— Из-за того, что ты так жесток, люди начали ненавидеть меня. Я не могу здесь больше жить. И это все из-за тебя.
Голдоф боднул отца головой и принялся бить его по лицу, пока там не получилось месиво. Отец его извинялся и молил прекратить. И когда Голдоф остановился, отец убрался подальше. Больше Голдоф его не видел.
Голдоф побил бесчисленное количество людей. Порой он защищал себя. Порой причины были куда банальнее.
Уже с детства казалось, что у груди Голдофа есть угли. И если кто-то не так поступал с ним, они вспыхивали. И не имело значения, каким мелким был конфликт, или кто был виноват. Когда вздымалось темное пламя, все вокруг Голдофа превращалось в реки крови. Был ли противником ребенок, его отец или родственник, разницы не было.
Когда вспыхивало пламя, Голдоф не мог с собой совладать.
Многие ненавидели его. Обеспеченные люди из города отворачивались, стоило им завидеть его. Юноши его возраста прятались, когда замечали его, или убегали.
Даже худшие бандиты не принимали его. Их жестокость была вызвана желанием выжить, а Голдоф бился ради ран остальных, а потому они не понимали его. За спиной они говорили о нем гадости и искали шанс убить его.
Не сказать, чтобы Голдофу нравилось бить остальных. Да и победы радость не приносили. Он не гордился своей силой.
Голдоф просто хотел жить нормально. Он хотел играть с друзьями, жить с отцом, находить хоть немного счастья. Но когда пламя вспыхивало в нем, он ранил людей вокруг себя. И когда это случалось, Голдоф не мог себя остановить.
Голдофа все его детство боялись и ненавидели.
И со временем он понял одно: мир не хочет его существования. Никто в целом мире не хотел этого. И, видимо, не хотел и он.
Когда ему было десять, мальчик, которого ненавидели все и всё в мире, встретил девочку.
За несколько дней до этого Голдоф заметил суету в городе. Солдаты королевской семьи бродили по городу. Они не пытались хранить порядок, а требовали деньги с жителей города.
Солдаты пришли и в трущобы, слившись с толпой, чтобы не привлекать много внимания.
В то время Голдоф копался в мусоре. Где бы он ни появлялся, жители города отводили глаза, и дети с женщинами спешили уйти. Даже торговцы, которым он продавал товары, едва говорили с ним. Но к этому Голдоф привык.
Солдаты, похоже, кого-то искали. И, насколько он слышал, искали девушку. Голдоф не знал, кем она была, и почему ее искали, но по городу пошел слух, что нашедший ее получит много денег.
Некоторые из трущоб тоже искали девушку, желая разбогатеть, а другие прятались, чтобы не попасть в драку. Реакция жителей была разной, но Голдоф в этом участвовать не хотел.
— Эй, пацан. Ты не видел…? — окликнул Голдофа один из солдатов.
— В сторону, — сказал Голдоф, глядя на солдата и перебивая его, не желая слушать всю фразу.
Солдат отстранился, и Голдоф безмолвно прошел мимо него. Голдоф, по возможности, старался не сталкиваться с людьми. А потому они никогда ни с кем не говорил. Если он не говорил с ними, то и ранить не мог, как и не мог ранить себя. Он понял эту мудрость еще в десять лет.
— Господин солдат, с ним лучше не говорить. Он разозлится.
Голдоф едва услышал, как другой мужчина предупреждает солдата. К счастью, в этот раз угли не вспыхнули. Иначе он забил бы солдата до смерти, как и того, кто с ним говорил.
Продав мусор и купив немного хлеба, Голдоф пошел домой. В трущобах его хижина была самым грязным местом.
Когда он попытался открыть сломанную дверь, Голдоф заметил, что внутри кто-то есть.
«Мелкий воришка, не знающий обо мне, решил, к несчастью для него, забраться в мой дом? Или кто-то решил отомстить мне и сжечь хижину? — Голдоф не знал причину, но в его груди зажглось темное пламя. — Я убью их», — думал Голдоф, открывая дверь. Но тут же замер.
— …Кто?..
В хижине была девушка. Она лежала на полу, свернувшись калачиком и закрыв глаза. Она была одета в лохмотья, которые даже дети в трущобах не одели бы. Ее личико было очень грязным и осунувшимся. Но длинные светлые волосы мерцали.
Когда Голдоф увидел ее лицо, пламя в нем погасло. Впервые такое случилось с ним. Когда огонь разгорался, он всегда кого-то бил.
Девушка была прекрасной. Она была подростком. Он приблизился и попытался коснуться ее щеки. Но в сантиметре от ее лица его палец остановился.
По какой-то причине Голдоф думал, что не может ее коснуться. Словно от его прикосновения она сломается.
— …Ах.
Девушка открыла глаза и уставилась в глаза Голдофу. И от этого ему стало неудобно. Словно он сделал что-то, чего не должен был.
Видя замершего Голдофа с вытянутой рукой, девушка склонила голову на бок.
— Миния в порядке? — спросила она, сев.
Не понимая, о чем она, Голдоф не мог и ответить.
— А, видимо, ты не из людей Бэббитта, — сказала девушка. Бэббитт был аристократом, что управлял этим городом. И тут Голдоф понял, что эту девушку солдаты и искали.
— Я не сбегу. Так что расслабься. К тому же, думаю, лучше поймать меня, не ранив. Тогда тебе дадут награду побольше.
Все еще сидя на полу, девушка обхватила себя руками. Она боялась, и Голдоф это понимал. Но он не знал, что делать, а потому долгое время молчал.
— Эмм… так ты не собираешься меня ловить? Может, ты живешь в этом доме?
Голдоф кивнул, и девушка опустила голову.
— Вот как. Мне жаль. Я эгоистично побеспокоила тебя. Но я очень устала и хотела поспать. Я могу сейчас только извиниться.
«Не беспокойся», — пытался сказать Голдоф, но слова не сорвались с губ.
Лицо девушки пленило Голдофа. Он не мог видеть больше ничего. Словно он забыл обо всем, кроме себя и девушки.
Вдруг у его хижины послышался шум.
— Этот дом обыскивали?!
— Еще нет!
Не постучав, солдаты вошли в хижину. И когда они увидели девушку, то их глаза расширились. Они приближались, практически облизывая губы в предвкушении.
— Мы все же нашли тебя. Больше ты не сбежишь.
Девушка внезапно поднялась. Цвет ее лица переменился, все лицо ее застыло от ужаса, а ноги дрожали.
— Пойдем с нами. Ответ «нет» не принимается.
— …П-понятно, — ответила девушка.
Солдаты не обращали внимания на Голдофа. Они схватили девушку за руки и принялись уводить ее из хижины. Но пламя в Голдофе вспыхнуло с новой силой. Огонь был сильнее и жарче, чем когда-либо раньше.
Он не знал, кто эта девушка, почему солдаты преследуют ее. Но он тут же понял, что должен убить их.
Голдоф сжал ладони в кулаки и шагнул вперед.
— Это тот парень! — внезапно закричала девушка, удивляя солдат. В тот же миг Голдоф, что собирался атаковать, тоже замер. — Тот парень… ни в чем не виноват.
Солдаты посмотрели на Голдофа и пожали плечами. А девушка взглянула в лицо Голдофа с улыбкой и сказала:
— Эй, все в порядке. Не беспокойся.
Когда Голдоф услышал эти слова, огонь в его груди снова погас. Голдоф понял, что если девушка говорила, что все в порядке, что сражаться не нужно, он и не хотел сражаться.
В окружении солдат девушка вышла из хижины. Голдоф безмолвно смотрел, как она уходит, но тут девушка обернулась и склонила голову.
— Молодой человек, спасибо вам за все. Я не забуду вашу доброту.
Солдаты не понимали значение ее слов и склонили головы в смятении.
Какое-то время Голдоф продолжал стоять на месте. Он не знал, что делать, и за что его отблагодарила девушка.
— …Ах, понял.
И тут Голдоф понял, что она имела в виду. Девушка видела, что он собирался побить солдат, и она подумала, что его убьют, а потому остановила. И поблагодарила за попытку спасти ее.
Девушка заступилась за Голдофа. Может, она смогла бы сбежать, пока он сражался бы, но она поставила жизнь Голдофа выше своей.
И, поняв это, Голдоф выскочил из хижины.
Немногим позже Голдоф узнал, что девушку звали Нашетания Луи Пиена. А через год после их встречи к ее имени добавилось еще и Августра, отмечая, что она — наследница трона Пиены.