269. ЛЮБОВЬ ТАБУНЩИКА
Вырвет лишь ветер с корнем осоку.
Лошадь от соли излишней падет.
Воин отважный, быть может, до срока
От безответной любви пропадет.
Гнал я табун между ив, по болоту,
Конь потерялся, найди, излови.
Вынес я всё: и нужду, и заботу,
Я пропаду от несчастной любви.
270. ПЕСНЯ О ВОЗЛЮБЛЕННОМ
Тянется к реке табун коней,
Жеребенок мечется проворный.
Щеки у меня снегов белей,
Оттеняет их мой локон черный.
На коне потертая узда,
Вьюк к седлу тяжелый приторочен,
Милый, ты направился куда,
Чем-то огорчен и озабочен?
Ты сиял, мой милый, как луна,
Я всегда тобою любовалась.
А теперь уходишь, чтоб одна
Я средь наших недругов осталась.
Квакают лягушки за бугром,
Квакают, уставши прыгать за день.
Что ж ты стал, мой милый, батраком?
Твой родитель беден или жаден?
271. МОЙ МИЛЫЙ
Эту песню я пою тому,
Кто известен был в селенье каждом,
Кто и в Аккермане, и в Крыму
Был красивей всех и всех отважней.
Много красных камешков в Крыму,
Много девушек длинноволосых.
Милому богатство ни к чему, —
Деньги роздал он, отары бросил.
Меж рекой Кубанью и Лабой
И сайгаки, и куланы были.
Мурзы сговорились меж собой
И меня с любимым разлучили.
Пуговицы золотом горят,
Милый мой уехал, я осталась.
Если б знать, что с ним нас разлучат,
Досыта бы я нацеловалась.
Дерево украшено листвой,
Украшает девушек одежда.
Отомстит всем мурзам милый мой
И ко мне вернется, есть надежда.
272. РАЙМЕ
На Кубани или на Куме
Слева пастбища легли и справа.
Есть у Абийиба дочь Райме,
И она проходит, словно пава.
На Кубани или на Куме
Многочисленный табун пасется.
Ох, поцеловал бы я Райме,
Да она мне в руки не дается.
На Кубани или на Куме
Луг зеленый, золотое поле.
Есть у Абийиба дочь Райме,
На нее бы наглядеться вволю.
На поляне сядем, посидим,
Мне поговорить с тобою надо.
Пусть разлучник наш Абилкерим
Глянет и удавится с досады.
273. НЕВЕСТА ИЗ АК-БУГАКА
Птенчик сороки черен пером,
Нету белого места.
Стоят джигит с невестой вдвоем,
Он шутит, смеется невеста.
Джигита серый несет аргамак
В горы, где белы олени,
Невеста в селении Ак-Бугак
Ждет его возвращенья.
Как серый скакун, невеста стройна,
Чем белый олень белее.
Джигита, бог даст, дождется она,
Джигит обомрет перед нею.
274. МОЙ ЛЮБИМЫЙ
Может статься, шесть недель,
Может быть, и семь недель,
Пролежала я больною.
Но за эти шесть недель,
Или даже семь недель,
Не спросил ты, что со мною?
И хоть ты не приходил,
Хоть не знаю, где ты был,
Хоть ты не сказал ни слова, —
Ты такой мне тоже мил.
Жду тебя я и такого.
Вешней вишней я была,
Белым цветом я цвела.
Ты пришел, и я пропала,
Вишня, я голым-гола —
Вся листва моя опала.
Что бы ни было, сейчас
Лишь одну себя корю я,
Слезы капают из глаз —
Шестьдесят соленых струек.
Птицей-ласточкой кружась,
В поднебесье я стремилась.
Но со мной беда стряслась.
На твою сдалась я милость
И на землю опустилась —
И упала прямо в грязь.
Ты вошел случайно в сад
В тот, где я цвела когда-то.
Ты ни в чем не виноват,
Даже я не виновата.
Розой я была в саду,
Да увяла на беду,
Цвета не вернуть былого.
Разве что придешь ты снова,
Ты, которого я жду.
275. РАССТАВАНИЕ
«В косу дочки лента вплетена,
Пуговицы блещут позолотой.
Если дочь проворна и умна,
Мать с отцом не ведают заботы.
У лесной сороки — погляди —
Черное перо, перо тугое.
Если грудь касается груди,
Значит, что друг друга любят двое.
У лихого моего коня
Всё черным-черно: и хвост и грива.
Если полюбила б ты меня,
Зажили бы мы с тобой счастливо.
Шелк наряда облегает грудь,
Обвивается вокруг колена.
Ты меня в разлуке не забудь,
Ты исполни клятву непременно».
«Мой джигит, отвечу я любя,
Честь тебе за сказанное слово,
Для тебя я сберегу себя,
Если буду я жива-здорова».