—      Лезь-ка ты сама туда.

Схватил ее за косу, да и спихнул в эту яму.

Братья услышали и закричали:

—      Эй, брат, ратуй, спасай нас!

—      А зачем туда пошли?

—      Да нас эта девка посадила.

—      Ну, умники, послушались девки, полезли в подполье.

И вызволил братьев из подполья. Стала проситься девица,

взмолилась:

—      Добрый молодец, вытяни меня отсюда, я тебе покажу кони богатырского.

Вызволил девицу и говорит братьям:

—      Коли неправду сказала, обратно кинем в яму. Показывай, где конь!

—      Иди по этой тропинке и увидишь большой дуб, а в дубу железные двери. Отвори двери и увидишь коня.

Братья нашли тот дуб, железную дверь отворили, выскочил конь. Меньшой брат сел на коня, поехал, а братья вслед пошли.

Странствовали они день, другой и увидели мост на пять верст. На мосту столб, а на столбе надпись: «Кто по этому мосту на коне не проедет в пять минут, тому живому не быть».

Говорит меньшой брат:

—      Я поеду.

Стегнул коня и переехал через мост в пять минут. Коня пустил на луг, а сам пошел уток искать. Утку убил, ощипал да сварил и ждет братьев.

Братья пришли, пообедали. После обеда говорит Иван-царевич:

—      Отдохните немного, а я проеду кругом стана.

Недалеко отъехал, встретил змея двухголового.

Говорит змей:

—      Ну что, Иван-царевич, будем биться или мириться?

—      Нет, змей поганый, не для того я ехал сюда, чтобы мириться, давай биться!

Разъехались. Иван-царевич размахнулся мечом и отсек обе головы у змея. Воротился к братьям.

—      Эй, вставайте! Вот тебе, Федор-царевич, старший брат, конь. На нем двухголовый змей ездил, а теперь ты поезжай.

Старший да младший поехали на конях, а средний за ними вслед пошел.

Много ли, мало ли времени прошло, приехали к реке. Через реку мост на десять верст. На мосту столб, а на столбе надпись: «Кто по этому мосту на коне не проедет в десять минут, тому живому не быть».

Говорит Иван-царевич:

—      Ты, Федор-царевич, с коня слезай и по мосту не езди; коня в поводу веди, а я поеду.

Стегнул коня и переехал этот мост в десять минут. Коня пустил на луг, а сам убил утку, сварил.

Пришли братья.

—      Садитесь обедать да отдыхайте, а я поеду кругом стана.

Поехал и видит трехголового змея.

—      Ну что, Иван-царевич, будем биться или мириться? — говорит змей.

—      Нет, нечистая сила, не для того я сюда приехал, чтобы мириться, давай биться!

Разъехались они. Иван-царевич смахнул мечом все три головы у змея. Потом разрубил змея на мелкие куски, сжег и пепел развеял по ветру.

—      Не оставлю и следа от змея, может быть тот первый и сейчас со мной бился.

Коня змеева привел и будит братьев:

—      Ну, братцы, полно спать, пора вставать. Возьми, Василь-царевич, средний брат, коня.

Поехали все трое. Ехали-ехали, видят мост на пятнадцать верст. На мосту столб, а на столбе надпись: «Кто по этому мосту на коне не проедет в пятнадцать минут, тому живому не быть».

Иван говорит братьям:

—      Слезайте, ведите коней в поводу, а я поеду.

Коня стегнул и переехал мост в пятнадцать минут. Подождал братьев и говорит:

—      Вы отдохните, а я проеду вокруг стана. Вот вам чашка; коли потечет кровь из чашки, торопитесь ко мне на помощь.

И поехал. Навстречу ему шестиголовый змей едет:

—      Ну что, Иван-царевич, будем биться или мириться?

—      Не для того я ехал, чтобы мириться, а для того, чтобы биться!

И разъехались они. Змей сбил Ивана-царевича с коня и по пояс втоптал в землю.

Вскричал Иван-царевич:

—      Конь мой верный, помоги мне!

Кинулся конь на змея и растоптал его в прах.

Братья проснулись и видят — из чашки кровь течет.

—      Ну, пусть его убьют, а то отец ему отдаст все царство. Приехал Иван-царевич:

—      Будет вам, братья, спать, пора вставать.

Они встали:

—      Ах, как крепко мы спали, ничего не видали.

И поехали дальше. Приехали к большой, высокой горе. Такая крутая гора,— никак туда не подняться. Спрашивает Иван-царевич у своего коня:

—      Подымешься со мной на эту гору?

—      Нет, не подняться мне и одному туда.

Спрашивает у коня от двухголового змея:

—      Подымешься на эту гору?

—      Нет, могу только до половины горы подняться. Спрашивает у коня от трехголового змея:

—      Подымешься на эту гору?

—      Сам подымусь и тебя унесу, а с горы не спуститься мне. Сел на этого коня и поехал. Въехал на вершину, а там два

стеклянных дома стоят. Зашел в первый дом, сидит там девушка.

— Здравствуй, красна девица.

—      Здравствуй, добрый молодец.

—      Пойдем, красна девица, со мной.

—      Нет, не пойду, зайди к моей старшей сестре.

—      А где твоя сестра?

—      В другом доме.

Он пришел в другой дом, поздоровался:

—      Здравствуй, красна девица.

—      Здравствуй, здравствуй, добрый молодец, куда идешь, куда путь держишь?

—      Иду матушку искать.

—      А где ты ее найдешь?

—      Может быть, она тут и есть.

Царица сидела в особой горнице. Услышала она Ивана-ца-ревича и вышла к нему:

—      Здравствуй, сынок, здравствуй. Как ты сюда попал?

—      Приехал с братьями за тобой.

—      А где же они?

—      Они остались под горой.

—      Радехонька я, что ты пришел сюда, да как бы тебя не убили змеи.

—      Не убьют, я их всех погубил. Ну, пойдем, маменька, домой.

Пошли и взяли с собой девушек.

Пришли туда, где Иван-царевич поднимался на гору.

—      Ну, как я спущу вас? Надо найти веревку.

Воротился в дом, принес веревку, привязал сперва мать и спустил с горы, вытянул обратно веревку и спустил сначала старшую, а потом и младшую девицу.

Отвязали братья младшую девицу и выдернули веревку из рук у Ивана-царевича.

—       Пусть там навеки останется.

А матери и девицам говорят:

—      Когда приедем домой, вы. говорите, что мы вас нашли, меньшого брата и не вспоминайте; не послушаетесь, мы вас на мелкие куски изрубим.

А Иван-царевич ходил, ходил по горе, не мог найти такого места, откуда можно спуститься, и воротился в стеклянный дом, где жила младшая сестра. Увидал на окне трубку, табаком набитую:

—      Эх, покурить надо, тоску-печаль размыкать.

Взял трубку, никак не может раскурить. Бился, бился и от досады кинул трубку на пол.

В ту же минуту из трубки выскочил молодец:

—      Что ты, хозяин, так горячишься? Чего тебе надо, я все исполню.

—      Неси меня в наше царство.

И не успел оглянуться, как очутился в своем городе. Стоит с трубкой и думает: «Что мне делать? Пойду я к тому сапожнику, который нам всегда башмаки тачал».

Пришел в хату.

—      Здравствуй, дядька.

—      Здорово, здорово, молодец. Чего пришел ко мне?

—      Прими меня к себе.

—      А что ты будешь делать у меня?

—      Да что велишь, то и буду делать, буду хоть дратву сучить.

—      Ну, сучи дратву.

А Федор-царевич да Василь-царевич домой воротились.

—      По твоему благословению, батюшка, отыскали мы нашу матушку, убили трех лютых змеев и вызволили из змеиного царства красных девиц, себе невест.

—      Сыны мои милые,— отвечал царь.— За то, что нашли вы царицу и освободили ее из неволи, я отдам вам полцарства, а после моей смерти поделите все царство между собою, владейте им.

На радостях царь задал пир, и веселье пошло по всему царству.

Попили, поели, попировали и задумали братья жениться.

А сестры со стеклянной горы сказали:

—      Мы пойдем за вас замуж, коли будут у нас башмаки без единого шва и чтобы без примерки они нам были как раз впору.

Федор-царевич да Василь-царевич сказали о том царю, а царь позвал во дворец сапожника.

—      Приготовь две пары башмаков без единого шва и чтобы без примерки впору были. Приготовишь башмаки — награжу, не приготовишь — голову отрублю.