5
Утро оказалось на удивленье стремительным - хрусталики звезд быстро исчезали с небосвода, меняя серо-синие краски на розовую вуаль рассвета.
Старик стоял на холме, печально взирая куда-то вдаль, а в его покачивался мрачный фонарь: тусклое стекло, закоптившееся от времени, будто непроницаемый занавес, укрывало от постороннего взгляда трепетный огонек. Корф стоял рядом: его крохотное тельце, облаченное в грязную мешковину, дрожало под потоками ледяного северного ветра.
- Здесь произошло великое сражение, - вдыхая аромат вчерашнего дня, задумчиво произнес Воин.
- Ты вел их к победе, а привел в мир уныния и скорби, - внезапно произнес Хемси. Его фонарь вздрогнул, вытянулся в струну и стал гореть куда ярче прежнего. Ручка-плакальщица, которую осторожно обнимала старая ладонь, дернулась, и по сухой коже заструились извилистые струйки слез.
- Ты о чем это, старик? - скулы Воина заходили ходуном. Он нахмурил брови и совсем по-другому взглянул на недавнее поле битвы. Вытоптанная земля была укрыта живым ковром из огромных черных птиц, отдаленно напоминавших ворон - только эти были с громадными змеиными глазами и выглядели куда опаснее.
Хемси сделал пригласительный жест и вкрадчиво произнес:
- Пойдем. Я покажу тебе начало пути.
Они спустились вниз по склону и оказались на ровной поляне - недавнем месте протиостояния - где возвышались трупы недавних храбрецов, пожелавших во чтобы то ни стало увековечить свое имя в бессмертье.
6
В здешних землях никогда не было войны, и никто не помышлял нарушать установившийся мир. Люди, способные лишь возделывать земли и пользоваться дарами рек, редко прибегали к смертоубийству - Хемси хорошо помнил те времена. К сожалению, с тех самых пор, многое изменилось. Земля давно перестала давать новые всходы и радоваться осенним урожаям, а праздник Цветов превратился в пустой звук, не имеющий никаго смысла.
Теперь реки и поля были пропитаны кровью и ужасом бесконечных войн. И вовсе не плуг разрывал землю, а боевые телеги и копыта, закованных в латы лошадей топтали цветущую долину. Нынче, яркие тона исчезли за серостью и одиночеством голых деревьев. Перекати-поле медленно мелькали среди сухой травы, а северные ветра неумолимо будоражили тех, кто еще не покинул здешние края.
- Разве в войне есть смысл? - поинтересовался Хемси.
Воин не ответил.
Свет фонаря робко коснулся искореженных доспехов. Те, кто говорят, что смерть может быть красивой - нещадно врут. В ней нет ничего прекрасного. Лишь короткий миг, когда человек освобождается от земных пут и растворяется среди бескрайних просторов мироздания.
- Они здесь часто плутают... Не могут найти дороги, - сделав огонь сильнее, продолжил старик.
Не проронив ни звука, Корф с невероятным смирением сопровождал Хемси и Воина. Взгляд мальчугана казался безучастным, словно он и не замечал царившей вокруг смерти.
- Да он у тебя хуже раба. Ты бы ему еще вериги надел, - кивнув в сторону Корфа, возмутился Воин.
Старик недовольно хмыкнул:
- В отличие от тебя, он не сам выбрал свою судьбу. Впрочем, также как и я.
- Помоему ты лукавишь, старик. Между прочим, моя судьба сейчас именно в твоих руках. Объясни мне: зачем мы здесь? Или это самый короткий путь к тракту?
- Чш, - Хемси прислонил палец к губам. - Не спугни судьбу. Иначе все напрасно.
- Судьбу?! - удивился Воин. - Разве она не предначертана нам великим небом? Разве многоликий Олаф не выткал на бесконечном полотне наши годы, распределив на ней цветные нити печали и радости?
- Вовсе нет, - уверенно ответил старик.
Их путь прервался внезапно. Остановившись будто вкопанный, Хемси высоко поднял фонарь вверх и яркий свет волной разлился по округе, утонув в предрассветной дымке утреннего тумана.
7
Впереди начинался лес, а перед ним словно жирная точка на чистом листе бумаги, стоял огромный камень, черный словно смоль. Перепутье выглядело необычно еще и тем, что дороги, которые паутиной расползались в разные стороны, сильно поросли густой травой.
Воин подошел к камню, и задумчиво уставившись на гладкую поверхность, не оборачиваясь, спросил:
- Странное место. Эта дорога ведет в столицу?
- Нет, - сухо ответил старик, и пламя фонаря стало светить еще ярче.
- К восточным границам? - послышался следующий вопрос.
- Нет, - эхом разнесся тот же ответ.
- Жалко, - равнодушно заключил Воин.
Хемси подошел к камню и осторожно коснулся его ладонью. Глыба откликнулась солнечной теплотой, которая сохранилась еще со вчерашнего дня.
- Никому неведома та дорога, что выберет за тебя перепутье? - после недолгой паузы, изрек старик.
Воин задумался и, совершив похожий ритуал, притронулся к гладкой поверхности - глыба оказалась холодной.
- Выбор жизненного пути непрост. А избрать верный путь после смерти - еще труднее, - устало изрек старик.
- Почему ты всегда говоришь о смерти? Мне неприятны эти загробные штучки, - возмутился Воин. - Я просто выберу дорогу и плюну тебе вслед.
Хемси вышел на середину и, осветив правую тропу, затерявшуюся в дремучем овраге, замер. Его рука медленно поднялась ввысь, и перст указал на дальний холм.
- Дальше ты пойдешь один. И только твои земные грехи станут твоим компасом при выборе следующего ориентира, - равнодушно произнес старик.
Воин не обернулся. Вступив на левую тропку, он, ослушавшись совета, быстро зашагал в сторону высоких мачтовых сосен, из-за которых неохотно выступали крыши соседней деревни. Его силуэт еще долго мелькал на горизонте, пока окончательно не исчез среди лесных исполинов.
Хемси открыл створку фонаря и задул огонек. На лице старика появилась удовлетворенная улыбка.
- На его пути первой встретиться боль? - поинтересовался Корф.
- Или страх, - пожав плечами, ответил Хемси и загадочно добавил, - какая разница. Любой его грех вернется ему с троицей.
- Неужели его проступки так страшны? -удивился мальчик.
Старик улыбнулся:
- Страшен не сам грех, а его отрицание.
- И он так и не поймет, что умер?
-Возможно это расплата за ту, прошлую жизнь, - предположил Хемси.
- И подобного никому не избежать? - не унимался Корф.
- Почем же, - не согласился старик. - Если бы он выбрал мой путь, все стало бы иначе. Но высокомерие отправило его прямиком в Мучительные чертоги.
Они вышли на поляну и направились в сторону дома, где на окне их встречала горящая свеча - извечный символ надежды.
8
Хемси открыл скрипучий шкаф и, поставив "скорбный" фонарь на место, внимательно осмотрел ровные ряды разнообразнейших светочей. Следующий визит заблудшей души был неизбежен, но какой из фонарей пригодиться ему для встречи в следующий раз, старик не знал.
Свет или тьма?
Для него они были едины. И каждому он уделял частичку своего внимания, и каждого он сопровождал до Перепутья, предлагая выбрать единственно верную дорогу. Путь, ведущий душу к радости и спокойствию следующего витка существования. Но, ни разу, не один из ночных гостей не прислушался к совету Хемси. Лишь Корф, не осмелился выбрать свою дорогу а, повернувшись спиной к черному камню, остался с фонарщиком.
Потом Хемси часто спрашивал мальчика: зачем он так поступил? Почему не стал искать Солнечные врата? На что Корф пожимал плечами и застенчиво улыбаясь, отвечал, что давно мечтал о настоящей семье.
Старик хмурился и замирал. Его душу наполняла жгучая боль. Он не видел в мальчике ни одного греха, и не желал ему своей судьбы.