— Такая хорошая саба, — пробормотал Дэйн, позволяя своей руке скользить по ее бедрам. Мужчина наклонился и поцеловал ее поясницу. Ему стало интересно, как беременность изменит ее. Она станет такой красивой, округлая и мягкая, наполненная их ребенком. Он будет баловать ее, и проводить дни напролет, растирая ее ноги и поглаживая живот. Да, он с нетерпением ждал этого момента.
— Думаю, хорошая саба заслуживает удовольствие.
Его пальцы опустились вниз, и нашли мягкую плоть ее киски. Она была налита кровью, словно распустившийся цветок. Его пальцы с легкостью скользили по ее лепесткам и вокруг ее клитора.
— Дэйн, Дэйн. Мне так хорошо. Я могу все чувствовать, — произнесла она со стоном.
В этом и была цель порки. Он заставил ее выбросить все лишнее из головы, и у нее не осталось выбора, кроме как целиком и полностью сконцентрироваться на них. Такая умная женщина, как Алия, иногда теряется в своих мыслях и тревогах, не в состоянии сосредоточиться на интимности секса. Особенно с учетом того, через что ей пришлось пройти, Дэйн хотел, чтобы она полностью отдавалась моменту. Здесь, в подземелье, не было места ни для чего другого, кроме них. Здесь было лишь наслаждение и сладостная боль, и глубокая связь между любовниками.
Принцесса слегка всхлипнула, когда он провел пальцем по ее лону.
— Хочешь член в этой киске?
Ему нравилось использовать грязные словечки, но до этого момента он не решался их употреблять, переживая, чтобы это не вернуло ей плохие воспоминания. Но не в этот раз. Она подалась назад, пытаясь поглубже заманить его пальцы. Он тут же отстранился и снова шлепнул ее по попке.
— Дэйн, пожалуйста.
Он обожал слушать, как она умоляет. Это показало ему, как далеко они могли зайти, если она чувствовала себя в достаточной безопасности для таких игр. Это невероятным образом успокаивало и придавало ему сил.
— Нет, Алия. Не ты здесь командуешь. Кажется, я упоминал, что настанет момент, и я заберу эту силу. Ну, любовь моя, сегодня именно та ночь. Ты будешь милой и послушной. Только в этом случае ты испытаешь удовольствие, ранее тебе неизвестное. Но до тех пор мы повеселимся. А теперь, на колени. Думаю, Лэндон уже подобрал несколько красивых зажимов, чтобы украсить твои соски.
К ним подошел Лэндон, неся в руках два зажима, на кончиках которых болтались рубины. Дэйн одобрил его выбор. Он мог контролировать силу зажима, заставив их впиваться в ее соски, но не настолько сильно, чтобы она смогла получить травму. Лэн развернул и протянул их, пока Купер помогал Алии встать на колени. Ее восхитительное тело пылало от неудовлетворенного возбуждения. Именно такой он и хотел ее видеть. Дэйн встал перед ней и показал раскачивающиеся зажимы.
— Они выглядят, как сережки, но я знаю, для чего они, — сказала она и мягко улыбнулась. — Вы хотите, чтобы я приподняла грудь для вас, Хозяин?
Боже, она знала что делала. Дэйн опустился рядом с ней.
— Думаю, я сам с этим справлюсь. Но сначала, я забыл кое-что сделать. Я хочу установить пару ритуалов и обычаев. Ритуалы очень важны в БДСМ, но каждые отношения отличаются. Я хочу поговорить о том, как ты будешь приветствовать своих Хозяев, даже когда мы будем находиться вне этой комнаты.
Она провела кончиком языка по нижней губе.
— Я слушаю.
— Ты всегда целуешь меня. Когда я вхожу в комнату, ты идешь ко мне и приветствуешь меня поцелуем.
— Это я могу сделать, Хозяин.
Алия приподняла голову в ожидании поцелуя.
Обхватив ее голову своими руками, Дэйн поцеловал ее. Он не стал терять время на поддразнивания и игры. Он пировал ею, словно изголодавшийся мужчина, каким он и был. Прошло много дней без вкуса ее губ, и он не смог бы пережить это снова. Он нуждался в ней. Он будет любить и целовать ее каждый день. Даже в те дни, когда они не смогут заниматься любовью, он хотел бы наслаждался ею таким образом, чтобы ее вкус не сходил с его языка, как напоминание, почему так хорошо быть живым. Дэйн заставил ее открыть рот и заскользил своим языком вместе с ее в мягком танце. Снова и снова, он погружался и выскальзывал, идеально имитируя то, что хотел сделать с нею.
Изнывающий от желания и испытывая нехватку воздуха, Дэйн, наконец, оторвался от губ Алии, разрывая поцелуй. Он уставился в карие глаза, которые сбивали его с ног каждый раз, когда он смотрел в них.
— Вот, чего я хочу от тебя.
Ее взгляд потеплел, когда она посмотрела на него.
— Я тоже этого хочу, Дэйн. Я хочу этого от всех своих мужчин.
— Тогда ты получишь это.
Дэйн встал, позволяя Куперу занять его место.
Купер поцеловал ее, и, притянув к себе, прижался к ее телу. Как только он отстранился, его место тут же занял Лэндон. Никто из них не хотел ждать. Они все хотели свои поцелуи. И все собирались получить гораздо больше.
— Лэндон, я знаю, как сильно ты любишь грудь нашей сабы. Почему бы тебе не подготовить ее для зажимов? — спросил Дэйн.
— Конечно, — согласился Лэндон.
Он обвил ее тело руками и заставил прогнуться так, чтобы ее грудь была на одном уровне с его ртом. Затем он вобрал сосок в рот и жестко потянул за него.
Дыхание Алии сбилось, все ее тело было обернуто вокруг Лэндона и он начал посасывать ее груди. Лэндон щедро осыпал их лаской, покусывая, посасывая и зарываясь в них лицом. Он убедился, что ее соски были твердыми, как горошинки и готовы к тому, чтобы на них надели зажимы.
Не успел Лэндон отстраниться, как Купер уже занял свое место. Они работали, как хорошо отлаженный механизм. Купер расположился позади нее, его большие руки обхватили ее груди, подготовленные Лэном. Он держал их, словно спелые плоды, предлагая их Дэйну.
Дэйн взял зажимы, позволяя им повиснуть так, чтобы она могла их видеть.
— Рубины будут прекрасно смотреться на твоей коже. Точнее, эти чудесные красные стеклышки.
Алия покачала головой.
— Ты ведь шутишь, правда? Тал не делает ничего наполовину. В этих камешках по два карата в каждом, и уверяю тебя, они настоящие, а не созданные в лаборатории. Добро пожаловать в новый мир, джентльмены.
Вот черт. Он украсит свою сабу ювелирным украшением ценой в сотни тысяч долларов. Раньше это бы заставило его нервничать, но сейчас он был рад, что они настоящие. Она заслуживала настоящих. Алии не нужны были от него деньги. У нее были миллионы в собственных трастовых фондах. Но у него было кое-что, что она жаждала, и что только он мог ей дать. У него была его любовь, и она заставила его понять, что любовь кое-что стоит.
— Исходя из вышесказанного, зажим получается из чистого золота. Все лучшее для тебя, моя дорогая.
Дэйн обхватил одной рукой ее левый сосок и немного покрутил его, прежде чем надеть и затянуть зажим. Она обязательно почувствует это. Он проделал то же самое и со вторым соском, прежде чем надеть зажим, а потом откинулся назад, чтобы посмотреть на свою работу.
Ее груди были великолепны, с темно-красными сосками. Он был прав. Рубины сияли на ее золотистой коже, делая ее похожей на произведение искусства. Те будут раскачиваться вместе с ее грудью, когда они, наконец, будут трахать ее.
Дэйн поднялся на ноги и быстро стянул туфли и слаксы, отбрасывая их в сторону и освобождая свой член. Тот был тверже, чем Дэйн мог себе представить. Он едва не пульсировал в его руке.
— Лия, время служить своим Хозяевам, — он встал перед ней, положив ладонь ей на голову. — Я люблю тебя, ты ведь знаешь это? Ты можешь все прекратить в любой момент, и мы будем действовать чуть медленнее. У нас вся ночь впереди.
Его член протестовал, но Алия была гораздо важнее.
Она улыбнулась ему.
— Я в порядке, Дэйн. Это совсем не похоже на то, что произошло со мной. Вы все делаете с любовью и теплотой. Я не позволю прошлому сдерживать меня сейчас. Да, я готова служить своим Хозяевам, потому что они так хорошо заботятся обо мне. Я хочу вернуть должок.
Дикая радость вспыхнула в нем. Она была в порядке. И пришло время расширить некоторые границы.