Еще в «Айпкрессе» Лен Дейтон проявил себя как беллетрист, который умеет находить интересное в материале, с иронией комментировать человеческие поступки и характеры, живо и оригинально вести рассказ, часто пропуская то, что было принято описывать в приключенческих романах, и подробно останавливаясь на вещах, не связанных с действием, но любопытных с точки зрения писателя. Литературные достоинства этого автора еще более отчетливо будут заметны в его второй книге «Похороны в Берлине» («Funeral in Berlin», 1964).
В этом романе, как и в «Айпкрессе», задача, служащая отправной точкой интриги, довольно ясна и проста. Но в процессе действия эта столь простая на первый взгляд задача начинает все более усложняться, а усилия героя направляются на выяснение все новых и новых деталей, до тех пор пока читатель, увязший в подробностях, смутных предположениях и гипотезах, почти забывает первоначальную цель или же перестает верить в ее осуществимость. Запутанные события, появление все новых затруднений, нестабильность открытий— вопреки их внешней очевидности — все это, разумеется, так и было задумано автором, стремящимся доказать, что мир разведки абсурден, соткан из лжи и населен лжецами, которые нередко становятся жертвами своих собственных, заботливо подготовленных обманов или, точнее, жертвами вызванных ими последствий.
Главное действующее лицо здесь, как и в романе «Айпкресс», все тот же безымянный разведчик. Задача, стоящая перед ним, сводится к похищению советского ученого по фамилии Земица.
В сущности, операцию вроде бы можно осуществить и без героя, так как она уже подготовлена английским агентом в Западном Берлине Джонни Фулканом и готовым совершить предательство советским полковником Стоком, работающим в Восточном Берлине. Но поскольку эти лица требуют за свои услуги весьма значительные суммы, а британская администрация очень осторожна, когда приходится раскошеливаться, герою поручено проверить на месте реальность осуществления операции и оценить действительные качества Фулкана и Стока.
Здесь-то и возникают осложнения. Оказывается, что Сток гораздо более загадочен и ненадежен, чем предполагалось. То же относится и к Фулкану. В историю замешана и женщина с двумя именами и двумя паспортами — Саманта Стил, или Хана Стан. Представитель британского министерства внутренних дел Халам, который должен обеспечить помощь герою, создает ему дополнительные затруднения. Да и люди из разведки Бонна, вместо того чтобы помогать герою, мешают ему. Появляются новые действующие лица. Возникают неожиданные неприятности, герой даже близок к тому, чтобы отправиться на тот свет. Действие переносится из Лондона в Берлин, потом в пограничный городок во Франции, снова в Лондон и снова в Берлин. При этом английский разведчик то работает в привычной и смертельно надоевшей ему канцелярской обстановке, то попадает в незнакомые и живописные, но очень опасные места. Многие из перипетий этой запутанной истории, подробное изложение которой заняло бы у нас много времени, до самого конца так и останутся необъяснимыми для читателя по той простой причине, что Лен Дейтон совсем не руководствовался в своей работе знаменитыми жанровыми законами Ван Дайна, и в частности первым из них, гласящим: «У читателя и детектива-сыщика должны быть одинаковые шансы для решения задачи». Автор позволил себе нарушить и еще одно, не менее священное правило: он пренебрегает требованиями напряженной интриги, вставляет в повествование длинные и сюжетно вялые эпизоды, на первый взгляд не связанные с действием, занимает нас скучными рассказами о буднях разведчиков или возвращает к не слишком приятным воспоминаниям о нацистских концлагерях.
Все это вроде бы плохо продуманное, громоздкое и дилетантское строение раскрывает нам свою логическую и композиционную целесообразность лишь после того, как мы закончим чтение книги. И тогда внимательный читатель снова поймет правило, стоящее выше всех жанровых правил: создание серьезной литературы не нуждается в рецептах-костылях. Более того, оно предполагает полное пренебрежение к рецептам, завещанным жанру устаревшей практикой или хитроумием ремесленников-рутинеров. Оставаясь верным этому правилу, Лен Дейтон нарушил все остальные. И в этом одна из основных причин его успеха.
Мы далеки от намерения исследовать основные идейные концепции автора, которые выражаются не только весьма смутно, но и сводятся к некой абстрактно-профессиональной этике. Дейтон (иногда прямо, а иногда косвенно) показывает свою неприязнь к «двойной бухгалтерии» в практике разведчика, свое презрение к людям, подвизающимся на этом поприще в целях самообогащения, и свое уважение к тем, кто, не жалея сил и рискуя жизнью, честно служит родине. Все это звучало бы неплохо, если бы не было возвышено до иллюзорного уровня надклассовой морали. Не случайно в конце всей этой истории два человека празднуют свою победу над мошенниками и хитрецами — британский разведчик и его советский коллега. Однако дело в том, что, несмотря на уважение к личным качествам англичанина, мы не можем испытывать уважения и к делу, которому он служит. И тот факт, что сущность этого дела по понятным причинам замалчивается автором, совсем не отрицает ни его реального существования, ни его подлинного характера. Профессия разведчика не имеет ничего общего с профессией сапожника или портного, чтобы считать ее единственным условием мастерство. И раз даже сапожнику и портному не все равно, кому полезен его труд, тем важнее этот вопрос в политической (в прямом смысле этого слова) деятельности, какой и является деятельность разведчика.
Если не обращать внимания на кажущийся аполитизм этого взгляда, как и на неуместный скептицизм писателя по отношению к совершенно неравноценным по своему характеру явлениям, следует признать определенный успех Лена Дейтона в раскрытии известных истин, хотя и частных, обыкновенно выпадающих из поля зрения западных авторов, и его очевидное стремление не прибегать к традиционным для этих авторов антикоммунистическим выпадам.
Правдивость повествования в данном случае нужно искать не в основной фабуле, которая почти полностью — плод воображения писателя, а в общей атмосфере действия и в хорошо обрисованных человеческих образах и бытовых деталях. Сложная интрига, связанная с похищением Земицы, раскрывает нам взаимоотношения лжи и обмана между западными разведками. Алчность и двуличие некоторых участников действия превращают шпионскую операцию в мрачный фарс.
Сток, как обещал, отправляет в Западный Берлин усыпленного наркотическими препаратами Земицу, которого он укладывает в гроб. Но когда англичанин открывает крышку гроба, он находит там лишь кипы брошюр из ГДР В безлюдном гараже, где это происходит, появляется и Фулкан. Он также отказывается от всех обязательств и раскрывает свои подлинные намерения: выкрасть у «мертвеца» его фальшивый паспорт, сделанный в Англии. Фулкан угрожает англичанину пистолетом и уже готов выполнить свою угрозу, но тут происходит несчастный случай, в результате которого Фулкан погибает. Чуть позже в гараже появляется Саманта Стил, чтобы в свою очередь похитить Земицу. Эта красавица, выдающая себя за американку, на самом деле является представительницей израильской разведки Шин Бет. С помощью своего соучастника она грузит в машину уже закрытый гроб в полной уверенности, что там лежит ученый. Саманта намеревается также ликвидировать англичанина, но вместо этого дает ему приличную сумму, понимая, что в данный момент это убийство рискованно. Разумеется, деньги фальшивые. Несколькими часами позже и еврейка попадает в западню, так как за ней следят люди из боннской разведки, намеревающиеся присвоить драгоценного Земицу. Тем временем герой возвращается в Лондон. Казалось бы, фарс с состязанием в обмане подошел к концу. Но нет. Праздничным вечером, когда улицы украшены яркими огнями и раздаются звуки салюта, сотрудник британского министерства Халам пытается застрелить героя, чтобы присвоить фальшивый паспорт Но Халам погибает сам, и это уже настоящий конец истории.