– Кристя, ты прямо, как ученый, рассуждаешь!
– Я рассказываю, что требуют. Я тебе даю направление, а ты думай, соответствует твоя работа всему этому или нет. Не могу же я сейчас все прочитать.
– Понимаю, – с тоской произнес Гена.
– В общем, Генка, перед смертью не надышишься. Оформил ты все аккуратно, а что внутри – это уже твои проблемы. Читай. Ты хоть сам это все делал? – подозрительно посмотрела на него Кристина.
– Ну, не совсем.
– Вот поэтому и мучаешься. Читай.
Дверь аудитории открылась, показалась Оксана.
– Все ок! Кристинка, свобода! – закричала она.
Они обнялись и в приподнятом настроении вышли из здания института. Посмотрели друг на друга и вместе закричали: «Ура!»
– Ну что, куда двинем? – спросила Кристина.
– Есть местечко. Поехали!
– Оксана, что еще за местечко?
– Тебе понравится.
– Но мне еще нужно увидеться с Иосифом Моисеевичем.
– Зачем? Ты же уже все, распрощалась с его предметом.
– Да у Наташки проблемы. Надо попытаться хоть что‑то сделать, иначе обидится.
– А как ты его ловить будешь?
– Подожду. Выйдет же он из аудитории.
– Ну, это долго.
– Даже не знаю, что делать.
– Ай, да брось ты эту затею. Скажи, что поговорила.
– Не могу я так, Оксана. Пошли к ней подойдем. Видишь, сидит на лавочке, надулась. Обиделась на меня.
На скамейке рядом с Наташей были разложены конспекты, и она равнодушно смотрела на них. Девушки подошли к ней.
– Ну что, двоечница? – попыталась пошутить Оксана.
– А тебе‑то что? – обиделась Наташа.
– Оксана, не нужно так. У нее ведь действительно проблемы. Наташа, я не знаю, как мне увидеть Иосифа Моисеевича. Он в комиссии. Когда выйдет, не знаю.
– Не парься, Кристинка. Что будет, то будет. Идите гуляйте. У вас ведь уже все позади.
– А ты не обидишься на меня? – посмотрела ей в глаза Кристина.
– Нет.
– Ну, тогда мы пошли. Я скоро вернусь.
Девушки, пожелав Наташе удачи, направились к метро.
Через сорок минут Оксана подвела Кристину к кафе.
– Заходи, – пропуская ее вперед, сказала Оксана, – здесь работают знакомые ребята. Жорик‑бармен – классный парень!
– Я что‑то первый раз слышу от тебя про Жорика.
– А мы не так давно знакомы.
Они сели за столик. Оксана посмотрела по сторонам. Кафе было уютным. Кроме двух парочек, которые зашли пообедать, никого не было. Чувствовалось, что народ здесь собирается ближе к вечеру. Унылые официанты сидели за столиком возле бара. Увидев высокого худощавого парня, Оксана встала и направилась к нему. Кристина удивленно смотрела ей вслед. Он не замечал Оксану, пока та не дотронулась до его плеча.
– Жор, привет!
– А, это ты! – лениво протянул он. Потом встал и отвел ее в сторону. – Сколько нужно?
– Как в прошлый раз, – она оглянулась на Кристину и уточнила, – двойная порция.
– Хорошо. Только не маячь тут. Я подойду сам.
– Ок, – Оксана вернулась к подруге.
– Кристинка, у нас сегодня праздник?
– Конечно.
– Мы сейчас выпьем по стаканчику сока и поедем ко мне домой.
– Зачем?
– Посидим у меня как люди, оттянемся по полной программе.
– А здесь мы не как люди?
– Кристя, ты ничего не понимаешь. Здесь нельзя.
– Что нельзя?
– Ой, дуреха, объясню дома.
К столику подошел Жорик. Поставил два стакана сока, и когда Оксана открыла сумочку, чтобы рассчитаться, незаметно бросил туда маленький пакетик. Кристина этого не заметила и была очень удивлена, когда Оксана расплатилась за два стакана сока крупной купюрой и не получила сдачи.
Жорик вернулся к барной стойке.
– Оксана, ты почему столько денег дала ему? Такой дорогой сок?
– Пей давай, – лукаво улыбалась Оксана, – я ему должна была.
Кристина подняла бокал и отпила пару глотков сока. Ей не хотелось вдаваться в подробности отношений Оксаны и Жорика. А та была в приподнятом настроении и как‑то загадочно смотрела на Кристину. Они допили сок, и Оксана тут же скомандовала:
– Кристинка, поехали быстрее ко мне. Праздник продолжается!
Она встала из‑за стола, за ней поднялась Кристина.
– Слушай, ты все загадками говоришь. Я что‑то не пойму ничего. Давай останемся, здесь так уютно.
– Когда приедем, узнаешь все.
Они вышли из кафе и спустились в метро.
Оксана жила с матерью, отца у нее не было. Они подошли к дому, который был построен еще в хрущевские времена. Кристина, поднимаясь по лестнице, попала каблуком в выбоину на бетонной ступеньке и подвернула ногу.
– Ой, чуть каблук не сломала.
– Да, дом у нас, конечно, еще тот, давно ремонта требует. Ступеньки будто бы обгрызли, уже и ступить некуда, – ворчала Оксана. – Я живу на третьем.
Она подошла к своей квартире и открыла дверь.
– Проходи. Дома никого нет.
– А где мать?
– Не знаю. Ты проходи, не стесняйся.
– И что мы будем делать вдвоем? Я думала, посидим в кафешке до вечера, потом музыка, тусовка.
– Погоди, сейчас будет и музыка, и тусовка.
Оксана скрылась на кухне. Кристина миновала прихожую и вошла в единственную комнату, обставленную старой мебелью. На диване сидел черный кот и внимательно смотрел на Кристину. Она погладила его и хотела взять на руки, но кот вырвался и убежал к хозяйке.
– Ух ты, какой серьезный, – сказала ему вслед Кристина и пошла за котом на кухню.
– Оксана, а вы давно с матерью здесь живете?
– Когда мать разошлась с отцом, разменяли нашу старую квартиру. Вот так и получилось, что у нас и у него по однокомнатной.
– Да, тесновато.
– Ладно тебе. Все нормально. Мы привыкли. Садись.
Кристина села, она смотрела на Оксану, которая разворачивала пакетик с каким‑то порошком.
– Что ты делаешь?
– Хочешь попробовать?
– Да что это?
– А ты понюхай. Вот так.
Она свернула бумажку трубочкой и, глубоко вдохнув, втянула порошок в себя.
– Кристя, ты не представляешь, какой кайф. Давай пробуй.
– Не буду я пробовать. Это наркотик?
– Чепуха! – засмеялась Оксана. – Когда я первый раз попробовала, потом вспоминала об этом каждый день. Дорого, конечно, но это стоит таких денег. Ты никогда не испытаешь такого кайфа от чего‑либо другого. Пробуй!
Она еще раз вдохнула и удовлетворенно откинулась на спинку стула.
– Хорошо‑то как.
– Оксанка, ты же наркоманкой станешь, потом не отвяжешься от этой гадости! – с ужасом воскликнула Кристина.
– Да не стану я наркоманкой. Это по праздникам только. Ну, пробуй же!
Кристина осторожно понюхала.
– Ты глубже вдохни, – учила ее подруга.
– Нет, не буду.
– Ну и зря. В этой жизни все нужно попробовать.
Кристина наблюдала за Оксаной. Та улыбалась, смотрела на нее, как блаженная, а потом и вести себя стала так, будто выпила спиртного. Закрыла глаза, откинула голову на высокую спинку стула и раскачивалась из стороны в сторону. Вдруг они услышали, что в квартиру кто‑то вошел.
– Оксан, кто это? – прошептала Кристина.
– Не парься ты! Мать, наверное.
На кухне появилась стройная женщина лет сорока. На ней было платье зеленого цвета, в руках сумка с продуктами.
– Здравствуйте, – вскочила Кристина как нашкодившая девчонка.
– И что вы тут творите? – посмотрев на дочь, повысила голос хозяйка дома. – Наркоманки проклятые! И когда это прекратится?! – напустилась на них женщина, бросив сумку на пол.
– Мамуля, ты чего это разошлась, – безмятежно улыбалась Оксана.
Кристина уже приготовилась улизнуть, но мать Оксаны схватила висевшую на крючке бельевую веревку и с размаху ударила Оксану.
– Мерзавка, я из сил выбиваюсь, чтобы доченька выучилась, а ты деньги на эту гадость тратишь!
– Не ори! У меня гости! – грубо ответила Оксана, схватив мать за ту руку, в которой она держала веревку.
– У тебя каждый день гости!
Кристина остолбенела. Стоя в коридорчике между кухней и комнатой, она испуганно смотрела то на мать, то на дочь и не могла двинуться с места.