В назначенный час ответ не был получен. Поэтому 1 мая в 10 часов 40 минут советские войска нанесли мощный удар по уцелевшим опорным пунктам врага в центре города.
11-й гвардейский танковый корпус еще накануне вечером выдвинулся из парка Генриха V на подступы к Зоологическому саду. В соответствии с приказом штаба армии ему предстояло «ударом вдоль южного берега канала Ландвер… совместно с 8-м гвардейским механизированным корпусом уничтожить противника в Зоосаду. Одновременно частью сил форсировать канал Ландвер севернее и северо-восточнее Зоосада и обеспечить плацдарм для переправы главных сил корпуса. В последующем нанести удар в севере восточном направлении — по площади Гроссерштерн с задачей очистить от противника западную и юго-западную часть парка Тиргартен»[208].
Это была последняя за период войны боевая задача, поставленная корпусу. Ее выполнением он отметил праздник 1 Мая.
В это утро перед возобновлением атаки во всех частях и подразделениях был зачитан первомайский приказ Верховного Главнокомандующего И. В. Сталина. Бурей восторга встретили воины слова приказа о том, что войска Красной Армии соединились на Эльбе с союзными англо-американскими армиями и завершают разгром врага в центре Берлина. Величие свершавшихся всемирно-исторических событий, гордость своим непосредственным участием в них и живое ощущение близящейся Победы — все это слилось в ликующем «ура», многократно звучавшем в тот день на берлинских улицах.
С новым порывом пошли в бой танкисты, автоматчики, артиллеристы. Впереди частей корпуса наступала 40-я гвардейская танковая бригада. Наступая по Айнештрассе и сломив сопротивление противника, она во второй половине дня достигла перекрестка этой улицы и Люцовштрассе. За ней с боями продвигались по соседним улицам остальные соединения и части.
К тому времени в корпусе в результате понесенных потерь оставалось мало танков. Особенно значительный урон в материальной части понесла 40-я гвардейская танковая бригада. У нее в строю было всего лишь 12 боевых машин. Поэтому командир корпуса приказал передать их 44-й гвардейской танковой бригаде, а 40-ю вывел из боя и сосредоточил в очищенном от противника районе Курфюрстенштрассе. Теперь наступление продолжали две танковые и мотострелковая бригады с частями усиления. Правее в направлении Тиргартена продвигался 8-й гвардейский механизированный корпус.
45-я гвардейская танковая бригада с частью сил 27-й гвардейской мотострелковой весь день вела бои с упорно оборонявшимся врагом. К исходу 1 мая она обошла Зоологический сад и нанесла по нему удар со стороны ипподрома. Но и здесь все подходы оказались прикрыты валами из земли и бревен. Противник же, засевший в Зоосаду, продолжал вести огонь.
Тогда полковник Н. В. Моргунов приказал прорываться через каменную ограду. И вот в считанные минуты танки с разгона проломили ее ударами лобовой брони и неожиданно для фашистов оказались у них в тылу. Очевидная обреченность вынудила оборонявшихся здесь вражеских солдат и офицеров поднять белые флаги. После этого они начали большими группами сдаваться в плен.
Западной частью Тиргартена было приказано овладеть 44-й гвардейской танковой бригаде с двумя батальонами 27-й гвардейской мотострелковой. А для этого нужно было сначала вновь переправиться через канал Ландвер, теперь уже в районе восточнее Зоологического сада. Однако единственный уцелевший здесь мост прикрывали крупные силы противника. Завязался упорный бой. Враг был разгромлен, но, отходя, взорвал мост. Тут же к его восстановлению приступили саперы. Их прикрывали огнем своих орудий танки и самоходные установки. Но, как ни спешили самоотверженно работавшие саперы, переправа была готова лишь к вечеру.
Ворвавшись в юго-западную часть Тиргартена, бригада с частями усиления продолжала вести бой почти до полуночи. Тесня противника, она к этому времени пересекла Лихтеналлее и здесь закрепилась, с тем чтобы с рассветом нанести новый удар.
Но он уже не потребовался. Было около двух часов ночи, когда штаб обороны Берлина по радио на немецком и русском языках объявил, что прекращает военные действия и высылает парламентеров. Вскоре сдался в плен начальник штаба обороны генерал Вейдлинг. Утром он приказал подчиненным ему войскам прекратить сопротивление. Что касается вражеской группировки в Тиргартене, окруженной со всех сторон советскими войсками, то она это сделала еще раньше. Уже на рассвете входившие в ее состав соединения и части начали высылать парламентеров, а затем группами по 100–200 человек сдавались в плен.
Поэтому частям 11-го гвардейского танкового корпуса в 6 часов утра 2 мая было приказано прекратить огонь. Спустя четыре часа они соединились с выдвинувшимися в центральную часть Тиргартена войсками 5-й ударной, 2-й и 3-й гвардейских танковых армий. Здесь на парковой площади Гроссерштерн, куда первыми вышли воины 11-го гвардейского танкового корпуса, водрузившие над ней красный флаг, стихийно возник митинг войск 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов. Воины-победители радостно обнимали и целовали друг друга, в воздух взлетали фуражки, пилотки. Неумолчно гремело и перекатывалось по площади могучее «ура!»
Берлин пал. Незабываемо волнующими были эти первые часы Победы. Умолк гром канонады. Осела пыль берлинских развалин. Вокруг стояла непривычная тишина. Сплошной вереницей тянулись по улицам колонны пленных. А из Москвы радио донесло в этот день салют столицы нашей Родины победителям.
За время Берлинской операции советские войска понесли немалые потери, но в десятки раз большим был урон, нанесенный противнику. Здесь были полностью разгромлены 93 вражеские дивизии, в том числе пехотных — 70, танковых — 12 и моторизованных — 11, а также большое число отдельных частей. Наши войска захватили 480 тыс. пленных, 4,5 тыс. самолетов, 1,5 тыс. танков и штурмовых орудий, 8,6 тыс. полевых орудий и минометов[209].
Достойный вклад в этот победный итог внес и 11-й гвардейский танковый корпус. За период с 16 апреля по 2 мая 1945 г. его части уничтожили около 14 тыс. вражеских солдат и офицеров, свыше 180 танков и штурмовых орудий, 416 полевых орудий, 235 минометов и 1160 автомашин, сбили 35 самолетов, захватили более 6 тыс. пленных, много танков, 50 орудий и другое вооружение, 200 автомашин, 12 железнодорожных эшелонов и 30 складов с военным имуществом[210].
Боевые действия 11-го гвардейского танкового корпуса в Берлинской операции показали высокое воинское мастерство его солдат, сержантов и офицеров, их беспредельную преданность социалистической Родине, Коммунистической партии. Действуя на кратчайшем, особенно сильно укрепленном направлении, они проявили мужество и отвагу, массовый героизм в борьбе за окончательный разгром врага. Части корпуса обеспечили успешный прорыв оборонительных рубежей противника, способствуя тем самым быстрому продвижению наступавших вслед за ним соединений 8-й гвардейской армии. Столь же умело и храбро корпус действовал и непосредственно в Берлине, несмотря на чрезвычайно затруднительные для танкового соединения условия уличных боев в крупном городе.
За умелое руководство этими боевыми действиями, храбрость и отвагу, проявленные в многочисленных боях с фашистскими захватчиками, были награждены полководческими орденами и получили воинское звание генерал-майора танковых войск командир корпуса А. Х. Бабаджанян, его заместитель П. А. Гаркуша, начальник штаба корпуса Н. Г. Веденичев, командующий артиллерией корпуса Г. Ф. Кузьмин и командиры бригад И. И. Гусаковский и Н. В. Моргунов.
Командование наградило орденами и медалями сотни воинов соединений и частей корпуса, представило к повышению званий командиров полков Д. Б. Кобрина, П. А. Мельникова, К. И. Осташова и И. М. Курлыкова, командира батальона И. А. Бирюкова, начальников политотделов 44-й и 45-й гвардейских танковых бригад В. Т. Помазнева и Г. А. Иофиса, заместителей командиров полков и батальонов по политчасти С. И. Пунда, И. А. Бондаренко, А. М. Лахно, Н. А. Чальяна, А. М. Медведева, И. В. Иванова, парторгов частей и подразделений В. В. Кунина, А. И. Ситникова, Г. П. Скрипачева, Ф. И. Лысенко, И. П. Петрова и Н. М. Пидченко, комсоргов М. В. Коноплева, С. З. Савицкого и многих других командиров и политработников.