Изменить стиль страницы

— Да прекрати же ты! — Алар легко поставил ее на ноги, но та как будто не слышала и не оставляла попытки вырваться. — Успокойся! Слушай меня внимательно, — он крепко схватил девушку, заставив ее смотреть ему в глаза, и лишив ее возможности сопротивляться, — сейчас я закрою тебя в этой ванне, ты успокоишься, умоешься, а когда будешь готова поговорить спокойно, постучишь, я открою тебя, и мы обсудим.

Не говоря больше не слова, Ал затащил девушку в ванную комнату и закрыл дверь. Подперев ручку битой, парни вышли из комнаты.

— Да, уж не очень красиво вышло, — Феликс плюхнулся на кухонный стул, почесывая разодранную руку, глубокие царапины на глазах бледнели и затягивались.

— И не говори, у нее кажется истерика, причем не хилая.

— Ничего, своего мы все равно добились, девчонку, конечно, жаль, но нечего было бросаться.

— Ты это о чем? Мы вроде собирались слегка напугать, а она должна была привести к волчонку.

— Кот. Он набросился на меня как раз тут, на кухне.

— Что кот?

— Он и есть тот условный сигнал, клык даю, наша избранная приставила этого котенка к подруге, он ей и доложит об опасности. Так что скоро она будет здесь, прибежит спасать лучшую подружку, — Феликс рылся в ящике кухонного стола.

— Стоп. Я всегда считал, что нормальные животные нас бояться. — Алар устало закрыл глаза руками.

— Бояться, они чувствуют в нас более сильных хищников, но при определенном усердии и если брать очень маленькими их можно приручить. Особенно домашних животных: кошек, некоторые виды птиц, крупные породы собак.

— Почему именно домашние?

— У них менее развито чувство самосохранения, люди за многовековое приручение, притупили их инстинкты. Ты что никогда не пробовал завести домашнего питомца? — Феликс удивленно смотрел на друга.

— Ты забываешься, в отличие от тебя, я с рождения жил в стае. И все людские замашки приобрел после того, как меня оттуда изгнали.

— Жаль, многое потерял! Классные денечки, никогда не забуду чувство упоения, что я не такой как все, особенный. Девчонки, я вас не забуду. Знаешь, как девушки любят все необычное, а если ты к тому же еще и симпатичен… они на тебя сами вешаются. Глупые. Самостоятельно в руки к чудовищу. До сих пор удивляюсь, как я в том возрасте смог никого не слопать? У меня был пес и золотая рыбка. Рыбку я съел, когда стал проявляться голод. А собака дожила до старости. — Он продолжал по-хозяйски рыться во всех ящичках кухонной мебели

— Кошмар Феликс, ты живодер! Я так и думал, что ты был очень милым ребенком. Что ты там роешься? Голодный, что ли? Там вряд ли будет что-нибудь съедобное для тебя!

— Я ищу аптечку. Надо что-нибудь успокоительное, девчонка, слышишь, до сих пор всхлипывает…

— Феликс?! Ты как? Здоров? — Алар удивленно посмотрел на друга. — С чего вдруг такая забота?

— Да просто… еще совсем с ума сойдет, — на минуту остановившись, он принялся особенно усердно рыться в маленьком ящичке стола.

— Третий ящик сверху над плитой — Ал улыбнулся, — Когда ты уже научишься пользоваться чутьем? Оттуда лекарствами несет за три километра.

Феликс достал небольшую коробочку, потратив минуты две на чтение названий и инструкций по применению, нашел нужную коробочку с надписью «Адаптол» вынул две капсулы, и, взяв стакан, набрал воды.

— Пойду…

— Иди, иди — Ал пристально разглядывал лучшего друга, в черных глазах явно читалась ирония. — А то вдруг с ума сойдет.

— Ничего смешного! Мы ее напугали до чертиков!

— Иди-иди! Я тут тебя подожду, заодно проведи разъяснительную работу. Если вдруг наброситься со сливной трубой или шлангом от душа — кричи! Приду спасать.

— Обязательно.

Феликс поднялся на второй этаж, дверь в ванную, была все так же подперта битой, из-за двери доносились судорожные всхлипы. Прежде чем войти Фел постучался.

— Я принес успокоительное, я сейчас зайду, не бойся. Медленно приоткрыв дверь, парень поднял руки, чтоб показать, что кроме воды и таблеток у него ничего нет. Рыжеволосая девушка, поджав колени к подбородку, сидела на полу, в самом углу комнаты. Испуганно подняв круглые зеленые глаза, полные слез, на Феликса, она теснее прижалась к кафельной стенке, как будто та могла ее защитить. Молодой человек присел рядом на корточки и протянул стакан и лекарство. Девушка дернулась от него.

— Тише… я не причиню тебе вреда. Это всего лишь успокоительное, называется «Адаптол». Тут даже на капсуле написано, — девушка лишь пристально смотрела на него, ничего ни говоря и даже не шевелясь. — Могу коробочку принести, — он протянул руку с лекарством и вопросительно посмотрел на рыжую. — Надо?

Девушка отрицательно покачала головой и, протянув руку, взяла таблетки и воду у Феликса. Залпом проглотила успокоительное и осушила стакан воды. Ее била крупная дрожь, тряслись руки и предательски дрожали ресницы. И не удивительно, она была легкой жертвой для холода, одетая в пижаму, состоящую из коротенького топика и шортиков яркого зеленого цвета, сидя при этом на холодном кафельном полу. Фел быстро вошел в спальню и вернулся с двумя теплыми одеялами.

— Давай одно постелем на пол, а вторым накроешься, — он расстелил одно одеяло, рядом с батареей, второе положил сверху, — прости, но выпустить пока не могу. — Кстати, я Феликс!

Он протянул руку девушке, та поколебавшись, все-таки протянула в ответ свою. Фел легко помог девушке подняться.

— Я Эстер, чаще зовут Терри, — девушка перебралась на одеяло и, подтянув ноги, закуталась, — вы не похожи на убийц. Зачем вам Ливия? Вам ведь она нужна?

— В смысле убийцы? — Феликс удивленно вскинул брови. — Мы не собирались никого убивать! Нет, конечно, всякое бывало…, но чтоб убивать детей.

— Я не ребенок! — Эстер гневно сверкнула глазами. — Мне девятнадцать!

— Ладно-ладно! Но и взрослых просто так никто не убивает. — Фел примирительно улыбнулся.

— Тогда я вообще ничего не понимаю. Зачем вам Лия и тем более я? — Тери упрямо поджала губы, требовательно взглянув на парня.

— Подожди! Я думал ты в курсе.

— В курсе чего? — Рыжая в недоумении смотрела на парня.

— Ты знаешь кто мы?

— В смысле кто? Какие такие мы?

— Ну, такие как я, Ливия… — Феликс, смущенно опустив глаза, взъерошил волосы.

— Еще раз и подробней! — тон голоса сменился с испуганного на командно-требовательный.

— Я надеюсь, вам не помешал? — В дверях появился Алар. — Фел пойдем, выйдем, поговорить надо.

— Я требую объяснений. — Эстер вскочила на ноги.

— Сядь и молчи, тебе и так много рассказали. — Ал гневно сверкнул глазами в сторону друга. Тот стоял, виновато смотря то на напарника, то в зеленые доверчивые глаза девушки.

— Что вообще все это значит… — девушка с надеждой смотрела на Феликса. Но у Алара уже лопнуло терпение, он вытолкнул друга в спальню и захлопнул дверь перед носиком рыжей.

— Что ты делаешь? — в одну секунду друзья оказались на первом этаже, Ал несся первым, громко возмущаясь.

— Она имеет право знать. — Феликс покорно шел следом, но не оправдывался, а скорее доказывал свою правоту.

— Ты дурак Феликс, хочешь разрушить ей жизнь? Давай вперед, мы уйдем, а девчонка, во-первых, потратит полжизни на психологов, пытаясь объяснить самой себе, что все монстры ей привиделись. — Черные глаза пылали огнем.

— А во-вторых? — Фел вызывающе смотрел прямо в глаза другу.

— Во-вторых, как ты думаешь, как долго проживет девушка, посвященная в тайну, которую ей знать не положено? Ты же в курсе, что Маркел заметет все следы. Знаешь, что так положено. Сам рос вне стаи. Любой, кто будет представлять опасность для сохранения тайны, будет обезврежен. Ее уберут первой, — гневная триада парня закончилась, и он сердито уставился на Фела. Тот стоял как громом пораженный, виновато потупив взгляд, как нашкодивший школьник.

— А если они уберут ее и без причины? Кто будет проверять? Она погибнет просто так, не за что!

— Феликс, я понимаю, что девчонка хорошенькая, миленькая, и вполне нормально, что тебе она нравиться, — голос Ала, уже звучал не осуждающе, а с нотками сожаления. — Но ты, же должен понимать, что она всего лишь человек. Неужели ты считаешь, что ей лучше погибнуть за что-то? Незнание дает ей как минимум процентов пятьдесят на выживание.