— Так внизу вас спрашивает какой-то парень, — выпалила она, задыхаясь.
Огорченная задержкой, Кларри недовольно вздохнула.
— Правда, он спрашивал о Клариссе Белхэйвен, но мы догадались, кого он имел в виду.
— Неужели? — удивилась Кларри. Никто не называл ее так уже долгие годы. — И кто же он?
Эдна пришла в замешательство.
— Вроде бы иностранец. Симпатичный, — улыбнулась она. — Немного похож на вас.
— На меня? — фыркнула Кларри.
— Да, у него индийская внешность, — сказала Эдна и потащила Кларри к двери. — Идемте. Не заставляйте ждать такого красавчика.
Заинтригованная, Кларри поспешила за Эдной. За столом у окна пил чай молодой широколицый индиец с ухоженной черной шевелюрой. На нем был недорогой костюм из темно-синей шерсти. Увидев Кларри, он тут же поднялся, чтобы поприветствовать ее. Молодой человек широко улыбался. В его внешности было что-то неуловимо-знакомое, но Кларри не могла понять, что именно. В одном она была уверена: раньше они никогда не встречались.
Индиец пожал ей руку с вежливым поклоном.
— Меня зовут Ариф Капур, я из Бенгалии. Очень рад с вами познакомиться.
— Чем могу быть вам полезна, мистер Капур? — улыбнулась Кларри.
— Я пришел передать вам привет от моего деда Камаля, — объяснил он.
У Кларри екнуло сердце.
— Камаль! — воскликнула она изумленно. — Вы внук Камаля?!
Молодой человек кивнул.
— Я много слышал от него о вас. Еще когда я был ребенком, дедушка Камаль рассказывал мне о Белхэйвен-сагибе и о жизни в Ассаме.
Кларри прикоснулась к руке Арифа, словно желая удостовериться в том, что это не сон.
— Скажите, Камаль еще жив?
Ариф кивнул головой на индийский манер.
— Да, жив. Он ослеп, но его ум по-прежнему ясен, и он продолжает рассказывать истории.
Кларри не могла прийти в себя от изумления. Вдруг слезы защипали ей глаза, и она прикрыла рот ладонями, сдерживая рыдания. Ариф встревожено взглянул на нее.
— Простите, что расстроил вас.
— Нет-нет, вы меня не расстроили, — поспешно уверила его Кларри. — Просто это так неожиданно после стольких лет… Не думала, что когда-нибудь получу вести от Камаля.
Она жестом предложила Арифу садиться и отодвинула стул для себя.
— Он получал мои письма? Я писала ему первые два года. Как он поживает? Бывал ли он в Ассаме? Что ему известно об Аме и о ее родных? Рассказывайте. Я хочу знать все!
Рассмеявшись, Ариф принялся отвечать на вопросы, которые лились потоком. Камаль пользовался почетом и уважением в своей деревне благодаря мудрости и знанию жизни. Он ездил по округе верхом на пони до тех пор, пока не ослеп, а Принц не умер. Ариф выразил неуверенность насчет того, бывал ли Камаль в Белгури и слышал ли что-нибудь об Аме. Но письма Кларри он хранил, и, когда Ариф был призван в Индийскую армию и послан во Францию, его дед наказал ему разыскать сестер Белхэйвен, если он окажется в Англии.
— «Просто спросишь в Ньюкасле, — сказал дед. — Мисс Кларисса будет как-то связана с чаем». — Ариф широко улыбнулся. — Я потратил всего лишь два дня, чтобы найти вас.
Кларри невесело улыбнулась ему.
— И вы все еще в армии?
Ариф покачал головой.
— Я возвращаюсь в Индию. Буду учиться. Дедушка Камаль платит за мое обучение. Я буду работать в лесничестве. Я люблю лес благодаря его рассказам о Белгури и о горах Кхаси.
От знакомых названий у Кларри заныло сердце, и ее захлестнула тоска по старому дому. Она завидовала молодому человеку, спешившему вернуться в Индию.
— Я тоже хотела бы отправиться с вами в Индию.
Кларри отменила поездку на конюшню и повезла Арифа повидать Олив.
Сестра была удивлена его появлением, но, в отличие от Кларри, не испытала потрясения. В ее воспоминаниях Белгури осталось далеким, скрывшимся за туманом забвения местом, где прошло ее детство. Кларри поразило то, насколько Олив прониклась жизнью Тайнсайда. Ее дом был здесь, и она не стремилась посетить Индию или уехать туда насовсем.
Ариф провел с сестрами несколько дней, остановившись в смежном с чайной помещении, пока не пришло время уезжать. Он собирался добраться до Лондона на грузовом судне, а оттуда — на пароходе в Индию. Кларри проводила внука Камаля на пристань и проследила за тем, чтобы он благополучно сел на корабль. Она снабдила его письмом для Камаля и образцами чая «Чайной компании Тайнсайда».
— Я понимаю, смешно везти чай в Индию, но я знаю, как ваш дедушка любит чай. Скажите ему, что это мои любимые смеси, и пусть он угадает, из чего они составлены, — шутливо предложила Кларри.
Она тепло пожала Арифу руку.
— И передайте ему от меня огромный привет.
***
В последующие дни Кларри одолевали противоречивые чувства. Ариф пробудил в ней мысли о прошлом, растревожив ее беспокойную натуру. Она стала рассеянной на работе, и Лекси однажды прямо сказала ей:
— Ради бога, подруга! На твою кислую физиономию невозможно смотреть, ты распугаешь всех клиентов. Бери выходной и поезжай на конюшню. Поделись своими переживаниями с лошадьми.
Таким образом, хотя была пятница и чайная была битком набита посетителями, Кларри позволила Лекси выпроводить ее на прогулку.
Когда Кларри села на пригородный поезд, идущий в Вилем, ее настроение поднималось по мере того, как верфи и фабрики сменялись рощами. Солнце горело золотом в пожелтевших листьях.
Конюх встретил ее удивленно.
— Не ожидал сегодня вашего приезда, — сказал он, нервничая.
— Вы против? — спросила Кларри.
— Приехал владелец конюшни.
— Я не буду путаться у него под ногами, — пообещала Кларри. — Я возьму Флорри и поеду на часок на холмы.
Войдя в полумрак конюшни, Кларри проследовала к стойлу Флорри. Узнав ее, лошадь тихо заржала. Кларри обняла ее за шею, прижимаясь лицом к теплой шкуре. Самыми умиротворяющими ароматами на свете для нее, пожалуй, были запахи лошадиного пота и сена. Клари подумала о том, как Камаль ездил на ее любимом Принце, пока тот не умер, и заплакала.
Вдруг какое-то движение заставило ее понять, что она здесь не одна. В дальнем конце конюшни кто-то осматривал чистокровную кобылицу. Этот человек был слишком высоким, чтобы быть одним из работников конюшни. Он замер, наблюдая за ней, потом пошел вперед. Кларри торопливо вытерла слезы. Только тогда, когда человек приблизился к ней почти вплотную, она поняла, кто это. Открыв рот, Кларри изумленно уставилась на него. Одетый в костюм для верховой езды, на нее сверху вниз смотрел Уэсли.
— Мистер Робсон! — ахнула она. — Что вы тут делаете?
— Полагаю, то же, что и вы.
Она продолжала удивленно глядеть на него.
— Н-но почему вы здесь? — От волнения Кларри стала заикаться. — Я думала, вы в Лондоне.
— Я приехал на север, чтобы уладить кое-какие деловые вопросы, — ответил ей Уэсли. — С вами все в порядке?
Кларри отвела взгляд, похлопывая Флорри по шее.
— Извините, если мое появление вас огорчило, — сказал Уэсли. — Я думал, что вы приезжаете сюда только по понедельникам. Я бы не приехал, если бы знал, что вы сегодня будете здесь.
Кларри пристально взглянула на него.
— Откуда вы столько знаете об этой конюшне?
На лице Уэсли появилась знакомая ей саркастическая ухмылка.
— Я ее хозяин.
Кларри изумленно уставилась на него. Как раз в эту минуту вошел конюх.
— Оседлать для вас Палладина, сэр?
— Да, Том, будьте так любезны.
Уэсли взглянул на Кларри.
— Не хотите ли прокатиться со мной, миссис Сток?
— На старушке Флорри? Нет уж, спасибо.
— Возьмите одну из моих лошадей, — предложил ей Уэсли. — Том говорил мне, что вам понравилась Лаура.
Кларри вспыхнула.
— Я не подозревала, что за мной шпионят.
— Не сердитесь на него, — сказал Уэсли, оживляясь. — Я просто хочу знать, что здесь происходит.
— А Дэниелу Мильнеру известно, что конюшня принадлежит вам? — поинтересовалась Кларри.