Когда бармен приносит напитки, я киваю и подписываю чек. Оставшись снова в одиночестве, я делаю глоток. Это был безумно длинный день. «Скотч» растекается теплом от языка к желудку, и я откидываюсь на спинку, показывая бармену, чтобы он принес еще.
Недолго думая, я беру рюмку Кеннеди, почему бы и нет. Поднося стопку к губам, я скольжу пальцами по деревянной поверхности барной стойки и думаю о разнице между твердой поверхностью и мягкой кожей. Я смотрю в зеркало, висящее напротив, и вижу не только себя, но и то, что происходит вокруг. Затем вижу, как Кеннеди пересекает вестибюль.
Для стажера она выглядит незаурядно. Более стильной, в ней что-то есть.
Ксавия Кеннеди, которая заводит меня. Я стою и любуюсь ею, опираясь на локоть и отпивая из ее стакана. Это был уже второй шот, и когда бармен ставит передо мной третий, я киваю ему, чтобы он повторил и продолжаю наблюдать за моим стажером.
Женщина рядом со мной наклоняется и спрашивает, есть ли у меня сигареты. Я трясу головой ей в ответ, не обращая на нее внимания. Она, безусловно, привлекательна, но не мой тип. Никто в этом гребаном мире не мой тип, кроме одной женщины и я хочу выяснить, насколько она подходит мне.
«Скотч» действует, как волшебный эликсир, я чувствую себя расслабленным и к тому моменту, как Мис Кеннеди направляется ко мне, у нас есть две рюмки, которые ждут нас на барной стойке.
Наконец-то, мои мысли прояснились и я возвращаюсь в игру.
Она пересекает зону отдыха, входя в бар. Я чувствую себя легко, будто не слежу за каждым ее шагом. Я грызу зубочистку и вижу, как легкая улыбка расплывается на ее лице. Даже на каблуках, она на полголовы ниже меня.
Получается, что босиком она еще ниже. И я уверен, что секс с ней у стены будет ярким моментом моей предвыборной кампании.
Я чуть не застонал от мысли о том, как мой член погружается в нее, и подвинул свободный стул к бару.
― Присаживайся, ― говорю я ей, и она снимает сумку с плеча. Я перехватываю ее за ремень и кладу на барную стойку. ― Что происходит в мире? ― спрашиваю я, глядя на ее сумочку.
― Мне нравится быть подготовленной, ― отвечает она. ― Не знаю почему, но мне это нужно.
― Многие люди в настоящее время управляют своим бизнесом по телефону, ― говорю я и смеюсь, протягивая ей ее бокал. Беру другой и поднимаю его. ― За путь наименьшего сопротивления.
― И за выполненную работу.
Если бы она только знала, как на меня подействовали ее слова, и какие грязные мысли пришли мне в голову.
― Что ж, сколько стажировок у тебя было, когда твой начальник полный сукин сын? ― Я отпиваю немного, глядя на нее поверх оправы очков.
― У меня было время, чтобы привыкнуть к сукиным сынам... Не забывайте о моей семье. ― Она делает небольшой глоток «Скотча» и морщит нос.
Ущипните меня, но эта девушка не пьет многолетний «Виски». Интересно, пьет ли она вообще.
― Это не считается. Ты не можешь их избежать.
― Что ж, посмотрим. ― Ее лицо светлеет, и я снова вспоминаю, сколько у меня накопилось вопросов относительно этой девушки, и их список продолжает расти.
Я допиваю свой напиток и ставлю стакан на стойку бара, и решаюсь спросить о том, что меня так беспокоит.
― Есть что-то особенное, что мне нужно знать о тебе или о том, что ты хочешь получить от этого всего?
― Что вы имеете в виду? ― Она цепляет пальцем оправу своих очков и опускает их вниз, встречая мой взгляд. Мы смотрим друг на друга. Это то, что мы делали с момента нашей встречи и мне кажется, что она хочет чего-то от меня. Но чего?
― Смотри, ты пришла ко мне или в мой офис после... после того, как мы уже встречались. Правильно? ― Я хотел сказать «после сцены в коридоре», но вовремя остановил себя.
― Да. ― Она пожимает плечами и поднимает свой бокал, отпивая янтарную жидкость и аккуратно облизывая языком губы, чтобы подобрать каплю в уголке ее прелестного рта.
Своим пропитанным алкоголем мозгом я пытаюсь вспомнить, о чем мы говорили, учитывая, что все, чего я сейчас хочу ― это попробовать ее рот на вкус, сосать и кусать эти губы. Услышать, как мое имя срывается со стоном с ее губ.
― Давай не будем строить из себя правильных. Правда куда более тривиальна. Ты так не считаешь? Я уверен в том, чего хочу от тебя и от каждого человека в моей команде.
― Я заинтересована в том, что происходит в офисе сенатора. Как стать тем человеком, который вам нужен? Или достаточно просто быть честной?
― И ты только что забрала меня после того, как я вернулся из Нью-Йорка? ― Я качаю головой. ― Ты хочешь быть в моей команде. Первый урок политики, все чего-то хотят. Надо только найти, чего. Так что же это?
― Чего хотите вы?
― Отвечать вопросом на вопрос ― не самое хорошее начало.
― Не важно. И каков же второй урок? ― спрашивает она, не отпуская моего взгляда.
Я наклоняюсь ближе и шепчу.
― Понять, можешь ли ты дать им то, чего они хотят. Существуют сотни правил, но давай пока остановимся на этом. Хорошо?
Она открывает рот и мне кажется, я слышу, как ответ срывается с ее губ, но она остановилась, мягко и едва слышно выдохнув.
Красивая девушка в раздумьях. Это не тот момент, когда надо отвлекать ее. Я жду. Я знаю эту уловку ― дать оппоненту несколько секунд, чтобы собрать свои мысли. Если бы Кеннеди была мужчиной, я бы не устоял от соблазна пригрозить увольнением, но очевидно, что ей это нужно, она способна на это.
Ее ресницы дрожат. Из чего же она сделана ― из стали или из мягкого пуха? В любом случае, и то и другое весьма соблазнительно.
Мой член становится тверже, напоминая мне, что я мог просто вторгнуться в ее личное пространство; черт, я должен ворваться в ее ротик. Целовать ее раскрытые губы, ласкать ее язык своим, стащить ее с барного стула и показать, чего я хочу. Она втягивает нижнюю губу, ее взгляд все еще прикован к моему и, черт, такое ощущение, будто она сосет головку моего члена своими пышными розовыми губами.
Ее грудь опускается и поднимается, дыхание становится чаще, она кивает.
― Я дам вам то, чего вы хотите, Сенатор. Мою внимательность и активность. Вы дадите мне доступ в свой офис. Это то, что нам обоим нужно?
― Звучит, как деловое предложение.
― Разве это не то, что вы хотели услышать?
Возможно, во мне говорил алкоголь, или же это говорил мой член, но я выложил все карты на стол, чтобы выяснить все до конца.
― Одна ночь. И все будет.
― Одна ночь? С вами?
― Да. Ночь. Это все, чего я хочу, и мы не будем обсуждать это после. Никогда. ― Я говорю тихо и оглядываюсь вокруг, пытаясь понять, может ли кто-нибудь слышать нашу маленькую беседу. ― Ты поняла мои условия?
― Один раз. И я ваш стажер. Полноправный член команды.
Я поправляю ее.
― Одна ночь. Это может быть и больше, чем один раз.
Ее зрачки снова расширились, пока ее глаза не стали полностью черными и она кивнула.
― Да. Я согласна.
― Выпей, ― говорю я своему новому стажеру, чья сила воли прочнее стального алмазно-титанового материала.
― До дна, ― шепчет она.
Я напрягаюсь от ее слов.
― Так и сделаю.
Черт, она прекрасно понимает, какую линию она только что перешла. Я отдаю деньги бармену и начинаю с самого первого пункта из списка, приготовленного для этой девушки.
― Пойдем.
Она отставляет свой стакан, чем удивляет меня и берет свою сумочку, слезает со стула рядом со мной, пока я подписываю наш чек. Мы выходим из полумрака бара в залитый светом коридор и подходим к лифту. Я нажимаю на кнопку, поглядывая на женщину, которую я заставлю выкрикивать свое имя и кончать на моем члене. Двери лифта открываются, и я пытаюсь заставить себя расслабиться.
― Одиннадцатый этаж, ― говорит она мягко, не спрашивая меня.
Мой счастливый номер и как только закрываются металлические двери лифта, я рычу.
― Чертово ожидание. ― Мои слова, казалось, разорвали тишину кабины лифта.