Некоторое время оба молчали.
— Он задел твою гордость, — отметил Дэвид.
Генри кивнул.
— Серьезно задел. Проснувшись, я все помнил. Я взял комм, вызвал справочник и получил исчерпывающую информацию. Она меня удовлетворила. Это было то, что нужно. Меня не смутил огромный конкурс, пепел Клааса громко стучал в моем сердце. Я потихоньку собрался и решил улететь, не прощаясь, поскольку сильно обиделся на деда. Но меня поймала бабка.
— Она запретила тебе улетать? — не понял Дэвид.
— Да нет. Просто, пока я спал, дед рассказал ей о моих намерениях и бабка
решила мне погадать. На прощанье. Она у нас была семейной провидицей. Бабка усадила меня за столик и раскинула карты. Некоторое время она смотрела на них, а потом громко выругалась. И сообщила мне, что карты недвусмысленно говорят, что я стану никаким не десантником, а знаменитым дипломатом.
— Это любопытно, — заметил Дэвид.
— Я рассмеялся и отмел дипломата с негодованием, — Генри нахмурился, — а потом попросил бабку погадать насчет моей личной жизни. У меня была на примете одна девушка и мне было любопытно, дождется ли она меня. Бабка пожала плечами и бросила кости. Увы, здесь тоже все пошло наперекосяк. Бабка сообщила, что по ее костям я выхожу записным бобылем.
— Да, с гаданием у тебя не заладилось, — посочувствовал ему Дэвид.
Генри вздохнув, продолжил:
— Оставалась кофейная гуща. Бабка была в затруднении, она не знала, на что гадать дальше. Я тоже крепко призадумался. Ни профессии, ни жены. Ну, хоть друг-то у меня будет, вопросил я? Настоящий, на всю жизнь. Кофейная гуща не подвела. Она сообщила, что друг у меня несомненно будет, но найти его я должен довольно заковыристым способом.
— Может, сделаем перерыв? — предложил Дэвид. — По-моему, ты устал, Генри. Ты вкладываешь в рассказ слишком много страсти.
Генри покачал головой.
— Мой друг, история подходит к концу. Бабка выкинула гущу в ведро и сердито сообщила, что найти друга мне поможет ром с коньяком. Ей самой такое заявление здорово не понравилось, поэтому она выругалась еще раз, напоследок, а мне пришлось смириться и пойти на поклон к деду.
— Тебе это далось нелегко, — посочувствовал Дэвид.
— Да, — согласился Генри, — пришлось выдержать внутреннюю борьбу. Но делать было нечего. Я спустился вниз, поскольку дед опять засел в своем любимом погребе. Мне нужен ром с коньяком, сходу заявил я деду. Дед в ответ тоже выругал меня и сказал, что больше не нальет мне ни капли. Мы препирались некоторое время, пока дед наконец не понял, что спиртное мне необходимо для других целей.
— Пришлось трудно?
— Я умею быть убедительным, — отмахнулся Генри. — Мы сошлись с дедом на следующем: я улетаю и пытаюсь поступить в Училище. Дальнейшее будет зависеть от меня. Если я сдам и поступлю, то мы продолжим разговор. А если нет, то, как говорится, ничего нет. Се ля ви. На этом оптимистическом заявлении я и расстался со своими родными и полетел сдавать экзамены.
— Несомненно, ты их сдал.
— С первого раза, — гордо подтвердил Генри. — Конечно, не скажу, что учеба далась мне легко. Но в нашем Училище легко она никому не давалась. И вот через шесть лет я стоял перед родственниками в новенькой офицерской форме, заметно повзрослевший и возмужавший.
— Как тебя встретили?
— На высшем уровне. Бабка надела роскошное платье и ждала в дверях, она расцеловала меня и прослезилась. А дед, в настоящем смокинге, крепко пожал мне руку и пригласил к уже накрытому столу. За столом мы посмотрели видео-поздравления от родителей и принялись за праздничный ужин. Изысканные напитки лились рекой и я отдал им должное. А вечером, во дворе замка, в мою честь был устроен грандиозный фейерверк.
— Ты заслужил это, Генри, — с чувством произнес Дэвид, заодно припомнив и свою лихую выпускную пьянку.
— Думаю, да. Утром дед торжественно вручил мне ту самую сумку. В ней находилось несколько бутылок рома и тот самый Арманьяк, который мы откупорили в прошлый раз.
— Редкая вещь. Огромное тебе спасибо. Я наслаждался им до последней капли.
— Дед на прощанье сказал, что эта бутылка именная, он выиграл ее после какой-то дуэли. Дед в молодости был записным забиякой, поэтому я ему поверил. Это самый лучший коньяк, какой только может быть, сказал дед. Носи его везде с собой и он принесет тебе удачу.
Генри умолк и воззрился на Дэвида. Тот попросил кровать придвинуться к кровати Генри и когда оказался рядом, торжественно подтвердил:
— Твой дед не ошибся! И бабка тоже. Никогда не верил в гаданья, но теперь вижу, что это дело верное. Против природы не попрешь, Генри. Нас свела Судьба.
И они крепко пожали руки друг друга.
Следующую неделю Хар провел на материке. Он посетил несколько музеев в столице и с огромным удовольствием посмотрел тематическую выставку марок. Марки Хар не собирал, но очень любил рассматривать. А все остальное время провел в клубе коллекционеров. Нужно было начинать создавать имя своему новому образу. Просто так показать свою коллекцию Хар не мог. Коллекционеры знали друг друга и собрание редких монет, выставленное неизвестным, вызвало бы откровенное недоумение и нежелательные вопросы.
У Хар был разработан план: для начала он убрал из коллекции все редкие экземпляры. Такое собрание не вызывало вопросов. И начал понемногу добирать редкие экземпляры, разумеется, самого низкого качества. Когда все потихоньку привыкнут, что у него есть эти монеты, настанет время постепенно заменить их на экземпляры лучшего качества. Ну а через годик-два можно будет выставить и полную коллекцию…
Вернувшись на остров, Хар осмотрел результаты действий своих работников и остался доволен. Паоло занимался садом: он понемногу расчищал его и одновременно высаживал новые цветы. Очищенные участки заметно отличались от остальных. В глубине сада была размечена спортивная площадка. Рудольф отрапортовал, что договорился с известной спортивной фирмой, которая обещала на днях начать заливать пенофундамент. Сам Хар занялся мебелью, ее следовало немного обновить. А вечером он уже сидел на
своем месте в ресторане и ожидал доктора.
Доктор появился, когда музыканты заняли свои места и зал наполнила тихая музыка. Увидев Хара, он улыбнулся и сразу подошел к его столику. Хар встал и придвинул стул. На столе уже стояли два прибора.
Доктор благодарно кивнул и подвинул тарелку.
— Что у нас сегодня? — спросил он.
— Жаркое из ягненка, очень вкусно. Я уже отвык от такой изысканной кухни.
— Видите… Не зря ваш шеф заставил вас купить дом.
Хар тоже улыбнулся.
— Придется поблагодарить его при случае.
Они помолчали. Через зал степенно прошел Джудкович и опустился на свое место. Он был один.
— А где же девушка? — спросил Хар.
Доктор покосился на него.
— Она приходит только раз в неделю.
— А почему не чаще?
Доктор не ответил. Когда Хар уже решил, что дальнейший вечер пройдет в молчании, доктор неожиданно заговорил.
— Не знаю, как начать. Сначала это была обычная история. Пожилой одинокий бизнесмен, молодая красивая девушка и ее друг. Бизнесмен дарил цветы и степенно беседовал с родителями, а девушка в это время пропадала с бой-френдом в ночных клубах.
— Действительно, ничего необычного, — согласился Хар.
— Все изменило заражение. Бой-френд испарился, а вот влюбленный бизнесмен…
— Здесь вероятно тоже не было ничего необычного?
— Ошибаетесь.
Доктор ненадолго замолчал, но потом продолжил.
— Уже через месяц стало понятно, на какой уровень перешла болезнь и их взяли под крыло Федеральные органы. Но самый первый месяц… Не хватало всего. Рони металась по материку, закладывая и перезакладывая все, что у нее было. Мы организовали подписку, люди откликнулись, но все равно этого не хватало. И тут на острове появился Джудкович. Он ничего не знал. Прилетел, как всегда, с букетом… Ему хватило десяти минут, чтобы во всем разобраться.