— Ну и дела, — сказал я с отвращением. — В мое время это был дешевый торговец ромом. Но для чего мог понадобиться Келли Крюгер?
— Откуда мне знать, — Довди сполз с табурета. — Мне пора возвращаться. Мэддокс ждет меня.
— О’кей, Довди, ты здорово помог мне.
Он бросил на меня настороженный взгляд.
— В чем дело? С чего это ты так интересуешься Шамвеем?
— Хотел бы я посмотреть, что бы делал ты, если бы тебя уволили из-за этого типа, — сказал я, глядя ему в глаза.
— Ну к чему тебе лишние неприятности, Милан, — он отвел глаза. — Мэддоксу это не понравится.
— Мне наплевать, понравится это Мэддоксу или нет, — отрезал я. — С чего мне отвлекаться на какого-то карлика?
Довди снова с беспокойством посмотрел на меня, пожал руку и вышел из бара.
Я допил кофе, закурил сигарету и пододвинул к себе телефонный справочник. Крюгер владел особняком на Семьдесят восьмой восточной улице. Я присвистнул. Особняк в таком месте, между Пятой авеню и Лексингтонским кварталом, говорил о многом. В том числе и о том, что у Пеппи были деньги. Большие деньги.
— Ты, наверное, помнишь Пеппи? — спросил я у Вилли, занимающегося приготовлением сандвичей.
— Еще бы! В былые времена он иногда наведывался к нам. Это было достаточно редко, но каждый раз он что-либо ломал. С тех пор прошло много времени, и, насколько я слышал, он стал большим боссом, но вряд ли нажил деньги честным путем. Я ему не завидую.
— Достался бы тебе такой капиталец, сразу же заговорил по-другому, — улыбнулся я. — Кстати, Пеппи это совершенно не заботит.
— Что верно, то верно, — Вилли улыбнулся в ответ. — Пеппи интересует вас, Милан?
— Не знаю. Теперь у меня достаточно времени, чтобы интересоваться кем угодно.
— Вы без работы, — добродушная, толстая физиономия бармена выражала симпатию.
— Отдыхаю, — заверил я его и зевнул. — Когда понадобится работа, я буду ее иметь. Пока, Вилли. До встречи.
— Пока, мистер Милан. — Вилли было трудно обмануть. — Надеюсь, вы скоро найдете работу.
Выходя на улицу, я тоже надеялся на это.
Во всяком случае, я не даром потерял утро. Но почему Келли хотел связаться с Пеппи Крюгером? Любопытно. Может быть, старый Шамвей и его доченька надули Лу? А он, работая на Пеппи, надеялся, что ему удастся с помощью своего покровителя запугать своих обидчиков и получить свою долю.
Я хорошо помнил Пеппи. Однажды увидев его, невозможно забыть. Последний раз это было два года назад. В суде слушалось его дело по обвинению в убийстве. Я запомнил, как совершенно спокойный Крюгер сидел рядом со своим адвокатом, в то время как районный прокурор читал обвинительный акт. Пеппи ни разу не спутался в своих пояснениях за все время судебных заседаний — и суд кончился вынесением оправдательного приговора, причем присяжные совещались минимальное количество времени. На моей памяти Пеппи четыре раза судили за преднамеренное убийство и четыре раза он был оправдан. Теперь, конечно, он нанимает убийц за свои денежки.
Крюгер был коротышка с глубоко посаженными глазами. В детстве он перенес болезнь кожи и потерял все волосы. Череп его был гол, как колено. Короче говоря, прекрасная внешность для проходимца.
Мне не терпелось установить, почему Келли после всей этой шумихи с наградой за спасение похищенной девушки хотел непременно встретиться с Крюгером. Единственным способом разрешить неожиданную загадку был визит к Пеппи. Может, следовало сочинить удобный предлог? Вряд ли можно запросто попасть на прием к человеку, который владеет особняком в столь престижном месте. И все же я решил попытаться сделать это.
Я подозвал такси и, усевшись на заднее сиденье, назвал адрес.
Водитель сразу понял, о ком идет речь.
— Ваш приятель? — поинтересовался он, стремительно бросая машину сквозь оживленное уличное движение, как если бы горел желанием поскорее избавиться от такого клиента.
— Спроси у него, приятель, и он ответит тебе, если сочтет нужным.
— Издеваетесь? — водитель увеличил скорость. — Это может дорого вам обойтись.
— Да уж!
Мы проехали еще два квартала, и таксист предпринял новую попытку разузнать, кого он везет к Крюгеру и зачем. Следовало прекратить этот походивший на допрос разговор.
— Что ж, идем со мной. Вдвоем и поговорим у Пеппи о делах, — предложил я не в меру любопытному водителю.
— Ха! — ответил он. — Спасибо за совет. Что-то я не горю желанием отправиться после этого разминаться с Джо Луисом.
— Нельзя ли помолчать? — попросил я. — Я плачу за то, чтобы меня везли, а не за то, чтобы мне надоедали.
Это отбило у него охоту разговаривать на весь остаток пути. Мы остановились перед домом Пеппи. Я протянул ему доллар.
— Деньги вскоре могут понадобиться тебе, при такой разговорчивости.
Он медленно убрал доллар в карман.
— Эти денежки должны быть сумасшедшими, чтобы водиться у такого шутника, как вы, — сказал водитель. — У вас, наверное, все губы в трещинах от их поцелуев.
Он уехал прежде, чем я успел придумать достойный ответ.
Я принялся созерцать дом Пеппи. Это было жилище достойное Рокфеллера или П. Моргана. Оно выглядело большим, новым и крепким: монолитные кирпичные стены, черепичная крыша, широкие, как в загородном доме, окна.
Я поднялся по ступенькам и позвонил. Пожилой человек, скорее всего дворецкий, открыл массивную, обитую железом дверь со словами:
— Входите, сэр.
Я был приглашен в дом без лишних слов, без выяснения цели визита.
Пройдя вслед за дворецким, я очутился в просторном холле, с интерьером в стиле позднего модерна. Особым вкусом это не отличалось, но зато сразу чувствовался запах больших денег. То есть цель, которую преследовал Пеппи, была достигнута.
Дворецкий бросил на меня вопросительный взгляд.
Это был высокий человек с белыми волосами и блеклыми голубыми глазами. Можно было подумать, что его лицо парализовано: настолько застывшей была вопросительная гримаса.
— Сэр желает кого-нибудь видеть?
— Да, — сказал я. — Мне нужно сказать несколько слов мистеру Крюгеру.
— Мистеру Крюгеру, сэр? — его глаза широко распахнулись от удивления, словно я попросил по крайней мере встречи с президентом.
— Совершенно верно, — подтвердил я, улыбаясь ему.
— Сожалею, сэр, — дворецкий с достоинством выпрямился. — Мистер Крюгер принимает только по предварительной договоренности. Не хотите ли переговорить с его секретарем?
— Я не нуждаюсь в таких условностях. Тем более в секретаре. Мне необходимо встретиться с самим мистером Крюгером. Скажите, что его хочет видеть Росс Милан из «Репортера». Добавьте, что это важно.
Какое-то мгновение дворецкий внимательно разглядывал меня.
— Очень хорошо, сэр, — с этими словами он исчез на лестнице, оставив меня одного.
Ждать пришлось так долго, что я уже начал думать, а не разбил ли его внезапно паралич, и притом всего сразу. Стрелка больших, явно дедушкиных часов, установленных в холле, продвигалась вперед маленькими скачками, и ожидание становилось нестерпимым.
Наконец-то я услышал шаги. Это был явно не дворецкий. Кто-то легко и быстро прошел по коридору, и вскоре я увидел его на лестнице. По широким ступеням спустилась молодая женщина — тонкая и хрупкая брюнетка, со странно прямыми бровями, с глазами цвета голубого кобальта и очень большими, радужными зрачками. На ней были песочного цвета брюки, бордовая кофточка, а на голове нечто вроде тюрбана. Ее можно было бы назвать хорошенькой, если бы не рот с тонкими, как кровавая щель, губами, которые выдавали не самые лучшие наклонности характера данной особы. Я представил ее в темной комнате занимающейся отрыванием лап у паука. Это занятие, я думаю, должно было доставлять брюнетке массу удовольствия.
— Я секретарь мистера Крюгера. — У нее был глубокий и звучный голос.
— Хорошо, хорошо, — сказал я. — Хорошо, хорошо, хорошо.
Она слегка нахмурилась, затем спросила:
— Вы хотите видеть мистера Крюгера?
— Это действительно так, но мое время на исходе. К несчастью, мой дохтор позволяет мне всего лишь один прием пищи в день. — Я поправил свой галстук. — Вы свободны сегодня вечером?