Книгоиздательство «Медный всадник» печатало художественную литературу (классику, развлекательную, поэзию), мемуары, военную, историческую и филологическую книгу (определенного политического направления), религиозно-мистические произведения и альманахи. Продукция выгодно отличалась от изданий большинства современных ему русских издательств за рубежом красиво иллюстрированными обложками.
В «Медном всаднике» издавались наиболее известные писатели Русского Зарубежья. Прежде всего выделим книгу члена Основного Круга А.В. Амфитеатрова «Одержимая Русь: Демонические повести XVI в.», напечатанную в 1929 г. в типографии «Братья Гиршбаум» тиражом 3000 экз. (279 с.). В сборник вошли «Сказание о Петре и Февронии», «Повесть Соломен Бесноватой», «Повесть о Савве Грудицыне», «Водяные бесы», «Лесные бесы», «Город юродивых» и др.
Иван Созонтович Лукаш (1892–1940) опубликовал в этом издательстве два романа «Бел-цвет» (310 с., тираж 3000 экз.) «Дом Усопших» (188 с.), названный им поэмой, в 1923 г. обложку к «поэме» сделал театральный художник, график и иконописец Михаил Львович Урванцов (1897 — не ранее 1976), — ученик Н.К. Рериха и М.В. Добужинского. Книга посвящена документальному повествованию о революции и судьбах людей во время смуты.
Автором издательства был и один из самых популярных эмигрантских писателей, библиофил и коллекционер Сергей Рудольфович Минцлов (1870–1933). Его «Царь Берендей» (192 с.) вышел в 1923 г. тиражом 3000 экз. в типографии «Зинабург и К°» с красочной шрифтовой обложкой.
Известный писатель Дмитрий Сергеевич Мережковский (1866–1941) в 1925 г. опубликовал роман «Александр I и декабристы» (477 с.) с собственным историко-философским предисловием.
Развлекательная художественная литература была представлена в репертуаре издательства книгами наиболее публикуемого автора «Медного всадника» члена Верховного Круга П.Н. Краснова. Его романы считались самыми популярными произведениями эмигрантской литературы в Русском Зарубежье. Он в общественном мнении значительной части русской эмиграции ставился даже выше Льва Николаевича Толстого, ибо «поручик Толстой не смог понять душу русской армии, а генерал Краснов смог»347. Практически все книги Краснова, опубликованные в «Медном всаднике», были переведены на основные европейские языки, неоднократно переиздавались в Русском Зарубежье, а после 1991 г. печатаются современными российскими коммерческими издательствами.
Уже в 1922 г. вышло переработанное и исправленное переиздание романа-эпопеи с символическим названием «От Двуглавого Орла к красному знамени: 1894–1921» в четырех томах (первое издание вышло в 1921 г. в берлинском издательстве Ольги Дьяковой). В период с 1921 по 1939 г. роман был переведен на 15 языков мира, и его общий тираж, распространенный в странах Европы, Америки и Азии, составил более двух миллионов экз.348. Действительно, в 1922 г. в Загребе в восьми частях вышел перевод на сербохорватском языке, затем — в 1926 и 1928 гг. — на французском, в 1926 г. — на английском (в Нью-Йорке), в 1929 г. — на итальянском, в 1930 и 1931 гг. — на испанском, и в 1922–1937 гг. — целых четыре немецких издания.
В 1923 г. появилось издание романа «Опавшие листья» (496 с.), обложку оформил М.А. Урванцов, а тираж подготовила типография Р. Ольденбург. На следующий год было напечатано продолжение романа «Понять — простить» (548 с.), которое в 1925 г. было переведено и издано на французском языке, в 1928 г. — на английском (в Нью-Йорке), в 1930 г. — на итальянском и, примерно тогда же — на испанском. О значении и влиянии романов Краснова на русскую эмиграцию свидетельствует такой пример. Мичман Николай Павлович Строевой — фигурант процесса известного «Процесса пяти монархистов-террористов», третий член группы В.А. Самойлова и А.Э. Адеркаса, вспоминал на следствии, что в качестве самоподготовки монархического агитатора он читал, в том числе, и книги П.Н. Краснова «От Двуглавого Орла к красному знамени» и «Понять — простить»349.
В 1925 г. снова выходит роман с символическим заглавием «Единая-неделимая» (в 4-х частях, 500 с.). По сведениям А. Смирнова, эта книга была в количестве 60 экз. переправлена через границу М. Захарченко-Шульц. «Якобы моя книга среди населения имела большой успех», будто не то кокетничая, не то оправдываясь, рассказывал следователю МГБ Краснов…»350. Думаю, именно это обстоятельство и позволяло С.А. Соколову считать племянницу А.П. Кутепова — М.В. Захарченко-Шульц членом БРП. В 1925 г. появилось австрийское издание.
В 1926 г. последовала историческая повесть «Все проходит» в двух книгах (269 и 267 с.). Обложку для книги оформил известный художник-график Степан Федорович Ефремов (1878–1942), специализовавшийся на казачьей тематике. Тираж в 5000 экз. выполнила типография «Зинабург и К°». Не прошло и года, как были напечатаны две книги исторического романа «С нами Бог» (335 и 480 с.) (обложка Н. Орловой, 2-я типография «Зинабург и К°», 4000 экз.).
Наибольший интерес в свете рассматриваемой темы имеет последняя книга П.Н. Краснова, вышедшая в издательстве «Медный всадник», — «Белая Свитка» (366 с., типография «Зинабург и К°»). Она должна была начинать намечаемый цикл «От Красного знамени к Двуглавому Орлу» и была посвящена деятельности БРП351. Автор в личной переписке неоднократно подчеркивал, что материалом для работы послужили подлинные протоколы польской политической полиции.
В «Белой Свитке» постоянно упоминается БРП, «братья РП», официальный девиз организации «Коммунизм — умрет! Россия — не умрет!»352. Также П.Н. Краснов сообщает о способах проникновения изданий БРП в СССР: листовки подкидываются в закупаемые на Западе машины, упоминаются реально существовавшие листовки — «братские летучки» («Красноармейская памятка», «Крестьянская памятка», «Молитва за Россию»353), частушки354, плакаты355, брошюры356 и журнал357. В романе сообщается, что на труп убитого в Минске чекиста Хейфица был наклеен текст приговора БРП358. В одной из глав генерал рассказывает о деятельности партизанской организации в Белоруссии, которая вела открытую борьбу с большевиками в СССР. «Партизаны, переодетые крестьянами, красноармейцами, чекистами, ездили в глубь советской республики, заводили новые связи, разрушали, где можно, советский аппарат, казнили палачей-чекистов, проникали в самую толщу советского управления. Люди гибли постоянно. Но это не останавливало других»359.
По мнению К.А. Чистякова, центральным моментом романа является подробное описание убийства крупного советского чиновника и одновременные массовые диверсии против большевиков и чекистов360. П.Н. Краснов с нескрываемым удовольствием описывает, как при загадочных обстоятельствах был отравлен начальник ГПУ г. Ленинграда пирожным Буше (причем автор даже называет производителя — популярную до революции кондитерскую фабрику «Пекарь»), а на бумажной подкладке под пирожным был помещен лозунг БРП361. Подготовка захвата власти в Ленинграде велась путем проникновения эмигрантов, тайно переходивших советскую границу и устраивавшихся на работу в СССР извозчиками и рабочими. Роман «Белая Свитка» завершается сообщением о захвате власти в Москве Фор Эвером (напомним псевдоним С. А. Соколова), а в Ленинграде — атаманом «Белая Свитка».
![Братство Русской Правды – самая загадочная организация Русского Зарубежья i_015.jpg](https://litlife.club/books/268638/read/images/i_015.jpg)
Обложка книги «Белая свитка»
Роман получил положительные рецензии В. Татаринова в софийской газете «Русь» (1928.15 авг.), и Д. Персиянова — в белградском «Новом времени» (1928. 28 апр.)362.
П.Н. Краснов свободно дарил книги «Медного всадника» по мере надобности. Так, на постоянной выставке в Доме Русского Зарубежья им. А. Солженицына хранится титульный лист «Белой Свитки» с авторской дарственной надписью Анастасии Николаевне, жене великого князя Николая Николаевича.