— А если не забуду?
— Ты же сам знаешь, что… происходит в таком случае. Люди, которые устроили этот спектакль, занимают весьма высокое положение в обществе. Они запросто сотрут тебя в порошок, если захотят. Могут просто вышвырнуть из города. Могут даже отдать приказ физически уничтожить тебя. Они на все способны, и ты знаешь это не хуже меня.
— Да, это действительно устроило бы всех. — Я поднялся и потянулся за шляпой. Она почему-то валялась на полу. Я поднял ее и отряхнул пыль. — Я подумаю. А ты поцелуй за меня Блонди… Мне это сделать не удалось.
Кац поджал губы. Кажется, он никак не воспринимал мой юмор. Тем не менее кивнул.
— О’кей, я скажу, что ты ушел.
Я шагнул к двери.
— Пока… Но полагаю, мы еще увидимся.
Я вышел на улицу. Очень хотелось пить, ужасно болел нос. Правый глаз заплыл, и я почти ничего им не видел. Остановив такси, я поехал домой. Возле дома покинул машину, но домой не пошел, а решил наведаться в ближайший бар. Я был рад, что там было пусто. Бармен испытующе посмотрел на меня, но ничего не сказал. После второй порции коньяка я почувствовал себя несколько лучше. Третья и четвертая порция вернула мне форму. Нос все еще побаливал, но уже не так сильно. Закурив, я задумался. Да, драка с женщиной не входит в мои привычки.
Хотя я и потерял пять грандов, но получил неплохой урок. Похоже, Бесси обманули дважды. Если и его женщина против него, он многое потерял. А ведь считалось, что стрельба началась именно из-за Блонди. Видимо, ее просто купили. Я задумался. Отказаться от этого дела или все же продолжать? Этот Кац, похоже, мерзавец еще тот… Я же вел себя как новичок. Итак, с чего начать? Я задумчиво потрогал нос.
Если бы мне удалось за что-то зацепиться, тогда можно было бы перейти к решительным действиям. Но каким? Я заказал пятую порцию коньяка. Допустим, я так и буду действовать в одиночку. И что?.. Поживем — увидим. Мысли от спиртного расплавились. Нагрузившись как следует, я собрался домой. И вдруг я внезапно подумал о Марди. Это придало мне уверенности. Было бы неплохо иметь рядом с собой такую девушку. Нужно пригласить ее опять на ленч. С ее помощью я многое могу сделать.
Едва я вошел в квартиру, как затрещал телефон. Я нерешительно потоптался, потом взял трубку и присел на край стола.
— Ник Мейсон?
Снова эта дама!
— Он самый.
— Я послала вам…
— Знаю, — перебил я. — Теперь послушайте, к чему это привело. Во-первых, проститутка Бесси стянула у меня деньги. Когда же я отыскал ее, то попал в ловушку. Кац, телохранитель Спенсера, едва не отправил меня на тот свет.
Я усмехнулся, слушая сопение в трубке. Мои слова определенно подействовали.
— Вот так-то, бэби. Теперь я на распутье — то ли заниматься этим делом, то ли оставить его.
— Итак, вас больше не интересует это дело? — спросила дама холодно.
— В первый раз вы разговаривали более дружески.
После короткой паузы она сказала:
— Но вы не все знаете, мистер Мейсон. И вы заинтересуетесь этим делом, мистер Мейсон… и еще как! Поверьте мне.
Она повесила трубку.
Вот чудачка!
Глава 7
Чрезвычайное происшествие на вилле полковника Кеннеди
Первое, чем я занялся, когда проснулся утром, это попытался определить ущерб, нанесенный мне Блонди. Выглядел я ужасно. Нос увеличился, по крайней мере, вдвое, правый глаз не открывался. Глядя на меня, можно было подумать, что я нарвался на удар Джо Луиса. Пришлось вернуться обратно в постель. С такой физиономией приглашать девушку на ленч — чистейшее безумие. Я не мог позволить себе упасть в ее глазах. Я закурил и задумался. Если бы мы с Марди были женаты, то мне было бы все равно, сколько у меня синяков. Подумав о таком варианте, я вскочил с постели. Неужели конец свободе?! Я и женитьба! Смешно. Меня, который оженил столько друзей, и вдруг кто-то заарканит! Провести остаток жизни с единственной женщиной…
Подойдя к бару, я налил изрядную дозу виски. Нет, надо чем-то заняться, раз в голову лезут такие крамольные мысли.
Едва я успел побриться, как зазвонил звонок входной двери. Выругавшись, я натянул халат и пошел открывать.
Это был Эдди. Он вихрем промчался мимо меня и, влетев в гостиную, осмотрелся. Увидев на каминной полке бутылку виски, схватил ее и припал к горлышку.
— Давай, давай, — без особого энтузиазма сказал я. — Не думай о своем друге. Можешь допить все.
Но Эдди, покачав головой, поставил ополовиненную бутылку на место.
— Никогда не пью по утрам, — сказал он и добавил, — много.
— Дай мне одеться.
Он прошел за мной в спальню и присел на край постели.
— Что случилось? — спросил я.
— Я получил работу, но… — наконец он обратил внимание на состояние моего лица, — что с твоей физиономией?
Я пожал плечами.
— Нарвался ночью на крутых парней, — решительно соврал я.
Не мог же я сказать, что это сделала женщина. Куры засмеют!
— Крутые парни, говоришь? Хм…
— С кем не бывает… Но и им досталось. Их было трое.
— Знаю, знаю, — усмехнулся он. — Ты их всех изувечил. Да, правду говорить ты не хочешь.
— Зачем тратить время, рассказывая тебе то, чему ты и так не поверишь.
— Это уж точно.
Я надел брюки.
— А тебя что так взволновало? — поинтересовался я.
— Ах, да… — Эдди сделал вид, будто только что вспомнил, что ему предложили работу. — У меня есть кое-что для тебя. Как ты смотришь на то, чтобы заработать сотню баксов?
Я надел пиджак и пригладил волосы. Эдди, предлагающий мне сотню баксов! Феноменально.
— И что для этого надо сделать?
— Ты знаешь полковника Кеннеди?
Я внимательно посмотрел на Эдди, но на лице его застыло непроницаемое выражение.
— Зачем задавать глупые вопросы. Тебе же известно, что мы знакомы.
— Насколько хорошо?
— Говори о деле. Что мне надо сделать для полковника?
— Послушай, Ник, мы в затруднительном положении. Нужно поговорить с полковником.
Я ничего не понял.
— А почему он не может прийти ко мне и поговорить здесь?
Эдди недовольно дернулся.
— Ты же знаешь его принципы. Он никогда никого не принимает, не говоря уже о том, чтобы пойти куда-нибудь. Мы решили, что, может быть, ты сумеешь поговорить с ним.
Инстинкт подсказывал мне, что эта история как-то затрагивает и мои интересы. Полковник Кеннеди принадлежал к той категории людей, у которых не хватит жизни, чтобы пересчитать свои деньги. Этот человек мог запросто выбросить на ветер два миллиона долларов и даже не поставить в известность дирекцию банка.
Пару месяцев назад я здорово выручил его. Он решил участвовать в гонках яхт, и не просто участвовать, а выиграть главный приз — Никелевый кубок. Если бы он захотел, то мог бы купить завод по производству никеля, но он хотел иметь не завод, а этот кубок. Но прежде чем был дан старт регаты, рулевой его яхты умудрился сломать руку. Кеннеди чуть с ума не сошел: кубок для него был потерян. Я случайно находился в гавани и, узнав о беде, вызвался помочь ему. Кубок мы выиграли, и Кеннеди, счастливый без меры, пригласил меня к себе.
Быть любимцем Кеннеди, это кое-что значит. Он буквально завалил меня подарками. Месяц я кое-как продержался, но потом терпение иссякло, и я тайно сменил квартиру. И вот теперь Эдди просит, чтобы я снова угодил в лапы полковнику.
— Вначале расскажи свою историю, — сказал я Эдди. — Иначе я не сдвинусь с места.
Эдди застонал.
— Послушай, на это совершенно нет времени. Может быть, ты поедешь, а по дороге я введу тебя в курс дела?
— Поехать с тобой? Куда?
— На рыбалку. Ты же знаешь, полковник заядлый рыбак.
Я хорошо знал все укромные места, куда скрывается полковник, когда ему надоедает видеть людей. Рыбалка находится в сорока милях от города. Вообще-то это не просто домик, а чуть ли не вилла. Я там никогда не был, но много слышал. Репортер мгновенно проснулся во мне, и я схватил шляпу. Мы торопливо спустились вниз. На улице стоял большой «паккард», на заднем сиденье которого пристроились двое парней. У одного на коленях лежал фотоаппарат со вспышкой. Он дружески подмигнул мне. Эдди сел за руль, а я пристроился рядом. «Паккард» рванулся с места. Я закурил.