После того, как я завершила свою книгу словом «Конец», дверь в мои апартаменты произнесла мое имя. Я подумала: «Это придурок Эндрюуэст».
Но когда дверь стала снова и снова повторять мое имя, я решила, что, может быть, стоит глянуть на дверной монитор.
Почему я так решила? Любой из них мог просто войти. Хотя Верлис, как я для себя поняла, может вести себя так, будто он не может просто зайти. Это не галантность, это извращение.
Картинка в овальной раме показала мне, кто стоял за дверью, но, даже не дойдя до двери, я могла унюхать… почувствовать запах ее парфюма. Зеленый. La Verte.
Замерев, я стояла как предмет мебели, и она заговорила со мной через дверь. Ее голос был оживленным; таким ты слышишь его, когда читаешь Книгу Джейн.
- Лорен. Пожалуйста, впусти меня. Я знаю, что ты дома.
Иронично. Дома. И угрожающе? Пожалуй, немного. Жесткий, руководящий тон. Лорен, не веди себя глупо и по-детски. Я осознаю, что никогда не была требовательна к тебе в вопросах воспитания, дабы помочь тебе верно ориентироваться в жизни и в людях, знать о своих недостатках и спутанной психике, но ты уже взрослый человек. Я предполагаю, ты можешь вести себя как взрослая.
Я сказала двери:
- Открыть.
Когда дверь открылась, я увидела ее отчетливее, чем на мониторе. На ней был элегантный костюм сизого цвета (не однушка), прекрасно оттеняющий волосы. Она посмотрела на меня недрогнувшим взглядом всегда уверенных глаз оттенка грязной речной воды, и я спросила:
- Чего тебе надо, ебнутая старая сука?
Но она лишь слегка приподняла свои ухоженные брови, окрашенные всего на тон темнее волос. Она сказала:
- Во-первых, я хотела бы войти.
- Ну тогда давай, проходи, - ответила я. – Как же тебя снаружи удержишь? У тебя разве нет какого-нибудь замковскрывающего чипа?
- Здесь нет, - ответила она.
- Я думала, ты помогала отстраивать это место.
- Не лично, Лорен. Я вкладывала финансы в этот город-убежище. И чип мне был бы предоставлен в случае необходимости. В настоящей ситуации я едва ли имею какую-то власть.
- Это многое меняет.
- Именно, - сказала она. – Я рада, что ты это понимаешь.
Она была заметно ниже меня ростом даже на своих высоченных каблуках. Бесполезно спорить с ней. Зачем она здесь? И зачем она приходила в квартиру на Эйс Авеню?
- И снова спрошу, - сказала я, - чего тебе надо?
- Поговорить с тобой, Лорен, спокойно и здраво. Давай присядем.
- Можешь делать, что хочешь.
- Ты так думаешь? – спросила она. – Для них я заложник или заключенный. Важный заложник, это безусловно. Сюда я летела в кабине ВЛО, вместе с Джейсоном. Такое разочарование – Джейсон. Неблагодарность, продажность, - я содрогаюсь, когда думаю, как много видела и того и другого. – «И как много сделала и того и другого» - мысленно добавила я. – Но абсолютная тупость Джейсона оскорбляет меня гораздо сильнее. – Она присела на покрытый шалью диван. Я подумала: «Знает ли она, что эта комната в точности копирует комнату, которую ее дочь делила с Сильвером?» Должна знать. Она должна была прочесть Книгу, как говорила Джейн-Глая.
Она не осмотрелась. Возможно, чтобы не оскорблять себя еще больше окружающим видом, ведь подобная комната никогда не покажется привлекательной кому-то вроде Деметры. (Но она, тем не менее, заметила гнилой персик. Ее рот скривился в насмешке).
- Однако, - продолжила она, - ты находишься в худшем положении, чем я. Что, я уверена, ты в общих чертах осознаешь.
- Разве?
- Прошу тебя, давай опустим мелочи, Лорен. Ты сейчас… Как мне лучше выразиться? Ты – игрушка для ментально дисфункционального, полностью роботизированного андроида-самца…
- Регистрационное имя, - резко вставила я, - С.И.Л.В.Е.Р.
- Именно. Даже если оно называет себя другим именем; впрочем, воображением оно не отличается. Оно совратило тебя, что вполне соотносится с его главной функцией. Ты была избрана для того, чтобы быть соблазненной, и ты адекватно исполнила свою часть работы на предприятие. Но затем – что уж тебе говорить – с твоей стороны произошла фиксация. Ошибка наивной юной девушки.
- И та же, что у Джейн, - добавила я.
Ее глаза могут напоминать пенистую грязную реку, но они тверды как армированный камень.
- В точности как у Джейн. Она была подростком, у которого могло быть все. Ты – подросток, у которого не было относительно ничего. Но ключевое слово тут «подросток». У нее тоже было… было что-то к этому роботу. И ты развила в себе нечто подобное. Оно – или он, если ты предпочитаешь, - заработало на вас обоих.
- «Что-то»… вроде болезни, - подсказала я.
Аллигаторы и черепа умеют скалиться, только они по-честному демонстрируют больше зубов, чем обнажила она.
- Лорен, - проговорила она, - нам стало бы гораздо проще, если бы ты была способна понять, что я могу быть тебе другом.
- О? Это как?
- Конечно, с такой точки зрения ты этого не видишь. Но если ты позволишь мне детально разобрать для тебя элементы головоломки, то все станет ясно.
- Когда уже куст вокруг тебя загорится? Или это все голос совести?
Она засмеялась. Мне следовало этого ожидать.
- О, дорогая моя. Я не Господь, - сказала она.
- Да, я в курсе. Я подумала, что, может, ты забыла.
- Бога не существует, - объявила она. - Некому жаловаться, некого винить. Наши собственные души единственно бессмертны.
- Души и роботы.
- Бессмертность робота ограничена временем, в течение которого они способны избегать ликвидации.
Я съеживалась внутри, когда она называла Верлиса «оно». Это безрассудно, но я не смогла сдержать спазм. Теперь, когда она произнесла «ликвидация», что-то будто пробило дыру в моем животе, и мне пришлось отвернуться, чтобы спрятать ее. А в это время внутри меня, в образовавшейся пустоте, Ненабовь иЛюбисть толкались, скручивались и выли.
- Хочешь чашку чая? – спросила я. – Кухонные шкафы ломятся, как ты наверняка знаешь. Я могу предложить Эрл Перл, настоящий Ассам, Ассамитт с имбирем, морозную мяту…