Я погладил ее руку.
— Мне надо поговорить с Эдди. Тогда мы оба сможем остаться здесь, а все остальное сделает он.
— Это лучше, — сказала она, успокаиваясь.
Я подошел к телефону и вызвал Эдди. Как я и ожидал, эта новость потрясла его.
— Черт возьми, ну и дела! Сиди дома и не отпускай ее, я скоро приеду.
Я положил трубку и улыбнулся Марди.
— Он возбужден и едет сюда.
— Ой, Ник, уходи, мне надо одеваться.
Я поцеловал ее и вышел. Я тоже оделся. Самочувствие было у меня великолепное. Мне казалось, что я смогу допрыгнуть до небоскреба.
Едва я успел полностью одеться, как явился Эдди. Он стоял у двери, и на его обезьяньем лице отчетливо выражалось беспокойство.
— Где она?
Я кивнул в сторону двери.
— Она не долго, только оденется.
— Послушай, Ник, — тихо сказал он. — Что все это значит? Неужели ты и впрямь собрался жениться?
— Можешь ставить на меня пари и ты выиграешь, — я стукнул его по плечу.
— Она связала… тебя?
— Что ты хочешь этим сказать?
Он с беспокойством посмотрел на меня.
— Ты знаешь… что у нее неприятности?
— Послушай, бульварная обезьяна, мы с Марди вот, — и я сплел пальцы обеих рук. — Я женюсь на ней, потому что она единственная женщина, которую я могу желать. Понимаешь?
— Ты хочешь сказать, что имеешь желание жениться на этой девушке? — Он внимательно посмотрел на меня. С его лица не сходило недоверчивое выражение.
— Да.
— И ты хочешь, чтобы я помог тебе?
— Совершенно верно.
— Ладно, Ник, хватит. Всякой шутке есть предел.
В этот момент вышла Марди. Она остановилась у двери, и у Эдди глаза полезли на лоб. Она была великолепна. Большие глаза с поволокой и ее улыбка… Эдди разинул рот, потом повернулся ко мне.
— Ну и ну, — пробормотал он.
— Так как тебе моя идея?
Он мрачно покачал головой.
— Маленькая бедняжка, — сказал он, подойдя к Марди и пожимая ей руку. — Это бред. Вы не знаете, что делаете. Вы не должны выходить за него замуж… Он ни для кого не годится в мужья.
Марди засмеялась.
— Вы поможете нам?
— Вы действительно хотите связаться с этим подлецом?
— Он очень милый, просто вы не знаете его, как я.
Он посмотрел на меня через плечо.
— Не знаю, милый ли ты, но работу ты проделал миленькую. Ну, хорошо, если я смогу вам помочь, можете рассчитывать на меня.
Я достал бутылку шотландского виски, и мы с Эдди выпили по рюмочке. Я повернулся к Марди.
— Милая, будь добра, пока я буду разговаривать с Эдди, собери, пожалуйста, мои вещи, — и я сказал ей, что ще лежит.
Я рассказывал Эдди нашу историю, он молчал и пил виски. Когда я закончил, он тяжело вздохнул.
— Недурная история, — заметил он. — Может быть, когда вы отпрыгаетесь, я смогу напечатать ее.
Этот парень быстро ориентируется в обстановке.
— Мы не отпрыгаемся, — резко сказал я. — Я хочу сделать все без шума и на время отойти в сторону. Кеннеди дает мне свой дом. Мы хотим пожениться и уехать туда.
Эдди почесал затылок.
— Ты просто убил меня. Ты так быстро снюхался с этой бабенкой, что я поражен. Я также поражен твоим поведением. Но тебе, конечно, виднее, что делать.
Я дал ему немного денег.
— Иди и узнай, как быстро ты сумеешь все устроить. Пока все будет готово, мы переедем в отель «Бельмонт». Здесь не слишком надежное место для нас. Ты все сделаешь и придешь в отель.
Он выпил на дорогу и пошел сказать Марди до свидания. Он был рад за нас, я видел это. Марди простилась с ним, и он ушел. Я подошел к Марди и стал смотреть, как она укладывает вещи.
— Какая прекрасная получится из тебя жена!
— Ты имеешь в виду вот это? — она указала на сложенные вещи.
— Да.
Она закрыла чемодан и села на него, чтобы запереть. Я помог ей.
— Я хочу быть хорошей, — сказала она серьезно. — Я хочу все делать для тебя.
Я засмеялся.
— Будь осторожна. Как бы тебе не пришлось передумать. Мы оба можем измениться.
Мы сложили вещи, и я послал за швейцаром, чтобы тот снес вещи вниз. Затем я расплатился за квартиру.
— Я полагаю, что мы можем идти, — сказал я, оглядывая все вокруг. — Забери свою одежду, и мы поедем на вокзал за твоими вещами.
Она вышла, и в этот момент в дверь постучали. Я думал, что это швейцар, и открыл дверь. Передо мной стояла Блонди. Я был потрясен, но ничего не сказал.
Она подозрительно посмотрела на меня.
— Отваливаешь, да?
— Какого черта тебе нужно?
Она прошла в квартиру.
— Ты не рад видеть меня, дорогой? А разве не ты говорил мне, чтобы я пришла, когда захочу кое-что тебе сказать?
— Я больше не интересуюсь этим делом. Быстро ты удрала тогда. А теперь у меня своя дорога.
В этот момент появилась Марди. Блонди уставилась на нее, — так смотрит змея на рождественский ужин.
— Так, — сказала она.
Мне всегда нравились женщины, которые так говорят.
Марди была бледна. Не смертельной бледностью, а голубоватой бледностью фарфора. Она приложила руку ко рту и отшатнулась от Блонди.
— Оставь нас на минуту, — резко сказал я. — Вам двоим незачем встречаться.
Марди повернулась и вышла из комнаты.
— Подожди… — сказала Блонди, но Марди вышла и закрыла за собой дверь.
— Так как же? — Блонди повернулась ко мне. Глаза ее метали молнии.
— Меня это дело не волнует, — твердо сказал я. — У тебя свой путь, Блонди, вот и иди им.
— Ты так просто не открутишься от этого, — она покачала головой. — Мне надо поговорить с тобой.
Я встал, подошел к двери и распахнул ее.
— Если ты через две секунды не уберешься, я вышвырну тебя.
В этот момент из квартиры напротив вышел тот парень. Он остановился и разинул рот. Я сделал вид, что не вижу его, и ждал, пока Блонди уйдет. Она колебалась, но знала, что не имеет права устраивать скандал в чужой квартире.
— Ну, хорошо, сволочь, — сказала она. — Ты еще попляшешь. Я тебе еще доставлю кучу неприятностей.
— Иди, иди, шлюха, и не попадайся мне на дороге, иначе здоровья лишишься.
Я закрыл за ней дверь и вернулся к Марди. Она стояла у окна, я подошел к ней и обнял.
— Все в порядке? — спросила она.
— Это Блонди. Она явилась рассказать мне то, что она знает. Видишь ли, любимая, мы не избавимся от этого дела, пока не избавимся от нее. Поэтому я выгнал ее. Надеюсь, мы больше не увидим Блонди.
— Я бы хотела, чтобы мы больше не слышали ничего об этом, — сказала Марди. — Я…
— Пошли, милая, — сказал я и взял ее под руку. — Если бы я не влез в это дело, то не встретил бы тебя. Мы уедем и забудем обо всем. Будем только ты и я.
Глава 16
Кровавая драма на вилле
Неприятности начались через четыре дня после нашею переезда на виллу Кеннеди. Эти дни были самыми восхитительными в моей жизни. У нас был великолепный дом, и мы любили друг друга. Мы поднимались, когда хотели, одевались, как хотели, и все было грандиозно.
Первый сигнал опасности принес почтальон. Мне вернули обратно три статьи. Вначале я не мог поверить своим глазам. Я сидел и, изумленно хлопая глазами, рассматривал рукописи. Статьи вдоль и поперек были испещрены пометками, но я провел слишком много лет на журналистской работе и понимал, что их даже никто не читал вдумчиво.
Из кухни вышла Марди с подносом в руках. Увидев мое лицо, она поставила поднос на столик и подошла ко мне.
— Что случилось?
Пожав плечами, я недоуменно развел руками.
— Что-то здесь не так.
— Почему не так?
Я показал ей статьи, и она внимательно прочла их.
— Может быть, они недостаточно хороши?
Это было вполне возможно, но все же маловероятно. Я отсылал подобные статьи в газеты уже много лет, и до сего времени они безропотно принимали все мной написанное. И вдруг мне возвращают все и при этом не дают никаких объяснений.
— Понимаешь, дорогая, если и дальше так пойдет, то через две недели я стану банкротом.