От Думающей машины реакции не последовало. Взгляд голубых глаз был устремлен вверх, длинные тонкие пальцы, сложенные домиком, не шевелились. Хэтч, не сводивший с профессора глаз, замечал, что лоб его то и дело перерезали морщинки озабоченности, но тут же исчезали. Все это свидетельствовало о напряженной работе мозга.
– Девушку он знает?
– Уверяет, что нет. По его словам, если кто и ответил на объявление, он ни с кем не встречался.
– Понятно, что ничего другого он и не скажет!.. А тело он видел?
– Сегодня после полудня его повезут на опознание.
– Полиция узнала что-нибудь о девушке?
– Мне кажется, что нет, – сказал Хэтч. – Конечно, они похваляются, будто сведения вот-вот будут получены, но это пустые слова.
Погрузившись в раздумье, ученый вновь уставился в потолок. Нескоро он нарушил молчание.
– Он знаком с Хассаном?
– Откуда мне знать? – пожал плечами Хэтч. – Вспомните, что кроме нас с вами, о Хассане никто не слыхал, а я еще не смог переговорить с этим Уилксом лично.
– Рассчитываете на встречу с ним?
– Как повезет. Если будет на то благоволение полиции…
– Давайте поедем и повидаемся с ним прямо сейчас!
Намерениям Думающей машины ничто не могло противостоять. Вскоре они уже входили в кабинет начальника полиции штата. Хэтч произвел взаимное представление. Начальнику уже доводилось не раз слышать о выдающемся логике, но лично они до тех пор не встречались. Поэтому он воспринимал Думающую машину как забавный миф.
– Скажите, нельзя ли мне увидеться с Уилксом? – сразу спросил профессор.
– Можно будет, но не сейчас.
– Мне казалось, что ваше учреждение предназначено помогать правосудию?
– Так и есть, – сказал начальник, слегка покраснев.
– Учтите, что я знаю, кто является владельцем кинжала, которым было совершено убийство, – намекнул профессор. – Я хочу убедиться, что это тот самый человек.
Удивленный офицер вскочил с места и, перегнувшись через стол, уставился на посетителей.
– Как? Вы знаете… знаете… Кто это?
– Могу я увидеть Уилкса? – У Думающей машины хватало настойчивости.
– Ну, если обстоятельства позволят, я думаю, можно…
– Сейчас же, – сказал профессор как отрезал.
Начальник нажал кнопку. На вызов явился один из его подчиненных.
– Приведите сюда Уилкса, – приказал офицер.
Полицейский исчез и через несколько минут вернулся с Уилксом, которого в тот час допрашивали с пристрастием в другом кабинете. Арестованный был бледен, каждое его движение выдавало нервную напряженность.
Первый вопрос поступил от Думающей машины без предисловий.
– Мистер Уилкс, каким образом вы расстались с этим кинжалом? – Ван Дузен показал ему фотографию золотого турецкого изделия.
– Я никогда не видел подобного кинжала, – ответил подозреваемый после того, как внимательно рассмотрел изображение.
– К вам не поступал заказ на изготовление клинка для него?
– Нет.
– Мистер Уилкс, я, по-видимому, знаю об этом деле больше, чем известно полиции. Мне недостает ряда фактов. Вы можете снабдить меня недостающими деталями. Итак, кто… кто та девушка, которая была убита этим кинжалом?
Последняя краска сбежала со щек арестованного, его затрясло. Опустившись на стул, он закрыл лицо руками и разрыдался.
– Не знаю, не знаю… не знаю…
Однако в тот же день, когда Уилкса поставили перед телом убитой, он долго и серьезно глядел на нее, а потом, болезненно вскрикнув, зашатался, теряя сознание, и прошептал:
– Элис, Элис…
Уилкс, или Уингейт, как его теперь именовали, рассказал о своем знакомстве с погибшей девушкой просто, без уверток и, по всей видимости, правдиво. В служебной комнатке рядом с помещением, где лежало тело, его привели в чувство, дали успокоительное лекарство, и, приободрившись, он заговорил свободно. На полицию особое впечатление произвели подробности его рассказа; у Думающей машины не нашлось что сказать по этому поводу. Профессор наблюдал, не комментируя.
Мы изложим здесь эту историю вкратце, без лишних слов.
Девушку звали Элис Горэм. Это не подлежало сомнению: она была дочерью человека, долгие годы сотрудничавшего со Стальным трестом в Кливленде. Элис училась в Вассарском колледже. Но случилось так, что ее отца постигла неудача, и ей пришлось вернуться домой всего за полгода до окончания курса. Вскоре после этого отец скоропостижно скончался, не оставив ей ни гроша; мать умерла за несколько лет до того. Ни братьев, ни сестер…
Если верить Уилксу, девушке исполнился двадцать один год. Он знал ее с детства. Его отец также поначалу служил в Стальном тресте, но оставил его, чтобы стать партнером в концерне, который теперь представлял сын.
Вынужденная после смерти отца полагаться только на собственные ресурсы, Элис поступила на место компаньонки к пожилой даме в Кливленде. Однако они повздорили, и девушка решила перебраться в восточные штаты. Она приехала в Бостон всего за несколько недель до того, как ее нашли мертвой.
– Вот все, что я знаю, – сказал Уилкс под конец. – Естественно, я был потрясен, увидев ее мертвой. Мне было известно, что она перебралась в Бостон. И что она исчезла – тоже: перед отъездом на Кубу мы звонили ей на квартиру, и я, и жена, пытались выяснить, где она.
– У вас есть какие-либо предположения, где она могла быть от момента исчезновения до смерти, которая наступила самое большее четырнадцать дней назад?
– Никаких, – ответил Уилкс Думающей машине.
– Может быть, у нее была любовная связь – какой-нибудь мужчина в ее окружении? – допытывался ван Дузен.
– Нет, я ни о чем таком не слышал.
– Вы, конечно же, читали в газетах отчеты об этом деле. Не напомнили ли вам подробные описания умершей, напечатанные в прессе, вашу знакомую?
– Напомнили, да, но только отчасти. Меня больше всего поразило то, что газеты дружно утверждали, будто человек, арендовавший дом, наверняка является убийцей. Получалось, что все обратилось против меня… Признаюсь, я испугался и попытался укрыться под чужим именем. Конечно, это была большая глупость, но обстоятельства складывались так, что я… в общем, что сделал, то и сделал.
– Когда вы в последний раз виделись с мисс Горэм?
– В Кливленде семь месяцев назад.
– У меня все, – сказал профессор, явно собираясь уйти.
– Погодите! Что же вам известно? – спросил начальник полиции.
– Я приду к вам завтра и объясню, что именно узнал и каким образом.
– А кто является владельцем кинжала?
– Вы имеете в виду кинжал, который украли у доктора Лойда? – В голосе Думающей машины слышалась неприкрытая ирония.
– Кто вам… как… что вы знаете об этом?
– Пойдемте, Хэтч, – сказал профессор, словно не расслышав вопроса. – До завтра, сэр.
Выйдя на улицу, он повел репортера к станции подземки на Сколлей-сквер.
– Куда теперь? – спросил Хэтч.
– В Кембридж. Я хочу еще раз осмотреть дом. Мне кажется, я что-то пропустил.
– Как вы думаете, это Уилкс убил мисс Горэм?
– Не знаю.
– Значит, это сделал Хассан? – не унимался Хэтч.
– Не знаю и этого.
Расспрашивать Думающую машину дальше было явно бесполезно, и они не нарушали молчания, пока не вошли в дом, напрасно нанятый Уилксом. Новый осмотр, учиненный Думающей машиной, был предельно тщательным. От подвала до чердака ни одна мелочь не ускользнула от его внимания. Особенно в подвале: там он исследовал каждый дюйм поверхности. Ему попался клочок черной ткани – он изучил и его. Потом, опустившись на четвереньки, стал ощупывать земляной пол в дальнем углу. Хэтч с любопытством наблюдал за ним.
– А ну-ка, взгляните сюда! Видите? – окликнул его ван Дузен.
Хэтч подошел и в свете электрической лампочки увидел лишь вмятину сложной формы в мягком грунте. Казалось, что здесь в землю вдавили тяжелый, покрытый замысловатой резьбой предмет.
– Что это? – спросил репортер.
Не ответив, ученый поднялся на ноги и предложил зайти в «комнату смерти». Здесь, достав из кармана нож, он безжалостно отколол от гладкой рамы кровати щепку и вручил ее репортеру.