Трехдневный процесс по делу Лидии Гамильтон стал сенсацией. Кунц понимал, что у нее не было ни единого шанса быть оправданной. Он не отрицал ее виновности, но настаивал на том, что преступление было совершено в состоянии аффекта и клиентка не отдавала себе отчета в своем поступке.
Прокурор жаждал ее крови, вот почему он не вызвал меня на суд в качестве свидетеля — мои показания подтвердили бы, что она действительно не отдавала отчета, что творит.
После ожесточенной схватки Кунц добился достаточно мягкого приговора, и после обычной в таких случаях полемики в газетах этот случай был предан забвению.
Через неделю после процесса и пять недель после того, как газетчики разоблачили меня, Лоис Спенс перешла в атаку.
Только что закончился рабочий день, и я передавал дела Бену, моему ночному служащему, когда зазвонил телефон.
— Я отвечу, — сказал я ему; так как на подъездной аллее показалась очередная машина.
Я зашел в кабинет и снял трубку.
— Кейн? — спросил женский голос.
Я сразу же узнал этот голос и печально улыбнулся. Итак, они не оставили меня в покое!
— Хэлло, Лоис! Я ждал твоего звонка.
— Ожидание было приятным, не так ли? — насмешливо сказала она.
— Время приготовиться у меня было. Хочешь повидать меня?
— Ты знаешь это лучше, чем я, но все же хочу сделать тебе сюрприз. Но не в официальной обстановке, так что фрак можешь не надевать.
Я рассмеялся, хотя в этот момент мне было не до смеха.
— Как там Бат? — спросил я.
— Прекрасно. Напрасно смеешься, Кейн: когда мы навестим тебя, тебе будет не до смеха.
— Ты выжила из ума, — сказал я. — Впрочем, ты всегда не блистала умом, рыжая и глупая. Может быть, ты воображаешь, что меня напугали твои угрозы? Ха! Ты и Бат слишком мелкотравчатые негодяи. Можешь так и передать своему дружку. И помни, если ты промахнешься, то на много лет угодишь в тюрьму. Бат обвиняется в убийстве, и ты получишь свое как соучастница. Не забывай об этом.
— Слушай, подонок! — злобно закричала она. — Я уже давно ищу случая поквитаться с тобой. Было довольно забавно заставить тебя повариться в собственном соку, но мне уже надоело ждать.
— Не расстраивайся, сестричка, тебе нечего сердиться. Скажи, чего вы добиваетесь, если, конечно, это не секрет.
— А ты как думаешь? Мы похитим твою девушку и пригласим тебя на свидание с ней. Бат по-прежнему мечтает о конкурсе стрельбы.
— С незаряженным револьвером у меня, разумеется?
— На этот раз нет. Он готов биться с тобой на равных. Твой трюк с кобурой на этот раз не пройдет. Итак, до скорого свидания, Кейн. Мы придем.
В трубке послышались короткие гудки. Некоторое время я стоял в задумчивости, потом вышел из кабинета и сел в «бьюик».
— Скажи миссис Кейн, что я вернусь через двадцать минут, — попросил я Бена.
Через пять минут я уже подъезжал к полицейскому управлению. У первого попавшегося копа я спросил, где найти лейтенанта Мэллори. Мы были достаточно хорошо знакомы. Он часто проезжал мимо моей станции автосервиса и заходил ко мне перекинуться парой фраз, выпить холодного пива, которым угощала гостеприимная Клер.
— Что случилось, Кейн? — спросил он, предлагая мне сигарету.
— Я хотел бы попросить полицию о помощи.
Он удивленно уставился на меня, затем расхохотался.
— Ничего себе! Вот это номер! Ты просишь полицию о помощи? Без шуток?
— Что поделать. Я больше не стреляю в людей. Послушайте, лейтенант, я сейчас расскажу вам свою историю…
И я подробно рассказал ему практически обо всем.
— Но как можешь ты бояться такого подонка, как Томпсон?
— Я не сказал, что боюсь, — терпеливо продолжал я. — Но ведь все изменилось. Я стал добропорядочным гражданином. Моя дикая жизнь в прошлом. Я женат и владею станцией техобслуживания. Я не хочу рисковать. Не хочу попасть в тюрьму или сесть на электрический стул только из-за того, что полиция не может очень хорошо выполнять свои обязанности.
Мэллори некоторое время задумчиво изучал меня.
— Что ж, можно время от времени навещать вас, — сказал он.
— Прекрасно! Но если Бат заявится туда, когда полиции не будет у меня в гостях? Что мне делать?
— Защита — неотъемлемое право каждого гражданина.
Я покачал головой.
— Я уже отправил на тот свет шесть человек и считаю, этого достаточно. Нельзя слишком часто искушать судьбу. Опытный адвокат может так повернуть дело, что я и глазом не успею моргнуть, как загремлю на электрический стул. В эти игры я больше не играю. Вы можете назначить меня временно исполняющим обязанности шерифа. У меня даже нет разрешения на хранение оружия, — сказал я, демонстрируя ему свой револьвер.
Он зажмурил глаза.
— Убери эту игрушку! — быстро сказал он. — Я ничего не видел! К сожалению, я не могу назначить тебя шерифом. Это в компетенции районного прокурора.
Внезапно мне в голову пришла новая мысль.
— Но ведь Бата разыскивает ФБР. Может быть…
— Попытка — не пытка, — сказал Мэллори. — Тем временем я отправлю патруль полиции присмотреть за вашим домом.
Я поблагодарил его и поспешил в местное отделение ФБР, попросив о встрече с кем-нибудь из начальников. Я провел там час и вышел с лицензией на право ношения оружия и документом, удостоверяющим, что я внештатный агент ФБР. Телефонный звонок к Хоскиссу все устроил.
Я опоздал к обеду, заставив поволноваться Клер. Но ее лицо прояснилось, когда она увидела выражение моих глаз.
— Где ты был? — спросила она, входя вслед за мной в столовую, где уже был накрыт стол.
Я рассказал ей о телефонном звонке Лоис, показал лицензию на право ношения оружия и удостоверение федерального агента.
— Теперь я фед, — сказал я. — Что ты на это скажешь?
Она немного испугалась, но постаралась скрыть волнение.
— Все прекрасно, — сказала она. — Кстати, на кухне коп пробует яблочный пирог. Он сообщил, что ему поручено охранять меня до твоего возвращения.
Я рассмеялся.
— Неплохая мысль. Что ж, теперь мы можем спокойно ожидать Бата. Но меня удивляет, почему они решили начать именно с тебя. Если бы они это задумали в самом деле, Лоис никогда бы не сболтнула об этом.
Три дня прошли без происшествий. Каждые три часа на станцию заезжал патрульный полицейский и, подмигнув Клер, осведомлялся, не произошло ли чего экстраординарного. Услышав, что все спокойно, пожимал плечами и отправлялся восвояси.
Но я не был спокоен. Я был уверен, что неприятность где-то рядом, и делал все, чтобы меня не застали врасплох.
События развернулись на следующую ночь. Мы отправились спать около одиннадцати часов. Перед открытым окном я установил железные решетки. Никто не смог бы попасть в дом, не разбудив нас. Была светлая теплая ночь. Бен был занят до половины двенадцатого, но потом машин почти не стало.
Клер и я бок о бок лежали на широкой кровати. Я уже дремал, когда услышал шум подъезжающей машины. Я не обратил внимания на рядовое появление ночного клиента и вновь задремал. Внезапно тревога сжала мое сердце. Я сел и прислушался. Клер тоже поднялась, с беспокойством глядя на меня.
— Что такое?
— Не знаю. Ты что-нибудь слышала?
— Что-то не так, но я не уверена.
Мы еще некоторое время прислушивались. Было тихо.
— Пару минут назад подъехала машина. Она до сих пор здесь. Но я не слышу Бена. — Я спрыгнул с кровати и подошел к окну.
Большой «плимут-седан» стоял на подъездных путях, но ни Бена, ни водителя не было видно.
Я выжидал.
Послышался шум шагов по бетонной дорожке. Они приближались. Во тьме замаячила фигура женщины. Я не мог рассмотреть ее, для этого нужно было открыть ставни. Но я не собирался рисковать понапрасну.
И вдруг меня словно ударило молнией! Я узнал женщину! Я резко отпрянул от окна и принялся поспешно натягивать брюки, носки, ботинки. Затем взял револьвер.
— Итак, они появились? — прошептала Клер.
— Думаю, да, — ответил я неопределенно. — Но я видел женщину. Мне кажется, это Лоис. Оставайся на месте, я пойду проверю.