С холма уже виднелось место, где начинался тоннель. Фома начал спускаться, но вдруг показалось, что в низине метрах в ста пятидесяти справа от подножия холма заметил движение. Не показалось – движение действительно было.
Глава 2.
Их было трое. Шли не спеша, иногда жестикулируя, видимо переговаривались. Одеты в черное, во что именно – не видно. Оружия тоже не видно, но без сомнений имеется. Кто ж в Зоне без оружия ходит? Правильно – никто. На сталкеров не похожи. Хотя, кто знает. В любом случае лучше перестраховаться и не попадаться на глаза.
Не дожидаясь, пока его заметят, Фома быстро и аккуратно спустился с холма, на ходу выключив ПДА. Как он помнил, трава у холма была высокой. В ней и решил схорониться. Залег, приготовил М-16 и стал ждать. Но ждал недолго, трава закрывала обзор. Поразмыслив с полминуты, решил выглянуть и едва не обнаружил себя. Оказывается, пока возился с винтовкой, троица подошла на расстояние примерно двадцати метров. Фома юркнул в траву и замер, но успел заметить, как троица остановилась, нацелив стволы на поляну с высокой травой.
Лежал в траве без движения минуты две – именно столько неизвестным понадобилось, чтобы прозондировать заросли травы. Видимо они сочли, что опасности нет, и двинулись дальше. Но траекторию движения они все же изменили и пошли по поляне, обходя травянистый участок метра за три. В десяти метрах от лежки они остановились и до Фомы стали долетать слова.
– …жет покемарим чуток, Лапа? – слегка растягивая слова, спросил один.
– Ты чё, Газон, в натуре дебил, или прикидываешься? – ответил хриплым, прокуренным голосом другой.
– Не, чё? Я ведь реальную тему предлагаю. Двое спят, третий дежурит. Сутки не спали и не хавали. – Тот, кого назвали Газоном, не унимался.
– Не, ну ты реально, сука, тупой! Ты траву видишь? А вдруг, как вчера, снорки повыскакивают? Маслят мало осталось со вчерашнего, не отмашемся, если чё. – Сиплый слегка повысил тон.
– Думаешь, они все еще там? – Газон решил сменить тему.
– Не знаю, мы ведь их только отогнали.
– Жаль фраерка не успели обшмонать, могли бы его ствол загнать. – Замечтался Газон.
– Хоре базар! Как бабы языками чешете! У тоннеля отдохнем. Клиент тока вечером будет, а щас обед. – Молчавший до этого, подал голос третий, наверное, старший – Двинули!
Из разговора Фоме сразу стало ясно – троица блатная и явно агрессивная. Стало быть, бандиты. Хорошо ума хватило схорониться, а то неизвестно, чем бы встреча закончилась. Хотя чем может закончиться подобная встреча и так понятно.
Подождав, пока троица отойдет на приличное расстояние, так что их не будет слышно, Фома осторожно приподнялся в траве. Наведя ствол в спины – на всякий случай – сталкер, наконец, сумел их разглядеть. На сталкеров походили меньше всего. Двое в черных ветровках с капюшонами на головах и в синих трико фирмы «Адидас». Третий в бежевом плаще, также с капюшоном на голове. Двое в куртках при АКСУ, тот, что в плаще нес дробовик «Чейзер», закинув его на плечо. У одного за спиной рюкзак, двое шли налегке.
Просидев так минут пять, Фома увидел, как троица остановилась метрах в ста пятидесяти от его лежки. Тот, что с рюкзаком, вышел вперед, что-то побросал перед собой. Пару раз в воздухе что-то жахнуло, и все трое двинулись дальше, обходя по большой дуге пустое место, как если бы обходили препятствие. Затем они стали исчезать из вида – дальше начинался овраг, в котором находился тоннель.
Дождавшись, пока троица скроется из вида, Фома поднялся и пошел следом, взяв правее, туда, где островками росли кустарники. От одного к другому, где бегом, а где и переползая, стал приближаться к оврагу. Потом, не спускаясь в овраг, двинулся по его периметру. Пока его не видели. Но везение, как это часто бывает, закончилось, едва начавшись. Кончились кусты и кроме одинокого дерева, что стояло в пятнадцати метрах от поваленной коряги, никаких укрытий не было. Решив отойти от края оврага подальше, чтобы не быть замеченным снизу, Фома пошел еще правее.
Двигаясь по большой дуге вокруг оврага, Фома чуть не влетел в аномалию. Это он понял потом, когда поднимался из сырой земли, отряхивая грязь с лица, оружия и одежды. Он даже не понял, как все произошло. Бежал, как обычно, и на тебе – мощный толчок сзади и сбоку сразу. Видимо, пробегая, задел «трамплин» – а это был он – локтем или еще чем по самой кромке и активировал его. Встав, сталкер увидел в трех метрах от того места, где пробегал, легкую вибрацию воздуха, как в жару над асфальтом. «Это ж как должно швырнуть, если в центр попасть» – подумал Фома и двинул дальше.
Наконец, добравшись по широкой дуге до одинокого дерева, спрятался за ним. И вовремя. Выглянув из-за дерева, тут же вернулся обратно – на краю оврага стоял один из бандитов, видимо что-то крича. Фома понял, что ничего не слышит. Просидев для верности минут пять, все время держа наготове винтовку, он выглянул снова. Никого. Значит, ушел к своим. Остается сидеть и ждать, пока не уберутся прочь.
Чтобы понять, что со слухом, стал выщелкивать по одному патроны из запасного магазина и прислушиваться. Когда заряжал обратно, стал различать звуки. Через пару минут слух вернулся полностью. Еще через пять минут прекратился звон в ушах.
Через пару часов Фоме надоело сидеть за деревом и разряжать-заряжать магазин – довел до автоматизма. Решил подползти поближе к бандитам – благо нужная коряга была чуть правее от дерева. Проползти пятнадцать метров не составило труда. Оказавшись за корягой, затих. Через полметра от коряги был обрыв в овраг. Значит все правильно – вход в тоннель здесь. В течение часа из оврага не доносилось ни одного звука, кроме одинокого насвистывания. Мотив был простым, даже слишком. Похоже, какой-то блатняк.
Под мерный бандитский свист Фома заснул, как лежал, на животе. Ему приснился сон, будто Нестор шел по разбитой дороге, насвистывая блатняк, а Жужа стоял у ровного круга высокой травы, поливая его огнем из автомата. Перезаряжая автомат, Жужа крыл многоэтажным матом неких снорков, обещая им задать, и начинал палить снова. Но, никаких снорков в траве не было. В траве лежал он – Фома, уворачиваясь от пуль и отчаянно крича: «Я не Фома, я – Андрей!». Довершая картину, неподалеку стояли бандиты и в один голос ржали. Потом один из них сказал: «Фраерок даже не подозревает, как попал!» и все участники сна, кроме самого Фомы, заржали в один голос.
Проснулся в холодном поту, едва не вскочив с места, но вовремя опомнился. Смех не прекращался. Бандиты действительно смеялись так, что их должно быть слышно в баре Нестора. Отсмеявшись, главарь сказал: «Ну, все, хоре филонить. Через полчаса он будет здесь. По местам. Атас, падла! Лажанешь, сам будешь перед паханом на цырлах выплясывать! Понял?!».
Фому как током шибануло. «Неужели они? Ведь ясно слышал, как кричали «атас», перед отключкой. А может совпадение?» – думал он, не решаясь пошевелиться. Через минуту из оврага показался один из бандитов. Лицо было закрыто черной маской. Стараясь даже не дышать, не то, чтобы шевелиться, Фома провожал бандита стволом. Тот поднялся в нескольких метрах от поваленной коряги, за которой лежал сталкер, постоял пару секунд и пошел к дереву.
Понимая, что в любом случае рано или поздно попадется, Фома решил действовать. Для начала дал бандиту уйти подальше. Затем осторожно поднялся, оставив рюкзак, и пошел следом, стараясь не шуметь. Бандит подошел к дереву, повесил автомат на плечо и начал справлять нужду. Подождав, пока бандит закончит, Фома слегка хлопнул его по плечу. Не дав ему до конца обернуться, коротко врезал прикладом в лицо, увидев крайнее удивление в глазах.
Пока бандит был в нокауте, Фома оттащил его за дерево, разоружил и обыскал. Кроме автомата АКСУ бандит имел при себе гранату РГД и обычный кухонный нож. Затем снял с него маску и заткнул ею рот бандиту. Когда тот пришел в себя, Фома упер ствол в лоб и тихо, но слышно сказал: