- А-а! Так все дело, оказывается, в этой треклятой обуви! - Гневно подытожил дядя Петя. Пользуясь тем, что Таафитт отошел от них сравнительно далеко и вроде как даже занят переговорами с кем-то (по микроскопическому, невидимому или вмонтированному прямо в череп телефону, ибо губы его шевелились, а телефонной трубки на ушах заметно все равно не было), дядя Петя наклонился вперед к валонгу и негромко спросил: - Слушай, а если я все же сумею поймать и удержать в руках эту монетку, подаришь ее мне тогда?
Капитан патрульного корабля с Валонга искренне рассмеялся такой неразумной настойчивости и весьма забавной самоуверенности примитивного существа, решившего тягаться с технологиями лучитов. Совершенно не допуская мысли об успехе данного предприятия и подавляя свой смех, он выдавил из себя:
- Вы поймать, я подарить. Договор.
- Договор - это хорошо! - обрадовался дядя Петя. - Договор дороже денег.
В мгновение ока рука предприимчивого слесаря нашарила в кармане связку отмычек. Еще полторы секунды потребовалось на то, чтобы нагнуться к подошве своих гравитационных ботинок и вставить в следующее, не опробованное им еще отверстие тонкий металлический крючок. Секунда молчания, треск, и вот - с воплями и ахами перепуганный нумизмат полетел ботинками вперед прямо под потолок зала.
Стоявшие рядом Иван, валонг Бонат и направляющийся к ним офицер Таафитт, только что получивший сообщение от своего напарника о том, что Даг Ку Рон покинул Луну, а пленников-мужчин надо возвращать к кораблю и готовить к зачистке их памяти, - все трое от изумления словно остолбенели.
Дядя Петя не просто изменил гравитацию в своей обуви и безобидно переключился на новый режим, вовсе нет! Слесарь, как тут же выяснил не терявший присутствия духа Таафитт, повредил центральную управляющую систему в своих ботинках. Сколько помощник Майи ни «выстреливал» в ботинки пленника из своих импульсных перчаток, эффекта это не имело. Дядя Петя продолжал висеть под потолком, сквернословить и жаловаться, что у него кружится голова и сейчас он непременно упадет. Из его кармана то и дело что-нибудь высыпалось на пол, а стоявшие внизу его конвоиры переглядывались между собой и беспомощно разводили руками, не зная, что предпринять.
Именно такую странную картину и застала госпожа Руц, когда спустя пятнадцать минут после отбытия с Луны Даг Ку Рона она сама отправилась на поиски своего помощника Таафитта и капитана валонгского корабля. Правда, ради справедливости нужно отметить, что к ее появлению дядя Петя уже перестал вопить, и слух женщины был избавлен от многих нецензурных речей.
Повисший под потолком пленник стал понемногу ориентироваться в окружающей его обстановке. Во-первых, слесарь для себя уяснил, что если он не хочет, чтобы у него кружилась голова, а мир казался перевернутым, ему всего-навсего надо лишь согнуть шею, притянув к груди подбородок. Так угол обзора местности был значительно уже, и не все можно было высмотреть, но зато картины мира воспринимались в привычном для человека формате: верх и низ располагались именно там, где они и должны были быть. Во-вторых, дядя Петя установил, что падение ему не грозит, а значит, и нет резона напрягать свои голосовые связки. Лучше уж крепче держать карманы, чтобы из них не выпали две его бесценных заначки с выпивкой: фляжка со спиртовой настойкой и микстура, подаренная доктором. Третье открытие, которое сделал для себя «гражданин мира», состояло в том, что ботинки, оказывается, прилипли к своду зала вовсе не намертво, как показалось вначале со страха. Нет. Дядя Петя притянулся к потолку примерно так, как Земля тянет вниз любого человека: «Ты здесь, у поверхности, но если хочешь ходить, бегать или прыгать, так тебе никто не препятствует. Переставляй грамотно ноги и делай, что хочешь!». Так и тут. Попробовав сдвинуть ногу по потолку чуть в сторону, дядя Петя убедился, что это вовсе не представляет никакого труда. Он попытался сделать шаг, потом два. Прошелся по небольшому кругу, затем пробежался. Все это его чрезвычайно развеселило, и он, в довершении своих Лунных экспериментов и теперь уже скорее позируя для Ваниного фотоаппарата, попрыгал на потолке на одной ноге.
- Фантастика! Я теперь не только «человек-провидец» и «человек-луноход», я теперь еще и «человек-паук»! - захихикал он. - Вот что значит: сделать сказку былью!
- Таафитт, что здесь у вас происходит? - Строго спросила Майя, как и все задирая голову кверху и удивляясь положению одного из пленных. - Как он туда попал?
- Важно не то, как он там очутился, госпожа Руц, важнее сейчас то, как его оттуда спустить! - уклончиво ответил капитан Бонат, прекрасно осознавая свою вину по недосмотру за пленным. - Похоже, что у этого землянина повреждены гравитационные ботинки.
- Мозги у него повреждены, а не ботинки! - сердито возразил Таафитт, а после короткого раздумья добавил: - Хотя и ботинки тоже. Я не знаю, как его оттуда снять.
Майя вскинула в направлении зависшего дяди Пети свою руку в импульсной перчатке и попробовала изменить в его обуви силу тяжести. Данная тактика успехом не увенчалась. Тогда женщина приняла решение изменить гравитационную программу на своей обуви. Расчет был простым: Майя установит такой же, как у пленника, режим притяжения и поднимется под потолок. Там она вручную разомкнет электронные замки на его ботинках, затем вернет прежнюю гравитацию себе и вместе с дядей Петей опустится вниз.
Однако то, что хорошо звучит теоретически, не всегда удается реализовать на практике. Госпожа Руц без проблем переключила режим гравитации и плавно взмыла под потолок. Женщина даже без какого-либо дискомфорта сделала верх ногами несколько шагов и приблизилась к землянину. А вот дальше произошло неожиданное. Как и все экспонаты данного музея, словно скользкие рыбки, ускользали из рук посетителей, так и испорченные ботинки дяди Пети стали работать по принципу мощного магнита с однополярными полюсами. Едва Майя приблизилась к пленнику на критическое расстояние, как и ее, и землянина сильное магнитное поле швырнуло в противоположные стороны, безжалостно ударяя о стены и вновь приклеивая к потолку на почтительном друг от друга расстоянии.
- Ну и ну, - испуганно сам для себя прошептал Иван, не забывая при этом фотографировать все, что можно. - Вот так кашу заварил дядя Петя! Шиш расхлебаешь.
И именно в тот момент, когда Майя вернулась на пол и вновь напряженно начала придумывать способы, как же спустить столь проблемного пленника вниз, от диспетчеров Лунного Центра пришло катастрофическое сообщение: «В границы Солнечной системы вошли два военных корабля сибарксов с явным намерением совершить посадку на Луне».
- Настя! - хором вскричали Майя и Таафитт, понимая, что их главная миссия, связанная с обеспечением безопасности дипломата, вновь находится под угрозой.
Два корабля сибарксов на Луне - хуже и быть не может!
Строго говоря, сейчас, в период завершения Контракта, когда Лунный Центр сворачивает свою работу, а курьеры покидают Землю, пока окончательно не определен хозяин планеты, - ни одна из цивилизаций не имеет права пригонять на наблюдательную станцию свои военные корабли. Так постановил Круг, а его решения подлежат безусловному исполнению. Это гарантия поддержания порядка и сохранения мира в космосе. Ведь и без того вокруг Земли ситуация сложная, а если речь пойдет о вооруженных столкновениях, то беды не миновать точно.
Прилет на Луну нельдианского корабля службы безопасности - есть прямое нарушение установленного запрета. Конечно, на это путешествие были очень веские причины. Офицеры появились здесь из-за дипломата Вен Ку Доу, который подавал сигнал бедствия и просил о помощи.
«Но ведь и Вен Ку Доу гостил на Земле незаконно! Кто позволял дипломату лететь в нейтральную и к тому же - конфликтную зону вне служебного поручения? Ах, он еще и пытался бросить тень на условия многостороннего Контракта? Хорошенькое дело! А не слишком ли много берут на себя лучиты и нельдиане? Пожалуй, так и до войны недалеко».