- И мы не должны волноваться о бронировании. Сможем устроить всё, как
можно скорее.
Как бы мне этого не хотелось, надеюсь, он не думает, что мы сможем сделать
это за неделю.
- Не на пять недель раньше.
- Возможно, нет. Что если через месяц в субботу?
- Вторые выходные в декабре?
Достаю телефон и смотрю дату.
- Четырнадцатого?
- Почему нет? Думаю, самое хорошее время.
Я всегда мечтала выйти замуж летом. Но похоже получу её в декабре.
- И это будет наша годовщина, год, как я встретил тебя.
Я даже не подумала об этом.
- Невероятно. Даже не верится, что прошел год.
- А всё потому, что большую часть времени мы провели порознь.
Это точно.
- Этого больше не случится. Я не хочу расставаться с тобой. Я не отпущу тебя
одного на другие виноградники. Буду ездить с тобой, даже если тебя будет
тошнить от меня.
- Меня никогда не будет тошнить от тебя, но, знаешь, я подумал над тем, как
мы будем справляться с тем, когда я буду уезжать из дома надолго.
Он переводит взгляд с дороги на меня прежде, чем оглядывается.
- Особенно, я думал о том, как мы будем справляться, когда у нас появятся
дети. Знаю, у нас еще будет куча времени, чтобы подумать об этом, но я
подумываю о том, чтобы продать некоторые виноградники. У меня их и так
много. Я хочу проводить время с тобой. Деньги ничего не значат, если я не
могу быть с тобой и нашими малышами.
Иногда я даже поверить не могу, насколько мне с ним повезло. Он говорит,
что я - всё, о чем он мог мечтать, но всё наоборот.
- Ты потрясающий. Я бы сорвала с тебя одежду и делала грязные вещи, если
бы ты не был за рулем.
- Я могу съехать на обочину, - он смеется, но что-то подсказывает мне, что он
не шутит.
Он выпускает мою руку и пробирается мне под юбку, потирая сквозь трусики
самое чувствительное местечко. И я позволяю ему.
- Хм...я думала сегодня вечером ты будешь держать свои руки подальше от
меня.
Как же хорошо.
- Думаю, кто-то сможет переубедить её, судя по тому, какой влажной она
становится.
- Может быть.
Я не знаю, где мы, и через сколько окажемся дома.
- Мы уже почти дома?
- Нет. Мне съехать на обочину?
Он совсем спятил?
- Ты не можешь остановиться на обочине ради секса.
- И кто это сказал?
- Я не знаю, кто это сказал, но могу с полной уверенностью сказать, что такое
вряд-ли разрешается.
Он использует палец, чтобы отодвинуть трусики в сторону, и скользит им
вверх/вниз.
- Кто-то возбужден! Хочешь я остановлюсь?
Кладу руки на сидение и подталкиваю себя вверх. Он тем временем спускает
мои трусики вниз.
- Молчание - знак согласия.
Мы на безлюдной дороге. Здесь небольшое движение, так что я не волнуюсь,
что нас увидят или побеспокоят. Это хорошо. В мгновение ока он съезжает на
обочину и паркуется. Открывает дверь и подходит с моей стороны. Такого я
не ожидала. Что он делает?
Я слегка ошарашена, потому что не знаю, что у него на уме. Он спускает мои
трусики по ногам, туфли для него не являются преградой.
- Выходи. Сейчас же.
- Что ты..., - говорю я прежде, чем он касается пальцем моих губ.
- Тсс...никаких разговоров.
Он хватает меня за руки, вытаскивает наружу и отводит к задней части
машины. Обвив руками талию, он усаживает меня на багажник. Он снимает
мои сандали и располагает мои ноги на бампере, раздвигая их в стороны.
- Я бы трахнул тебя на капоте, но боюсь твоя задница не выдержит такой
жары.
Он расстегивает пуговицу.
- Так что я трахну тебя на багажнике, сохранив капот до лучших времен.
Привыкну ли я когда-нибудь к этим австралийским фразам?
Хорошо, что он высокий, а машина - низкая, иначе у нас бы ничего не
получилось.
Я чувствую, как он находится у моего входа. В мгновение ока он уже входит в
меня. Кладу руки на багажник и пододвигаюсь к нему ближе, а затем
откидываюсь назад, чтобы он мог войти глубже. Он хватает меня за бедра и
крепко держит, врезаясь снова и снова.
- Мне бы не хотелось узнать, что мы зачали ребенка на багажнике машины.
- И ты сейчас об этом думаешь? Позволь мне заставить тебя думать о чем-
нибудь другом.
Он убирает руку с моего бедра, перемещая её мне между ног прямо туда, где
мы соединяемся.
- О чем думаешь сейчас?
Я быстро переключаюсь на другие мысли.
- Как же хорошо.
- Я хочу, чтобы тебе всегда было хорошо.
Его палец кружит над клитором, внутри начинает зарождаться что-то похожее
на оргазм. Мои ноги дрожат, я ложусь на машину, пока он делает свое дело.
- Я уже близко.
- Я тоже, детка.
Зажмурив глаза, мое тело делает самую магическую вещь. Я никак не могу
это контролировать, чувствую, как внутри всё сжимается.
- Я кончаю.
Он следует за мной.
- Я люблю тебя, Л.
Это что-то новенькое, но мне нравится.
- Ты вроде должен любить девушку, которая позволила тебе сделать это с ней
на обочине дороги.
- Я всё ещё люблю тебя. Ты как никто другой отвечаешь моим требованиям.
Он выходит, одевает обратно мне на ноги сандали и помогает слезть с
багажника. Когда мы подходим к сидению, он берет трусики и держит их,
чтобы я могла их надеть.
- Помнишь, как я сделал это в первый раз?
- Как я могу забыть? Ты разложил меня на банкетном столе так, словно я твоя
закуска.
Он гладит мои ягодицы, когда заканчивает. Он всегда так делает.
- Хороший был день.
С этого и начались наши отношения, конечно, не совсем обычные, но самым
неожиданным стало то, что я влюбилась в этого мужчину. Он всегда будет
моим сердем, любовью и жизнью. Как же мне повезло.
Глава 30
Джек Маклахлан
Лорелин идет покупать свадебное платье с мамой, Эммой и Хлоей, я же
решаю посвятить день себе, по крайней мере я на это рассчитываю.
Эван обвиняет меня, что ему пришлось застрять на весь день с детьми, пока
Эмма ходит за покупками, и настаивает на том, чтобы я ему помог. Придурок.
Да это случилось по моей вине, но это их дети, а не мои. Я не против побыть
с ними. Это хорошая практика. Уверен, будет лучше поэкспериментировать с
чужими детьми, прежде чем испортить своих.
Я захожу к Эвану.
- Что ты сделал с малышом, что он у тебя так кричит?
Он смотрит на меня таким взглядом, словно убил бы, если бы смог.
- Это всё ты.
Черт бы его побрал.
- И что же я сделал, что он так кричит? Всё, что я сделал, это вошел через
дверь.
- Он бесится, потому что ему нужна грудь Эммы. Он не хочет брать
бутылочку.
Он Маклахлан. Этого достаточно.
- Я его не виню.
- Заткнись. Я не собираюсь ждать, когда это дерьмо случится с тобой. Это не
смешно, приятель.
- Прости. Чем я могу помочь?
Он передает мне кричащего Эйдана.
- Возьми его и сделай что-нибудь, пока я буду готовить девочкам обед. И себе.
Я умираю с голоду.
Я забираю кричащего племянника от Эвана. Понятия не имею, что с ним
делать. Сажусь в кресло и начинаю его качать. Снова пытаюсь заставить его
взять бутылочку, но Эван был прав, его не обмануть.
- Малыш, ты рискуешь остаться голодным, если не одумаешься и не
возьмешь бутылочку. Держу пари, твой шведский стол будет не скоро.
Я продолжаю совать ему бутылочку, и он в конце концов сдается, но уверен,
что он злится.
Он допивает и засыпает прежде, чем я позволяю ему срыгнуть, поэтому
укладываю его на свое плечо и похлопываю по спине. А ему на все плевать.
Покормив девочек, Эван одновременно и рад, и шокирован, когда входит в
комнату.
- Как, черт возьми, ты это сделал?
На самом деле я ничего такого не делал.