Я медленно начал двигаться в сторону дома. В двух окнах второго этажа загорелся свет. Неожиданно я пожалел, что со мной нет револьвера. Если я занимаюсь делами такого рода, оружие просто необходимо. Я протянул руку и осторожно толкнул дверь. Она оказалась запертой. Не лишне обойти вокруг дома, вдруг можно проникнуть через черный ход. С собой у меня был карманный фонарик, и я иногда включал его, пытаясь сориентироваться. Завернув за угол, я увидел, что тыльная сторона дома выходит прямо к реке. Если они решили убить Марди, то тело можно легко выбросить в реку прямо из окна. Нужно побыстрее проникнуть вовнутрь. Несанкционированное проникновение в чужой дом карается законом, но Марди грозит нешуточная опасность, так что — не до рассуждений.
Заглянув в темное окно на первом этаже, я посветил фонариком. Это было совершенно пустое помещение. Что ж, самый легкий путь для проникновения. Немного повозившись, с помощью лезвия ножа я приподнял задвижку и открыл окно. Залез в дом и прикрыл окно за собой. Все это время я старался производить как можно меньше шума.
На цыпочках подкравшись к двери, я открыл ее. Она подалась легко, но все же с легким скрипом. Я вышел в коридор и прислушался. Тихо. Прямо передо мной неясно вырисовывалась лестница.
Я медленно начал подниматься, замирая при каждом шаге. Ведь в таких домах лестницы скрипят, как кровать в первую брачную ночь.
Я был уже на полпути, когда наверху открылась дверь, бросив в коридор сноп яркого света. Кто-то вышел из комнаты. Я затаился возле перил.
Шаги приближались. Если этот парень сейчас зажжет свет, я пропал. Я попятился. Он остановился на самом верху лестницы, нащупывая перила. Я замер, и он прошел буквально в нескольких сантиметрах от меня. Пола его пальто задела меня по коленям. Едва он оказался ниже на пару ступенек, я резко дернул его за пальто, одновременно нанося удар правой ногой.
Прекрасный удар! Таким ударом можно свалить и быка, не то что человека, каким бы сильным он не был. С грохотом он покатился по ступенькам и замер внизу. Я в три прыжка одолел лестницу и прижался к стене коридора. Вновь открылась дверь, и выскочил высокий парень в шляпе. Проскочив мимо меня, он наклонился над перилами и громко крикнул:
— Джо, что там еще стряслось?
Это уже подарок судьбы! Если человек настолько неосторожен, что наклоняется над перилами, грех не воспользоваться таким удобным случаем. Я и не преминул воспользоваться. Приподняв за ноги, я толкнул его через перила. С ужасным воплем он полетел к Джо, которого звал.
Что ж, пока все идет хорошо!
— Стой и не двигайся! — хрипло сказал кто-то у меня за спиной и в позвоночник уперся ствол револьвера. Голову я все же рискнул повернуть. Да, револьвер действительно существовал. И по всему было видно, что верзила, державший его, умеет обращаться с оружием.
— О’кей, — быстро сказал я. — Я буду хорошо вести себя.
Снизу донеслась отборная ругань.
— Лицом к стене, — приказал верзила. — И не вздумай выкинуть какой-нибудь фокус. Пристрелю на месте! Ну! Я не повторяю дважды!
Что оставалось делать — только повиноваться!
— Гэс, что с тобой? — заорал мой верзила. — Поднимайся! Я поймал этого сопляка!
В ответ послышались еще более изощренные ругательства. Верзила топтался возле меня, решая, что предпринять. Уж я бы на его месте не колебался. Я начал медленно разворачиваться, и это было ошибкой. Удар рукояткой револьвера по голове, искры из глаз, и я, потеряв сознание, рухнул на грязный пол.
Глава 10
Попался!
Слабо, как бы издалека, донесся женский крик. Затем он раздался как бы ближе, и, наконец, резанул по ушам всей мощью.
Я открыл глаза и огляделся. Колеблющийся огонек свечи, казалось, плавал в воздухе. Я закрыл глаза.
Женщина, чей крик я слышал, замолчала. Я попытался было шевельнуть руками, но безрезультатно. Боже мой, что же произошло? Где я?
Я снова открыл глаза и тут же все вспомнил. Похоже, что на меня выплеснули ведро воды. Я попробовал сесть, но они связали меня. Я лежал на полу со связанными на спине руками. Веревки впились в запястья. Над камином стояла одинокая свеча, и от ее колеблющегося пламени по комнате плыли причудливые тени.
Я попробовал встать, но закружилась голова, и я закрыл глаза. Полежав чуть-чуть, я снова сделал попытку встать. Ноги они мне не связали. Я с трудом поднялся и прошелся по комнате. С минуту или две в голове шумело, а так все было хорошо.
В комнату вошел худой длинный парень, в руках он держал лампу.
— А, Гэс, — сказал я, — я думал, что ты свернул себе шею.
При мерцающем свете этот Гэс мог бы испугать кого угодно. У него было плоское лицо с маленькими блестящими глазами. Носа у него почти не было, очевидно, его удалили после операции.
Он вошел в комнату и закрыл дверь. Я почувствовал, что с ним мы не поладим.
— Я уже имел дела с такими, как ты, — сказал он. Голос у него был, как у граммофона. — После нашего разговора ты перестанешь веселиться.
Я медленно отвернулся от него.
— Не делай ничего такого, о чем твоей матери было бы неприятно услышать, — сказал я. — Может быть, мы сперва побеседуем.
Я медленно отступил от него, пока не прижался спиной к стене. Я только собрался улыбнуться ему, как он нанес мне удар. Я ждал удара и успел отклониться, его удар просвистел мимо моего уха. Он ударил левой, но я опять отклонился, и он задел мое плечо. Мне даже стало жаль этого худого жалкого парня. Но я знал, что такая игра долго продолжаться не может.
Он поднял правый кулак, целясь мне прямо в нос, но я прыгнул на колени и ударил его головой в грудь. Его кулак задел меня, а сам он упал. Я быстро вскочил на него и прижал колено к его желудку. Понимаете? Больше мне нечего было делать.
Он издал звук, как проколотая шина. Не могу же я все время сидеть на нем. Я встал и дважды изо всех сил ударил его ногой по башке. Изо всей силы, как только мог. Он широко раскинул руки и остался лежать. Пока с Гэса хватит. На всякий случай я наступил на руку, но он даже не дернулся. Я наклонился над ним и увидел, что он навсегда нас покинул. Убедившись в этом, я решил протащить под собой руки, чтобы они оказались впереди меня. С большим трудом я это сделал и осмотрел двойной узел, которым меня связали. Я глянул на свечу и решил попробовать. Я сильно обжег руки, но зато освободился от веревки. Теперь я свободен. Осталось немного. Я наклонился над Гэсом и стал его обыскивать. Хорошо бы найти в карманах пистолет. Но там его не было. Убедившись, что нет оружия, я осторожно подошел к двери. Конечно, неплохо бы иметь какую-нибудь штуку, чтобы Верзила был удивлен не только моим появлением. Фонарь все еще был при мне, и я осторожно выскользнул в коридор. Я остановился и прислушался. Если я правильно сориентировался здесь, то Марди должна находиться в комнате в конце коридора. Я направился туда.
Я открыл дверь и почти просунул голову, как раздался дикий вопль, заставивший меня отскочить от двери. Некоторое время я стоял и прислушивался. Снова кругом тишина. Я решил вызвать Верзилу. Поднял руку и постучал в дверь, а сам выскочил на лестницу и прижался к стене. Там был угол, и меня не сразу можно было разглядеть.
Сперва все было тихо, потом появился свет. Я присел и приготовился к неприятности. Но ничего не случилось. Тогда я высунулся из-за угла и прислушался. Я услышал тяжелое дыхание: Верзила тоже стоял и слушал.
— Гэс? — крикнул он. — Это ты, Гэс? — по его голосу я понял, что он испуган.
Пусть тишина попутает его. Он вышел в коридор и стоял возле двери. Из-за его спины я видел освещенный квадрат двери.
— Гэс, ты мне нужен! — рявкнул он.
Я тихо постучал фонарем по стенке. Звука было достаточно, чтобы он услышал его, но ничего не понял. Я заметил, как он наклонил голову и медленно двинулся в мою сторону. Я напрягся и стал терпеливо ждать. В тот момент, когда я считал, что сумею достать его, он остановился и повернул обратно. Наверняка, его охранял добрый ангел. Он быстро вернулся в комнату и закрыл дверь.