Ехали молча. Дима негодовал. Он мысленно подбирал слова и никак не мог начать разговор. Эмоции переполняли.
– Дим, ты чего такой надутый? Что произошло?
– А как ты думаешь? Считаешь, что ничего?
– Да. Думаю, все отлично.
– Что отлично? – повысил он голос.
– Не кричи.
– Ты можешь мне объяснить?
– А что объяснять? Я попросила папу помочь вам.
– Кто тебя просил?
– Я хотела как лучше.
– Ты меня уже и женила на себе?
– Дим, ну это папа перестарался. Он подумал, что у нас все серьезно. Принял тебя за будущего зятя и именно так преподнес все твоим родителям.
– Что ты выдумала! Я ведь не вел с тобой разговоры о женитьбе, не клялся в любви. Ты же женщина, как ты могла?..
– Я веду машину. Не расстраивай меня. Приедем – поговорим.
Дима замолчал. Марина включила музыку. Когда они доехали до перекрестка, спросила:
– Куда поворачивать? Я не знаю дороги.
– Направо. Потом по этой песчаной дороге и вон тот кирпичный домик.
Марина подъехала к дому и резко затормозила. Они вышли. Дима смотрел на дом и не узнавал его. Крыша сверкала, все было убрано, рамы покрашены, лестница аккуратно смонтирована. Даже деревянные перила украшали вход в дом.
– Ну что, нравится? – наблюдая за ним, спросила Марина.
– Красиво, но я тебя не просил. Сколько мы теперь должны вам?
– Нисколько.
– Как это?
– Это тебе подарок от меня и папы. Сюрприз!
– В честь чего это?
– За твою дружбу со мной.
– Марина, ты хоть понимаешь, что унижаешь меня?
– Дима, я тебя очень люблю. Для меня и папы это ничего не стоит. Ты не напрягайся. Это для нас мелочи.
– Ничего себе мелочи, – понизив голос, произнес он.
– Успокойся. Просто я сказала папе, что хочу поехать с тобой в Турцию. А он ради меня готов сделать все. Ты же мне говорил, что будешь все лето достраивать дачу. Вот я и нашла выход.
– Но я не давал тебе согласия ехать в Турцию.
– Но теперь дашь?
Дима молчал.
– Дим, это и был мой сюрприз.
– Я уже понял. Действительно сюрприз.
– Ты мне не ответил.
– Я не знаю.
– Димулечка, – обняла его Марина, – пожалуйста, я тебя умоляю.
Дима взял ее руки и убрал со своих плеч. Посмотрел на нее и направился к машине. Марина пошла следом. Сев на сиденье, он закурил. Марина завела машину, и они отъехали от дачи.
– Я поеду с тобой в Турцию, – неожиданно сказал Дима.
– Правда? Димочка, ты не представляешь, как я рада!
– Только прошу тебя, не веди себя так, будто ты моя невеста.
– Хорошо, – улыбнулась Марина и подумала: «Куда же ты денешься? Теперь ты просто не сможешь отказаться от той жизни, которую я тебе покажу. Вся твоя гордость, а заодно и любовь к Кристинке улетучатся как сон. Никто еще не отказывался от роскошной жизни. А я потерплю и подожду.
Глава 12
Кристина приехала домой утром. Евдокия Архиповна стряпала пирожки в ожидании внучки. Долгожданная гостья открыла дверь своим ключом и с порога почувствовала запах сдобы.
– Бабуля, а вот и я, – тихонько подкравшись к ней, обняла ее Кристина.
– Господи, напугала‑то как! Я и не слышала, как ты дверь открыла.
Они обнялись, внучка чмокнула бабушку в щеку.
– Ты же знаешь, бабуля, как я умею заходить в дом.
– Да уж, знаю. Помню, когда поздно возвращалась, чтобы не попало от родителей, тихонько в постель ныряла. А я жду, жду, потом загляну в твою комнату, а ты будто спишь уже. Вот я и думаю, а во сколько же ты пришла?
Они улыбнулись.
– Бабушка, я так тебя люблю.
– Ты давай переодевайся да скорей к столу. Проголодалась, наверное?
– Ух, как я проголодалась! Сейчас все твои пирожки съем, – потерла ладошки Кристина.
Евдокия Архиповна направилась на кухню, а Кристина пошла в спальню. Она разложила вещи и вернулась к бабушке.
– Ну, рассказывай, как там твоя учеба? – присаживаясь на табурет, посмотрела вопросительно Евдокия Архиповна.
– Бабуля, все нормально. Вот уже и диплом. С отличием!
– Молодчина ты моя! – с гордостью произнесла она. – Вот бы мать порадовалась. Красавица! Умница!
– Бабуля, не перехвали.
– Вот бы еще парня хорошего встретила, и я бы успокоилась. С Димой‑то дружишь? Уж как ты тогда восхищалась им! Ведь он у тебя самый‑самый. – с хитрой улыбочкой говорила бабушка и исподлобья смотрела на Кристину, ставя на стол перед ней тарелку с пирожками.
– Давай не будем о нем.
– Что так? Понятно. Расстались. Ну, не грусти. Еще встретишь своего принца.
Кристина посмотрела на нее, и ей так захотелось рассказать обо всем, что с ней случилось. Бабушка – самый близкий для нее человек, у них всегда были доверительные отношения. Но она понимала, что для ее больного сердца это может стать ударом. «Родная моя, лишь бы ты была здорова, – подумала внучка, – я так тебя люблю! Если что‑нибудь случится, я останусь совсем одна. Папа, наверное, уже устроил свою жизнь вдали от нас. Ничего нам не рассказывает. Редко дома бывает». Кристина с нежностью посмотрела на Евдокию Архиповну, которая разливала чай. Она видела на ее лице радость. Просто светилась вся. А ведь на холодильнике целая батарея лекарств стоит. «Крепится, – думала Кристина, – не хочет жаловаться. И пироги‑то ей нелегко стряпать, но ведь от положительных эмоций и силы берутся».
– Бабуля, как вкусно!
– Твои любимые, с творожком.
Она любовалась единственной внучкой. Улыбка не сходила с ее лица.
Евдокии Архиповне было семьдесят девять лет. Ее аккуратно причесанные седые волосы были заколоты на затылке гребешком. Глубоко посаженные карие глаза светились добротой. Яркий желтый фартук молодил эту женщину и придавал изящества. Когда‑то она была танцовщицей, потом преподавала танцы, и, несмотря на возраст, сохранила подтянутую фигуру и хорошую осанку. Глядя на нее, сразу можно было сказать: добрейшей души человек. После смерти невестки она взяла на воспитание внучку и посвятила себя ребенку. Любуясь Кристиной, благодарила Бога, что девочка выросла умницей и красавицей. Характер Кристине достался от матери: гордость, непокорность и. заносчивость. Евдокия Архиповна часто напоминала ей, что красота – это еще не повод ставить себя выше других. Но маленькая принцесса, как звала ее в детстве бабушка, не слушала. Ведь ей всю жизнь твердили, что она хорошенькая. «Не знаю, – думала Евдокия Архиповна, – может, жизнь научит, и она познает другие ценности».
Пожилая женщина не знала, что произошло с внучкой, но видела: Кристина – уже не та девочка, которая порхала, как мотылек. Жизнь изменила ее. Хотя в некоторые моменты она казалась ей такой же, как прежде.
Глава 13
Кристина открыла глаза и сразу посмотрела на часы, которые висели на стене.
– Ничего себе, вот это я поспала, – вслух произнесла она. Быстро встала с постели.
– Бабуля! – позвала она Евдокию Архиповну.
Ей никто не ответил. Она пошла на кухню, заглянула в ванную. «Уже почти двенадцать. Куда же делась бабушка?» – подумала она. Кристина заправила постель, умылась и приняла душ. На кухне включила газ под чайником, заглянула в навесной шкафчик и обнаружила баночку растворимого кофе. Евдокия Архиповна не пила кофе, но к приезду внучки всегда припасала, зная, что та – любительница этого напитка. Кристина уже мыла свою чашку, когда услышала, как открывается входная дверь. В квартиру, тяжело дыша, вошла Евдокия Архиповна.
– Внучка, возьми у меня сумки, – позвала она, садясь на маленькую табуретку, стоявшую в прихожей.
– Бабуля, ты с ума сошла! – возмутилась Кристина, подбегая к ней. – Разве можно тебе такие сумки таскать? Я бы сама сходила в магазин.
– Ладно, милая, подай мне лекарство. Видно, давление подскочило.
Кристина схватила таблетки, которые лежали на холодильнике, налила воды и подала ей. Выпив лекарство, Евдокия Архиповна попыталась встать. Девушка взяла ее под руку и довела до кровати.