— Смотри, какой герой, — усмехнулась она. — Нет, мальчик, я сама могу позаботиться о себе и не стану огорчать тебя. Я ничего не скажу тебе. Если вы настолько любопытны, попробуйте узнать сами.
Я пожал плечами и отошел от нее.
— О’кей, мудрая девочка. Иди и действуй сама. Только не говори потом, что я не предупреждал тебя.
Она была уже одета и взяла шляпу.
— Когда ты увидишь меня еще раз, напомни, чтобы я отдала тебе деньги.
— Так, это уже кое-что значит.
Ага, Блонди рассчитывает на большие деньги. А это может означать только шантаж. Это объясняет, почему она хочет работать одна. Это объясняет многое.
— Будь осторожна, Блонди. Это очень опасная игра.
Ее лицо выражало равнодушие. Она подняла чемодан и направилась к двери.
— Тебя это не касается. Но если мы больше не увидимся, поплачь обо мне.
Она открыла дверь и вышла в коридор. Я осмотрел ее высокую фигуру с высоко поднятой головой. Я собирался вернуться к себе, как неожиданно увидел того соседа, который стоял у своей двери и смотрел на нас.
— Что? Интересно? — спросил я и захлопнул дверь.
Глава 12
Вечеринка
Когда мы с Эдди пришли к Гудсону, все уже были в сборе.
Там было человек шестнадцать, и маленькая комната была насквозь прокурена. Каждый пил, сколько мог, и все курили. Нас с Эдди встретили оглушительным ревом. Гудсон бросился к нам и пожал нам руки.
— Я очень рад, что ты пришел, Ник, — сказал он.
Большинство ребят были из «Глобуса». Тех, которых я не знал, мне представил Гудсон. Они были из музыкального журнала «Луна и Скрипка».
Он сунул мне в руку стакан с виски и занялся Эдди, но тот не нуждался в помощи. Я подсел к рыжей симпатичной женщине. Ее все звали Даун Моррен, а когда я спросил ее настоящее имя, она захихикала и не ответила.
В комнате было шумно, все разбились на небольшие группки, спорили, пили, курили. Даун заговорила о книгах. Это удивило меня, потому что я решил, что книги — это не то, что ее интересует. Она только что прочла «Гроздья гнева» Стейнбека.
— Держу пари, что этот парень знает, о чем пишет, — сказала она. — Держу пари, что он сам жил там. Это самая чудесная книга, которую я когда-либо читала.
К нам подошел высокий долговязый парень, имя которого я не запомнил. Он тоже читал эту книгу и думал, как она. Я встал и отошел от них.
Лучше всего ясен характер вечеринки, если пары по очереди удаляются на кухню. Я решил проверить. Едва я вышел из комнаты, как налетел на пару, которая замерла в объятиях. Значит, все в порядке.
— Если она укусит тебя, — сказал я парню, — позови меня на помощь.
Он оторвался от своей женщины.
— Держу пари, что твоя мать считает тебя умником, — холодно парировал он.
Неплохо сказано. Я вернулся обратно. Даун и долговязый все еще болтали о Стейнбеке, но уже держались за руки. Кто-то включил патефон, и несколько пар медленно кружились в танце. Места для танцев в комнате было мало, но им понравилось открыто обниматься под музыку. Я уселся в кресло и наблюдал за ними. Подошел Гудсон и сел на ручку кресла.
— Старик доволен, что ты уговорил полковника принять нас, — сказал он. — Он считает это хорошей работой.
Гудсон из тех парней, которые никогда никого не оставляют в покое. Он начал болтать о полковнике, и я начал скучать. Как вдруг открылась дверь и вошла Марди.
Я сразу же увидел ее и не поверил своим глазам. Позади нее стоял высокий парень с вьющимися волосами и с такой фигурой, которая сводит женщин с ума. Конечно же, у него были голубые глаза. Красивый парень, ничего не скажешь.
Я скрылся за облаком дыма и с любопытством спросил Гудсона:
— Кто эта дама?
Он вскочил.
— Не знаю… но сейчас выясню. Какой персик, а?
Он подошел и поздоровался с высоким парнем, потом обменялся приветствиями с Марди. Неожиданно пришла мысль, что я значительно ниже этого парня, и я разозлился.
Гудсон остановил танцы и представил новую пару. Я встал и протянул руку. До этого момента Марди не видела меня, а теперь я стоял прямо перед ней. Она побледнела.
Гудсон сказал:
— Познакомьтесь с Ником. Он вам понравится.
Я не слушал то, что он говорил. Марди без слов пыталась мне что-то сказать. У нее были широко раскрыты испуганные глаза.
— Разве мы не встречались? — промямлил я.
По какой-то причине она не хотела, чтобы другие знали о нашем знакомстве.
— Надеюсь, теперь вы не исчезнете, — сказал я. Этого не следовало говорить, но я растерялся.
— Ник, — сказал Гудсон, — познакомься с Лу Куртисом. Куртис это…
Но Марди не дала ему представить меня.
— О, Берни, кто этот забавный коротышка? — с натуральным любопытством спросила она.
Гудсон усмехнулся.
— Это Мо Эдди. Самый маленький газетный ястреб на свете. Пойдемте я вас познакомлю.
Он увел их от меня. Я задумался. Во-первых, Марди не хотела, чтобы знали о нашем знакомстве. Во вторых, она не хотела, чтобы высокий парень знал мое имя. Я хотел подойти к ней и поговорить, но она, очевидно, тоже не хотела, чтобы Куртис что-нибудь заподозрил. Я остался на месте.
Ко мне подошла Даун.
— Потанцуй со мной, милый, — сказала она. — Сожми меня в своих объятиях.
Я бы с большой радостью сжал ей шею, но решил, что лучше смешаться с толпой. Марди и Куртис в углу разговаривали с Гудсоном. Куртис стоял ко мне спиной, но Марди не сводила с меня глаз.
— Ты можешь уделить мне побольше внимания, — сказала Даун. — Этой барышне не до тебя.
— Не беспокойся, — улыбнулся я. — В крайнем случае, тебе достанется этот курчавый парень.
Она покачала головой.
— Я не хочу его.
— А что ты знаешь о нем? — спросил я, обнимая ее и присоединяясь к танцующим.
— Что я знаю о Лу Куртисе? — переспросила она. — Достаточно.
Так мы танцевали, пока не кончилась пластинка.
— Может быть, пойдем на кухню? — спросил я.
— Вот это мне нравится. Ты прочел мои мысли.
Мы вышли из комнаты и прошли на кухню. Там было темно, но я нашел выключатель. Я достал баккарди, и мы уселись за стол.
— Интересный парень Куртис, — сказал я. — Расскажи мне о нем.
Она задумчиво отхлебнула баккарди.
— О нем нечего рассказывать. Он получает много денег, весело проводит время и меняет постельные принадлежности раз в неделю.
Интересно, какого черта Марди связалась с ним… Вы всегда сумеете отличить, когда девушка попала в западню, а когда нет. Я готов поклясться, что Марди честная девушка.
— На что он живет?
— Он что-то делает в «Маккензи Корпорейшн». Может быть, не будем говорить о нем, а? Мне так скучно…
— Конечно, — согласился я.
А сам лихорадочно думал. Этот парень связан с этим же делом. Значит, Марди хотела сохранить мое имя в секрете. Я сказал себе, что если Марди что-то знает, то я вытяну из нее, как только поймаю ее одну.
Даун ждала, и я немного потискал ее, а потом оставил сидеть на стуле в кухне и вернулся в гостиную.
Я огляделся. Вечеринка продолжалась. Марди танцевала с Гудсоном. Я собрался разъединить их, как в холле зазвонил телефон.
— Послушай, пожалуйста, — кивнул мне Гудсон.
Я послушно вышел в холл и взял трубку.
— Квартира Берни Гудсона? Хэлло! Мистер Куртис там? Мистер Лу Куртис? — спросил женский голос.
— Одну минутку, — сказал я и пошел в гостиную, оставив трубку болтаться на шнуре.
Куртис и Эдди болтали с какой-то испанкой. Я подошел к ним.
— Тебя к телефону, — сказал красавчику.
— Ты уверен? — изумился он.
— Если ты Куртис, то уверен.
Он бросил на меня быстрый, твердый взгляд и вышел. Я заметил, как он тщательно закрыл за собой дверь, и оглянулся в поисках Марди. Прежде чем я нашел ее, ко мне обратилась испанка. Черт бы побрал всех баб!
К тому времени, как я отделался от нее, в комнату вернулся Куртис. У него был вид сумасшедшего.