– Он? Господин, вы знаете, кто это сделал?
– У меня были некоторые подозрения, а протопресвитер лишь подтвердил мою догадку, Акима.
– Так скажите же нам кто это. Мы обязаны заставить этого ублюдка страдать.
– О, он будет страдать, друг мой. Я обеспечу ему это. Когда прибудет Нокс, я отдам это задание ему.
– Ноксу? Сэр, здесь есть люди, намного опытнее, чем он. Я, Хорст, или, как бы мне ни было неприятно это говорить, Сора.
– Спасибо, Акима, – насмешливо наклонил голову Сора.
– Дайте задание нам, и мы добудем вам его голову сегодня же.
– Мне не нужна его смерть. Не сегодня. И уж тем более я не хочу, чтобы он умер быстро. А у Нокса есть соответствующие навыки. Именно поэтому, он мне и нужен. Не ты, Акима, не Хорст, а Нокс. Разговор окончен. Что у нас с остальными убежищами? Замечена ли активность гвардии рядом с ними?
– До сих пор нет никаких признаков того, что гвардия знает о других наших зданиях. Все их силы сосредоточены вокруг зоны взрыва. Однако никто пока что не решился обследовать кратер.
– Выжившие?
– Ни одного. Обрушение здания заблокировало их единственный путь к бегству, поэтому у них не было ни единого шанса на спасение.
– Что слышно от наших людей в средствах массовой информации?
– Они проверяют все входящие сообщения. Если появится хоть какая-то информация о том, что произошло в доме, они позаботятся об этом и сообщат нам.
– Великолепно, – прошептал Крайс, прикрывая глаза. Его ассасины и дальше продолжали доклад, но ему было уже все равно. Он уже знал все, что необходимо. Его сознание уплывало прочь, но даже в таком состоянии он все еще продолжал прокручивать варианты. Зачем он это сделал? Страх? Он боялся, что их обоих свяжут с нападением на Верхний город? Или он просто боялся, что Крайс решит его устранить? Но тогда это глупо. Он и раньше нанимал Крайса и знал, что он никогда ничего не делал со своими клиентами, если они в точности следовали его правилам.
Его окликнули по имени. Громко. Крайс открыл глаза. Ассасины выходили из комнаты, а на пороге стоял Нокс. Дождавшись, пока все выйдут, ассасин закрыл двери и встал у стола прямо напротив Крайса.
– Вы хотели поручить мне задание, господин?
Крайс поднял глаза на Нокса. Высокий, темнокожий, он казался бы худым, если бы не натренированные мускулы, проступающие сквозь одежду. Он был натренирован не хуже других, но сохранял максимальную подвижность и гибкость, благодаря тому, что не гнался за большим объемом мышц. Нокс относительно недавно стал ассасином, всего пять местных лет назад, но он быстро прославился особой жестокостью, которую проявлял к тем, кому не посчастливилось оказаться жертвами его заказа. Жестокость не была для ассасинов чем-то особенным, и многие убийцы делали ставку именно на это, но Нокс превзошел их всех. Даже Крайсу было неприятно просматривать данные, отснятые во время его операций, однако он признал, что юноша очень многообещающий.
– Да. У меня для тебя особое задание. Ты видел, что произошло с нашей прежней штаб-квартирой. Я знаю, кто это сделал, и хочу, чтобы ты навестил этого человека. Я знаю, на что ты способен Нокс, поэтому я хочу, чтобы ты на все сто выложился на этом задании, – Крайс посмотрел прямо в глаза юноше, отчего тот вздрогнул. Это был взгляд человека, готового по малейшей прихоти погубить целые народы. – Понимаешь меня, Нокс? Я хочу, чтобы он страдал. Мне плевать как, мне плевать чем, но ты достанешь его, это ясно?
– Абсолютно. Кто моя цель?
Крайс провел рукой над одной из скрытых панелей стола, и изображение города сменилось другим. Теперь это было лицо мужчины. Того самого, кого было необходимо наказать за предательство. Нокс недоверчиво посмотрел на хозяина:
– Его? Но ведь он наш последний наниматель! Неужели у него хватило глупости предать нас? Он что сошел с ума?
– Не думаю. Скорее всего, он полностью осознавал, чем это грозит.
– Но это безумие, зачем бы мистеру...
– Никаких имен! – рявкнул Крайс. – Если ты произнесешь его имя, я клянусь, что за порог ты живым не выйдешь. Если хоть кто-то нас сейчас подслушивает за дверью, то они немедленно понесутся его убивать, а мне это не нужно.
– Прошу прощения. Но зачем ему это? Какой смысл?
– А вот это, Нокс, ты и выяснишь перед тем, как всадить ему пулю в голову. Я хочу, чтобы ты включил прямую трансляцию, когда прибудешь к нему. Я хочу увидеть все лично.
– Хорошо. Тогда я пойду собираться.
– Нет! – остановил его Крайс на полушаге. – Не сейчас, не сегодня. Но скоро. Пока что, я хочу понаблюдать за тем, как разворачиваются события. Я дам тебе знать, когда ты будешь нужен, а сейчас иди. Готовься, отдыхай, тренируйся, мне плевать. Но когда я призову тебя, ты должен будешь убить этого ублюдка. Все ясно?
– Да, – разочарованно сказал Нокс. Он уже предвкушал, как убьет этого человека, а тут его останавливают. Ему это не нравилось, но выбора не было.
– А теперь оставь меня и прикажи Франциско никого не пускать ко мне. Я хочу подумать.
С этими словами Крайс пошел к окну, на ходу сбрасывая с себя части доспеха. Да, ему о многом нужно было подумать.
* * *
Дул прохладный ветер. Его темно фиолетовый плащ был плотно запахнут. Скоро будет дождь и Карл не хотел попасть под него, поэтому зашел внутрь. Он уже двадцать минут ждал начала заседания Сената. Еще недавно он стоял в своем кабинете в небоскребе, располагавшемся всего в двух километрах от зала заседаний, когда вдруг его вызвали по внутренней связи. Заседание должно было начаться завтра, но его перенесли на сегодня.
С балкона, на котором он только что стоял, открывался прекрасный вид на город. Особенно на башню света, территория которой начиналась буквально на противоположной улице. Величественное сооружение доминировало над всем городом, даже небоскребы не могли соперничать с ним.
– Господин Дюпье, нас ждут! Заседание начнется через три минуты!
Карл обернулся. К нему спешил ассистент, в руках его лежала стопка планшетов с донесениями. За его спиной докуривал сигарету Аден. Его телохранитель, прекрасно понимая всю значимость сегодняшнего дня, надел парадную форму Серебряной гвардии. Строгая белая форма с десятком медалей высшего достоинства, пошитая золотой нитью, смотрелась на нем довольно странно, но он держался в ней с достоинством, которого Карл не видел никогда. Сам Аден заплел свои красные волосы в конский хвост, а на сгибе локтя держал белоснежную фуражку с кокардой в виде пикирующего ястреба, сделанного из серебра. Под формой у него была кобура с восьмизарядным револьвером, на поясе был плазменный пистолет, а с другой стороны ножны с клинком.
Карл взял у ассистента свои перчатки и, натянув их на руки, пошел по коридору. Его путь лежал мимо многочисленных комнат, подготовленных специально для сенаторов. В них было все необходимое для того, чтобы как следует подготовиться к предстоящему заседанию. Все были взволнованы предстоящими событиями, и на это была довольно веская причина: сегодня первым делом будет избран председатель сената.
Карл же не нервничал. В отличие от остальных сенаторов, которым предстояло сделать свой выбор, для него сегодняшний день имел лишь один единственный исход. Он очень долго налаживал контакты с большинством сенаторов, кого-то приходилось подкупать, к кому-то обращаться лично, чтобы не выказать неуважения, а некоторые ждали от него ответной услуги. Он разговаривал со всеми, он сделал все что мог. Теперь все зависело от того, насколько хорошо он подготовился к сегодняшнему дню. Не больше и не меньше. Он либо будет новым председателем, либо останется полноправным сенатором. Третьего не дано.
По пути им встретился один из сенаторов, который нервно переговаривался со своими помощниками, резко жестикулируя и рассылая их с поручениями. Заметив Карла, он улыбнулся и отправил помощников прочь, поспешив навстречу коллеге.