своё мнение я до него донесу.
Нео осторожно протянул шнурок тяжело дышащей орчанке и пожал плечами. Эльта, привычно собрав волосы в пучок, молча кивнула и отошла в сторону, присев на траву и пытаясь прийти в себя. Братаны тут же кинулись к ней и теперь перетаптывались рядом, что-то успокаивающе бубня и напоминая при этом двух виноватых мамонтов. А Нео подошел к Саньке и плюхнулся рядом.
— Домой хочу, — он тоже откинулся на траву, немного помолчал, вздохнул и тихо продолжил: — Там если война — то война, а если вдруг мир, то отец ведёт мужчин и юношей на охоту, и мы бьём буйволов или рогоносцев, добываем мясо, жилы и шкуры, вьючим на зебов и возвращаемся обратно. На окраине посёлка нас встречают радостные дети и с воплями бегут рядом, а женщины возле хижин толкут корн и улыбаются нам. Вечером будет пир, охотничьи байки у большого костра и танец под громкие барабаны. И кто-то из молодых обязательно получит белый клык и право взять первую жену. А ночью, лёжа в гамаке и обнимая спящих женщин, можно смотреть на звёздное небо и верить в богов.