— Антото, Вотивоти, Ватавата, я вернулся, выходите и покажитесь.
И сразу же появились перед ним братья, целы и невредимы. Амулет показал Ньянсаньянсе траву, которую тот должен был растереть, смешать с едой и съесть. Пришли они домой, смешал он это лекарство с едой, все ели, и ничего с ними не случилось. Царь и народ очень удивлялись, что люди, которых обезглавили и похоронили, встали из могилы, съели отравленную пищу и никакого вреда им от этого не было. Позвал царь Ньянсаньянсу и сказал ему:
— Вот теперь я вижу, что ты действительно умный. Удели мне что-нибудь от твоей мудрости. Правду сказать— я сделал все, чтобы сократить твою жизнь, а братьев твоих я велел погубить. Теперь прошу тебя простить мою несправедливость.
Ньянсаньянса сказал ему:
— Успокойся, я сделаю тебя умным!
А ночью пришли к царю старейшины и сказали:
— Мы должны убрать этих людей с дороги прежде, чем настанет день.
Жестокий царь даже не вспомнил о договоре, который он только что заключил с Ньянсаньянсой, выбрал пятьдесят человек и велел окружить и поджечь дом, где спали все четверо братьев. Но амулет превратил братьев в дым, так что никто их не увидел.
На другой день рано утром они пришли к царю и пожелали ему доброго утра.
— Владыка, — сказал Ньянсаньянса, — я прошу девяносто раз прощения: не женщины ли те, кто сказанное переиначивают? Разве не лицемер тот, кто говорит тебе «да», а за твоей спиной говорит «нет»? Это есть ты и твоя голова.
Царь хорошо понял намек и очень испугался в душе. Рассердился он и тут же велел схватить Ньянсаньянсу, посадить в тюрьму, заставить его отдать свою мудрость, а потом расстрелять его из девяноста девяти ружей. Ньянсаньянса ответил:
— Владыка, прости, смерти я не боюсь. Дозволь мне сделать для тебя нечто хорошее, чтобы ты стал умнее меня. Вели объявить, чтобы никто не смел входить в твой дом после семи часов вечера и до шести часов утра.
Царь тотчас же велел объявить об этом.
Когда стемнело, Ньянсаньянса велел братьям спрятаться в кузнице, которая была поблизости. Около восьми часов пришли туда Ньянсаньянса и царь. Ньянсаньянса развел огонь, велел царю надеть фартук и раздувать в горне огонь. Когда огонь ярко разгорелся, положил он в него молот. Накалился молот докрасна, и Ньянсаньянса сказал царю:
— Вот я тебя заколдую так, чтобы ни яд, ни ружье, ни стрела, ни змея, ни зверь не принесли тебе вреда. Ложись на наковальню — я вдую тебе в нос и в глаза лекарство, которое у меня есть.
А у царя была голова большая, как у слона. Улегся он на наковальню, и Ньянсаньянса стал вдувать ему в глаза и в нос лекарство. Потом взял раскаленный молот и размозжил царю череп.
Сразу после этого он и его братья обратились в бегство. Ньянсаньянса не умел плавать и потому сказал своим братьям:
— Когда вы будете на той стороне, то подождите меня, а я, как увижу, что кто-нибудь идет, превращусь в метательный камень, и меня перебросят к вам. Около вас я снова превращусь в человека, и мы уйдем.
— Я думаю, что лучше тебе сразу превратиться в плоский камень; тогда мы на тебе переплывем через реку. А на той стороне ты снова превратишься в человека,— сказал Ватавата.
Ньянсаньянса ответил:
— Ум не только в одной голове. То, что ты говоришь, — хорошо.
Но Вотивоти возразил:
— Сделаем, как сказал Ньянсаньянса, и люди увидят, что мы умны.
Антото согласился с Вотивоти. Они одни перебрались через реку, а Ньянсаньянса превратился в камень и лег на берегу.
На рассвете стали разыскивать царя, но не могли его найти, пока кузнец не пошел в свою кузницу и не увидел его там. Задрожал он от ужаса, вернулся к старейшинам и все рассказал им.
В ярости пустились царские воины им вдогонку и стали преследовать Ньянсаньянсу и его братьев. Скоро увидели они Антото, Вотивоти и Ватавату на берегу реки. Но вода в реке поднялась высоко, и они не знали, как переправиться через нее. Тогда самый сильный из них поднял камень и бросил его изо всех сил на тот берег. Как только камень ударился о землю, он превратился в Ньянсаньянсу. Предводитель велел воинам броситься в воду и поймать братьев. Только они вошли в воду, как исчезли все до одного. Только один вынырнул и принес это известие домой. Братья же пошли дальше.
Вскоре увидели они дым. Антото пошел, чтобы достать огня. Когда он пришел туда, то узнал, что это дом леопарда, который жил с женой и четырьмя детьми. Увидел его леопард, схватил, положил на чурбан и сказал:
— Жена, сегодня' у меня будет сердце человека, и я пожертвую его своему демону, а у моих детей будет человеческое мясо-—они его еще никогда не пробовали.
Вотивоти ждал, а Антото не возвращался. Тогда пошел Вотивоти посмотреть, что же случилось. Когда он пришел туда, леопард его схватил и положил на тот же самый чурбан. Прошло некоторое время, пошел за ними Ватавата. И с ним случилось то же самое.
Потом за ними пошел непобедимый Ньянсаньянса. Увидел его леопард и стал грозить ему. А Ньянсаньянса сказал:
— Немедленно развяжи моих братьев, не то тебе будет худо.
— Смотрите, что этот чудак говорит, — удивился леопард, — на тебе-то я и хочу показать свою работу.
Прыгнул он, чтобы его схватить, но Ньянсаньянса увернулся и ударил его вытянутой рукой между ушами. Тогда леопард сказал:
— Отец, я понял, что с тобой не до шуток. Развяжи своих братьев и идите.
Ньянсаньянса ответил:
— Они тебе ничего не сделали, а ты их связал; теперь ты с женой и детьми должен выкупить свою голову.
Долго и покорно просил леопард у него прощения. Наконец Ньянсаньянса сказал ему:
— Ты слывешь самым сильным в мире. Но я тебе скажу, что ты нападаешь всегда только на женщин, а потому и кажешься сильным.
Подошел он к большой пальме, стукнул амулетом трижды об землю, и пальма превратилась в какое-то растение. Выкопал он его, а затем вернулся на поле леопарда и сказал ему:
— Это растение я сажаю в землю. Если ты его сумеешь выдернуть, то я тебя буду считать мужчиной. Не сумеешь — увидишь сам, что ничего не стоишь.
Посадил он это растение, а потом позвал леопарда. Леопард сказал себе: «Это я выдерну мизинцем».
Хотел он выдернуть растение, но не тут-то было. Как ни старался, все напрасно. Устал он тянуть и сказал Ньянсаньянсе:
— Я видел Антото, я видел Вотивоти, я видел Вата-вату, я видел Ньянсаньянсу. Ньянсаньянса — мужчина, мужчина, мужчина, мужчина, мужчина, и все его боятся.
С тех пор леопард так и рычит.
Развязал Ньянсаньянса братьев, и пошли они дальше. Трудно им было в дороге, нигде им нельзя было оставаться. И Ньянсаньянса сказал:
— Никто не может с нами жить, поэтому мы должны превратиться в миску, ложку, соль и перец. И кто нас найдет, тот с собой возьмет, и мы будем всем полезны.
А в те времена не знали еще таких вещей.
Проходили мимо люди и увидели на дороге миску, ложку, соль и перец. Они не могли понять, что это такое, удивились, подобрали их и принесли своей царице. А один умный человек объяснил им, что нужно взять ложку, а перец и соль растереть в миске и смешать с пищей. И все тогда поймут, что одно очень хорошо подходит к другому. И царица велела растереть перец. Когда его растирали, она сказала:
— Антото, Вотивоти, Ватавата, Ньянсаньянса, все сделано, все сделано, все сделано!
И с тех пор четверо братьев никогда не разлучаются друг с другом. Разлучатся они только тогда, когда не будет миски, ложки, соли и перца.
ТОМУ, КТО ДЕЛАЕТ ДОБРО, ВСЕГДА ПОМОГУТ В БЕДЕ
Однажды пошел охотник на охоту. Когда он подошел к дереву, то увидел в дупле детенышей пантеры. Он взял их для своих ребятишек.
По дороге встретил он лису, и та ему сказала:
— Отец охотник, подари мне одного из них. Я тебе сослужу службу.
— Бери его и уходи! — ответил охотник.
Едва они расстались, как лисица вернулась и сказала ему:
— Человек, не сердись, дай мне второго.