Правда, Скотту не удается отстоять свои взгляды, да он и не рассчитывал на подобный успех. Он улетает в Лондон, и читателю становится ясно, что полковник следил за американцами вовсе не для того, чтобы помочь коммунистам, как считал его помощник. С благословения своего шефа герой готовит давно задуманную операцию: девять английских бомбардировщиков должны тайно вылететь в США, проникнуть за барьер противовоздушной обороны, заснять Вашингтон, секретный военный штаб и ряд других объектов и невредимыми вернуться в Англию, доказав таким образом эффективность самолета в современных условиях и полную неподготовленность американской военной машины к обороне.
Несмотря на ряд осложнений, операция проведена почти успешно. Но проникновение неизвестных и необнаруженных самолетов в воздушные пространства США вызывает атомную тревогу, и в определенный момент президент дает приказ об атомном контрударе против СССР, так как по некоторым не вполне проверенным данным именно Советы, как полагает Пентагон, напали на США. Лишь каким-то чудом, буквально в последнюю минуту атомная война приостановлена. Подлинное происхождение бомбардировщиков выяснено, самолет Скотта сбит, и герой погибает. В Белом доме принимают все необходимые меры для того, чтобы скрыть эти события от общественности. Но, как следует из заключительных строк романа, правду не удается скрыть, потому что помощник Скотта решает передать одному из журналистов все подробности проведенной операции.
То, о чем рассказывает Антони Грей, в своей основе, конечно же, вымысел, но вымысел с элементами достоверности. И дело не в ряде правдивых деталей, рисующих быт военных на американских атомных базах, и верно переданной механике действий этих зловещих центров — все это подробности, о которых трудно судить неспециалисту. Важнее другое: Грей правильно показывает авантюризм американской военщины и говорит об опасности, которую представляют для человечества методы ее действий. Кульминация романа— крещендо паники и ужаса, и это не может не взволновать читателя. Но Грей бессилен в своем желании добраться до самой глубины экономического механизма, приводящего в действие зловещую военную машину, рождающую корысть и коррупцию, агрессивные политические доктрины, понять смысл политических махинаций. Автор проявляет слабость не только как социолог, но и как писатель. Его рассказ безлик и бесцветен, он описывает много ненужных лиц и событий, которые позже сам забывает, не в состоянии психологически верно мотивировать действия своих героев. Весьма внушительную часть книги занимают тягостные и довольно элементарные дискуссии по вопросам стратегии, в которых одни и те же аргументы и идеи бесконечно повторяются, что вполне может обескуражить читателя и заставить его отказаться от чтения книги.
У беллетристики, о которой идет речь, весьма мало шансов завоевать симпатии читателей — одних претензий на серьезную проблематику и на реализм недостаточно. Публика еще успеет пресытиться бесконечной серией все более фантастических и все более однообразных в своей фантастике шпионских авантюр, прежде чем обратится к отрезвляющей атмосфере книг заниженно-бытового содержания, которые тогда только-только начали появляться, знаменуя собой конец детства и начало зрелости жанра. Писателем, который в какой-то степени суммировал все достижения раннего периода и своим творчеством подвел его итоги, был англичанин Ян Флеминг, получивший признание как самый блестящий, самый удачливый и самый известный представитель шпионского жанра.
Жизнь Яна Флеминга (1908–1964) — весьма красноречивый пример соответствия биографии и творчества писателя. Ян Флеминг родился в семье миллионера, образование получил в аристократическом колледже в Итоне, а позже — в военной школе Сандхерста. Он не испытал ни житейских невзгод, ни творческого счастья пройти одиссею нищеты, унижений и горьких познаний — путь, знакомый таким большим реалистам западной литературы, как Фолкнер, Хемингуэй, Колдуэлл, Стейнбек, Теннесси Уильямс и многие другие. Жизнь не раз преподносила писателю великолепные возможности для служебной карьеры и для развлечений. После некоторых колебаний Флеминг избирает профессию журналиста. В качестве корреспондента «Санди таймс» и агентства Рейтер он посещает ряд стран, в том числе и СССР. Злые языки утверждают, что уже в то время Флеминг сочетал свои газетные дела с секретными разведывательными действиями, — мнение, которое почти подтвердилось дальнейшей карьерой молодого человека: во время второй мировой войны его назначают заместителем директора службы разведки при штабе военно-морских сил. «Счастье сопутствовало ему, — пишет приятель Флеминга Уильям Пломер, — молодость, здоровье, сила, деньги, общая культура, солидное общественное положение и вера в свои силы… Некоторые его увлечения — модными автомобилями, гольфом и азартными играми — мне не очень нравились, но мы находили общий язык, одинаково интересуясь жизнью, литературными и общественными вопросами, анекдотами… С необычной для себя скромностью и неуверенностью он как-то сказал мне, что хотел бы написать книгу о шпионаже и внезапной смерти… Я ответил, что это плохо — написать всего лишь одну книгу, лучше усвоить привычку писать регулярно и постоянно».[81]
И хотя Флеминг задумал писать еще в конце войны, лишь с 1951 г. он начинает осуществлять свои планы, поселившись в собственном имении на Ямайке. О своей первой книге «Королевское казино», опубликованной в 1954 г., Ян Флеминг говорил: «Рукопись мне не удалась. Было стыдно предложить ее куда-либо. Никому из издателей она бы не понравилась, но, если бы ее и одобрили, я не смог бы даже взглянуть на свою напечатанную книгу». И тем не менее автор не только пускает рукопись в обращение, но и, следуя совету друга, начинает писать «регулярно и постоянно», превращая свое литературное увлечение в профессию. Одна за другой выходят его книги «Живи сам — пусть умирают другие» (1955), «Провокатор на луне» (1956), «Из России, с любовью» (1957), «Доктор Но» (1958), «Голдфингер» (1959), «На службе ее величества» (1960), «Мотель 007» (1961), «Операция "Шаровая молния"» (1963), «Ты живешь только дважды» (1964), посмертно было издано его произведение «Человек с золотым наганом» (1965), а также ряд новелл, опубликованных в различных странах под разными заглавиями.
Начав как весьма посредственный дебютант в ряду прочих посредственностей, Флеминг неожиданно для самого себя быстро становится звездой первой величины на мутном небосклоне бульварной серийной литературы. На первый взгляд может показаться необъяснимым, почему этот создатель непретенциозных приключенческих книг был объявлен читателями и критиками оригинальным творцом высокого ранга и — как это ни парадоксально — самым типичным и самым представительным писателем современности.
Если же разобраться, необъяснимое, в сущности, вполне объяснимо. Известно, что реклама является могучим фактором западного рынка, в том числе и книжного. А поскольку, как говорит Пломер, Флемингу везло всегда, этот автор имел счастье получить наилучшую рекламу, какой не приобретешь и за деньги: на пресс-конференции в Вашингтоне президент США Джон Кеннеди заявил, что его любимый автор — Флеминг, а любимый герой — Джеймс Бонд. Журналисты, пораженные, начали поиски. Флеминг? Кто он? Автор «авантюрных» романов. Его тема? Шпионаж. Герой? Какой-то Джеймс Бонд, агент 007. Стало быть, ничего особенного — побоища и шифровки. Но механизм рекламы уже пришел в действие. Любимый писатель президента — это не может не вызвать любопытства. И не только любопытства снобов, спешащих ознакомиться с произведениями автора, чтобы суметь ответить на вопрос: «А вы читали Флеминга?» И не только любопытства широкой и непостоянной публики, которая в год просматривает от силы две-три книги из числа самых модных. Но и значительно более важное с деловой точки зрения любопытство британских и голливудских продюсеров, книгоиздателей всего западного мира, пропагандистских центров, периодической печати, радио, телевидения и торговых фирм. Очень быстро темы «Флеминг» и «Бонд» и действительно становятся темами века в представлении буржуазии. Тираж каждого из уже опубликованных романов возрастает до четырех-пяти миллионов экземпляров. Один за другим выходят они на экраны, трансформированные в головокружительную суперпродукцию и приправленные потрясающими техническими трюками и массовыми сценами. Тема «Бонд» завладевает телевизионными передачами, литературными радиопередачами, рецензентскими колонками в периодической печати, а также миром снобов, алкоголя и мужской моды. Позволим себе небольшой пример, процитировав отрывок из заявления главы одного из парижских рекламных агентств: «Джеймс Бонд элегантен. Все французы хотят быть похожими на него. Поэтому мы ставим на эту карту… «Буссак» сохранил за собой право на производство плаща, пижамы и купального халата à lа Джеймс Бонд. Мужские костюмы будут носить марку 007, а юношеские—003,5. «Байяр» производит четыре вида костюмов, носящих имя Бонда. «Вайль» собирается продать 10 000 шикарных галстуков, «Балли» выпускает четыре модели обуви… Перчатки, очки, зажигалки, знаменитый портфель, шляпа, носки, запонки… «Колгет-Палмолив» выбрасывает на рынок одеколон и духи «Джеймс Бонд»…». Примерно в то же время в ряде западных стран, и особенно в Англии, было учреждено несколько десятков клубов Джеймса Бонда, имеющих целью утвердить престиж своего патрона и использовать его опыт храбреца, бабника и законченного алкоголика.
81
Цит. по статье Пломера «Памяти Яна Флеминга», опубликованной в журн. «Энкаунтер» (май 1965 г.).