Таким образом, можно полагать, что V век был в некоторых отношениях поворотным в истории социально-экономического развития; рабство классического типа распространяется в Греции, внедрившись в первую очередь в наиболее развитых в экономическом отношении полисах, а в некоторых полисах вытесняя более архаические формы зависимости. Именно в это время происходил социально-экономический «эксперимент» всемирно-исторического значения: рабство приобретает наиболее законченную форму, становится основным способом эксплуатации чужого труда в обширном регионе, осваиваются новые методы эксплуатации рабов в сельском хозяйстве и ремесле, вырабатывается рабовладельческая идеология.
Сельское хозяйство в V в., несмотря на рост ремесла и торговли, оставалось главной отраслью экономики древней Греции. В сельском хозяйстве была занята и основная часть населения страны. Как писал Фукидид, объясняя, почему афинянам было трудно переселиться в город — по предложению Перикла — во время Пелопоннесской войны, «большинство населения Аттики… по старинному обычаю все-таки жило со своими семьями в деревнях» (II, 16). Для сельского хозяйства в V в. характерно сочетание старых, традиционных черт и ряда новых явлений, связанных с процессом экономического и социального развития Эллады. Никаких серьезных изменений не произошло ни в технике обработки земли, ни в наборе культур. Ведущей оставалась так называемая средиземноморская триада: зерновые (пшеница и ячмень), оливки и виноград. Определенное значение имели садоводство и огородничество. Крупный рогатый скот использовался ограниченно, только в качестве тягловой силы, мелкий же (овцы и козы), наоборот, был распространен весьма широко, давая молочные продукты, мясо, шерсть. Подобный состав стада обусловил ряд нежелательных последствий: постепенное снижение плодородия почвы (в результате отсутствия удобрений) и гибель горных лесов и кустарников, что, в свою очередь, приводило к эрозии почвы. В последующем веке этот процесс зашел достаточно далеко, вызывая уже беспокойство современников (в частности, Платона), но начался он, бесспорно, раньше.
Новые явления в сельском хозяйстве связаны прежде всего с распространением рабского труда и ростом товарности сельского хозяйства. Как отмечалось выше, именно в V в. все большую роль в сельском хозяйстве стали играть рабы классического типа. К сожалению, до нас не дошли произведения греческих авторов, подобные сочинениям римских агрономов, которые могли бы показать, каким образом в Греции происходило освоение этого принципиально нового метода ведения хозяйства. Исходя из тех немногих сведений, которые содержатся в источниках, следует полагать, что одной из серьезных проблем, которые стояли перед земледельцем, использовавшим труд рабов, была проблема контроля: в мелких и средних хозяйствах она решалась просто, так как сам крестьянин работал рядом с рабами, сам выступал организатором их труда и сам контролировал его; в крупных хозяйствах важнейшая роль принадлежала управляющему (тоже рабу или вольноотпущеннику), однако и хозяйский контроль считался совершенно необходимым.
Вторая новая черта сельского хозяйства в V в. — увеличение его товарной направленности и соответственно региональной специализации, Эти явления порождал целый комплекс причин, причем некоторые факторы воздействовали на экономику еще с эпохи архаики, другие же, в сущности, только в V в. Для обычного греческого хозяйства (ойкоса) характерна поликультурность, которая, в сущности, и создавала возможность хозяйственной автаркии. Однако уже в архаическую эпоху недостаток плодородной земли и общий рост населения, особенно городского, вызвали дефицит хлеба. В результате колонизации на периферии греческого мира возникло несколько крупных земледельческих зон, откуда зерно в значительном количестве вывозилось в Грецию: Сицилия, особенно Сиракузы, и Северное Причерноморье — главным образом Боспорское царство. Когда в Афинах, например, обсуждался вопрос об экспедиции в Сицилию, Никий, по словам Фукидида (VI, 20), в качестве одной из причин могущества Сиракуз отметил то обстоятельство, что «хлеб они выращивают сами и не ввозят его» и в этом у них «большое преимущество перед нами». Сицилия снабжала зерном Пелопоннесский полуостров (Там же, III, 86), где, видимо, во всех областях, кроме Лаконики и Мессении, его недоставало, а Северное Причерноморье — полисы, расположенные в Эгейском море, в первую очередь Афины. В V в. в качестве еще одного экспортера зерна выдвинулся Египет.
Усиление значения импорта зерна, возрастание его масштабов, регулярность поступления привели к тому, что в Элладе все более отчетливо стала развиваться региональная специализация сельского хозяйства. Так, Аттика специализировалась на выращивании оливок и производстве оливкового масла, острова Фасос и Хиос — на виноградарстве и виноделии. Фукидид (VIII, 45) называет хиосцев «богатейшими из эллинов», и хотя Хиосу, как и многим другим полисам, своего хлеба не хватало, богатство ему обеспечивал вывоз прославленного вина. Виноделие составляло предмет гордости Хиоса, и на его монетах рядом с фигурой сфинкса изображалась известная всему греческому миру хиосская амфора. Распространение рабского труда также послужило одной из причин усиления товарной направленности сельского хозяйства. Ориентация производства на рынок, в свою очередь, была одной из важных причин распространения рабского труда в сельском хозяйстве. Богатый источник сведений об этом аспекте жизни Аттики представляют комедии Аристофана. Яркой иллюстрацией может служить одна сцена в комедии «Женщины в народном собрании», где афинский крестьянин продает виноград, чтобы на вырученные деньги купить муку (ст. 817 и след.). Приведем также еще одно свидетельство — о хозяйстве Перикла. Плутарх в его биографии (XVI) пишет, что «годовой урожай он продавал весь сразу и потом покупал все нужное на рынке». Разумеется, этот пример не типичен; более того, Перикл, если верить его биографу, сам придумал такую систему «для управления состоянием, доставшимся ему от отца».
Но для нас важно другое: Периклова система могла возникнуть и действовать эффективно (Перикл «к денежным делам не относился безразлично») только в условиях определенного уровня развития товарно-денежных отношений, причем (подчеркнем это) Перикл считал ее наиболее удобной, и при всей его занятости состояние не доставляло ему «много хлопот и не отнимало времени».
Конечно, не следует преувеличивать степени проникновения товарности в земледелие Греции. Во многих областях натуральная основа хозяйства оставалась практически непоколебленной. Более того, даже в наиболее экономически развитых полисах принцип автаркии, экономической замкнутости хозяйства, сохранил свою значимость и оказывал сильное воздействие на характер экономики. В новых условиях — при развитии товарности и распространении рабского труда — наблюдается своеобразный симбиоз старых и новых принципов ведения хозяйства. Даже те крестьяне, которые ориентируют производство на рынок, стремятся к тому, чтобы сколь возможно большая доля необходимых продуктов производилась на месте. Практически это означало, что только одна культура (в условиях Афин, вероятнее всего, оливки) была рассчитана на продажу, в целом же хозяйство оставалось поликультурным, и все, что было необходимо для жизни хозяина и его семьи, стремились производить сами.
Проблема распределения земельной собственности — одна из наиболее дискуссионных в современной науке. К сожалению, сколько-нибудь информативные данные источников есть только для Аттики. По подсчетам Э. Виля, в начале IV в. (он считает возможным относить эти цифры с незначительными модификациями и к V в.) картина распределения земли в Аттике следующая: 10% земли занимали хозяйства площадью более 12 га, 30% — от 5 до 12, 30% — от 2 до 5, 30% — менее 2 га. Сознавая всю относительность этих подсчетов, мы приводим данные Э. Виля, ибо они дают хотя бы приближенное представление о распределении земельной собственности. Как считают большинство современных ученых, Аттика в V в. оставалась страной мелкого и среднего землевладения. Бесспорно, здесь имелись крупные хозяйства, и в источниках неоднократно упоминается об участках земли площадью до 20-30 га. Часть подобных владений, очевидно, восходит еще к архаической эпохе. Один из примеров такого большого владения — хозяйство Кимона, о котором рассказывает в его биографии Плутарх (X). Кимон «велел снять ограды, окружавшие его владения, дабы чужеземцы и неимущие сограждане могли, не опасаясь, пользоваться плодами». Однако подобное хозяйствование, конечно, не типично, и будущее было не за ним. Современные исследователи считают, что при подсчете потребностей в рабочих руках можно пользоваться римскими нормами (с некоторыми поправками в сторону увеличения вследствие более трудных природных условий). Хозяйство, имеющее 25 га, требовало согласно этим нормам до 20 рабов.