Джорджия Кейтс
«Красота от отказа» (книга 2)
Серия: Красота
Перевод: Елена Ушкарева
Перевод книги подготовлен специально для группы
ht
tp://vk.com/ beaut
y _ f rom _ pain. Любое копирование и размещение перевода
без разрешения администрации, ссылки на группу и переводчиков
ЗАПРЕЩЕНО! Пожалуйста, уважайте чужой труд!
Аннотация.
Как ты можешь продолжать двигаться дальше, когда он - каждая песня,
которую ты поешь?
После того как Лорелин Прескотт уходит от любви всей её жизни, она
возвращается в Нэшвилл, чтобы посвятить себя единственной мечте, забытая
ею на время. Музыка была единственным способом, помогавшим ей
отвлечься от боли потери Джека Генри.
Но вместе со старой жизнью возвращаются и старые знакомые, и новые
ожидания. Отказавшись от возмутительных требований продюссера, Лорелин
тем самым ставит на своей карьере крест - пока неожиданная возможность не
даст о себе знать. Будет ли этого достаточно, чтобы обрести заслуженное
счастье или отсутствие в её жизни Джека Генри заставить желать большего?
Джек Генри Маклахлан никогда не мог подумать, что сможет влюбиться в
Лорелин Прескотт, но так или иначе это произошло. После того, как он по
глупости позволил ей уйти, он проводит три месяца в поисках её, но их
примирение не дается легко. Найдя её, он понимает, что это совсем не та
женщина, что ушла не попрощавшись. Она больше не та опасная девчонка,
которой была в Австралии, эта Лорелин - успешная певица с
многообещающей карьерой. Её мечты сбываются и Джек взволнован, что в
новой жизни его американской девушки не найдется места для него. У него
только месяц, чтобы убедить её в обратном. Достаточно ли будет этого
времени, чтобы заставить её увидеть жизнь вне блеска и очарования, жизнь,
которая включает его?
Глава 1
Лорелин Прескотт
Спасибо Богу за валиум.
Я чувствую вину за то, что принимаю такой сильно действующий наркотик,
но только благодаря ему я способна справляться с тем багажом чувств,
который остался после ухода от Джека Генри - особенно после всего того,
через что мне пришлось пройти, когда мама страдала наркоманией. Но мне
необходимо каким-то образом избавиться от мучений в моей голове. Да, я
знаю, это не длится вечно, и, честно говоря, я не знаю, как справлюсь со
своими чувствами, как только окажусь дома. И, признаться, меня это убивает
изнутри, лишь сейчас я понимаю маму, как она пришла к этому. А ведь всё
может быть так легко, если всё, что ты видишь - тьма. Манящая красная
тряпка, как для быка.
Я буду любить Джека Генри до последнего вздоха, но я ни за что не позволю
себе пойти по тому же пути, что и моя мать - как бы не было заманчиво.
Наш изнурительный перелет из Сиднея в Лос Анджелес наконец-то подходит
к концу. Когда подъезжает трап, в нос сразу же бросается отчетливый запах
Лос Анджелеса - топлива и смога. Тот же самый запах привлек моё внимание,
когда мы отправлялись в Австралию три месяца назад. Ничего себе. Такое
ощущение, словно я жила другой жизнью. Выйдя из переполненного
терминала, в зале выдачи багажа нас встречают родители Эддисон. Две
недели она проведет вместе с ними дома, после чего вернется в Нэшвилл, а
это означает, что следующие четырнадцать дней я пробуду одна в нашей
квартире. Не думаю, что это хорошая идея.
Донованы встречают нас с распростертыми объятьями. Они любят меня, как
собственную дочь, и я думаю над тем, как бы наверно было бы прекрасно,
если бы я влюбилась в их сына, а не в человека, который больше никогда не
захочет увидеть меня снова. Возможно, с Беном всё было бы по-другому. Кто
знает, может быть у нас что-нибудь и завязалось бы, не столкнись я тогда в
коридоре с Джеком Генри? Но это случилось, что теперь сожалеть. Хотела бы
я, конечно, сожалеть о встрече с мужчиной, которого полюбила, но этому
никогда не бывать. Мучительная боль в сердце стоит того недолгого времени,
что мы были вместе.
Эддисон смотрит на меня так, словно мы больше никогда не увидимся.
- Мне так жаль, что ты не можешь остаться со мной. Одна только мысль, что
ты одна, в таком состоянии возвращаешься домой, навевает страх
- Со мной всё будет хорошо, Эдди.
Она и понятия не имеет, что мне не раз приходилось находить выход, когда
жизнь обходилась со мной жестоко.
- Моя мама расстроится, если я сегодня не приеду домой.
- Да...но пообещай мне, что все эти две недели ты не будешь сидеть в
квартире, думая о нем.
- Обещаю, - вру я.
Выдавливаю улыбку, чтобы успокоить её.
- Как только вернусь, с головой уйду в музыку. Хоть какое-то отвлечение.
- Знаешь, я тебе не верю.
Ненавижу этот взгляд. Сожалеющий. Хммм.
- Эдди, я не сломлена. Я еще тот крепкий орешек. Да мне грустно от того, что
пришлось оставить его, но я справлюсь. Это не конец света
Ложь. Ложь. И еще раз ложь. Со мной что-то явно не так. Я даже своей
лучшей подруге не могу признаться, как разбита. Почему я не могу впустить
в свою жизнь кого-то еще? Кроме Джека Генри...он единственный, кто сломал
все мои барьеры и узнал истинную меня.
- Мы будем разговаривать каждый день, пока я не приеду.
Крепко сжав в объятьях на прощание, она шепчет мне на ухо:
- Мне нужно знать, что с тобой всё в порядке.
Ненавижу то, как это звучит в её словах. Словно я собираюсь покончить с
собой. Бесит.
- Черт, Эдди! Если я не с ним, это не значит, что моя жизнь закончилась. Да, я
буду скучать по Лахлану.
Мне не стоило этого говорить.
- Отсутствие его в моей жизни - это хорошо, это нормально, но это не значит,
что я лягу и умру.
А у меня получается хорошо притворяться.
Она улыбается. Должно быть, ей нравится моё злющее выражение лица, но
она еще не знает, что тем самым разбудила во мне моего внутреннего зверя.
- Хорошо. Это именно то, что я и хотела от тебя услышать.
- Со мной всё будет хорошо.
- Мне просто нужно было знать будет ли Лорелин "после Лахлана" похожа на
Лорелин "после Блейка".
Да уж. У Лорелин "после Блейка" нет ничего общего с Лорелин "после Джека
Генри", но я ни за что не скажу ей об этом, чтобы у нее ненароком не
возникло мысли вместе расхлебывать моё дерьмо, когда она вернется в
Нэшвилл.
- Не беспокойся, Эдди.
- Теперь я могу со спокойной душой отправить тебя домой, но помни, что я
говорила о звонках каждый день.
Она с облегчением выдыхает. Неужели она купилась на всё это? Черт, я даже
лучше, чем сама себе представляла.
Распрощавшись, я остаюсь одна. Снова. Как всегда.
Ожидая в терминале, я решаю зарегистрироваться.
- Привет, мама.
- Здравствуй, моя девочка.
Что-то в этих словах всегда меня успокаивало.
- Я просто хотела сказать, что мы удачно долетели. Где-то в час я приземлюсь
в Нэшвилле, и мне бы очень хотелось, чтобы ты меня встретила примерно в
это время.
- Я обязательно буду. Мне не терпится увидеть тебя и услышать в
подробностях о твоем путешествии.
Черт! Неужели мне придется сознаться в том, что я была в Австралии и по
неосторожности влюбилась в мужчину, которого больше никогда не увижу?
- Мне тоже не терпится тебя увидеть.
Не думаю, что у меня есть выбор. Ни одна минута из всех этих трех месяцев
не обходилась без Джека Генри. Если я не скажу ей о нас, мне по сути не о
чем будет ей рассказывать.
- Нам о многом надо поговорить, мама.
- Да, и мне тоже есть о чем рассказать.