Однажды утром дедушка Хемпель куда-то исчез. Возвратился он через двое суток с тремя мужчинами. Двое из них были вооружены, на рукавах - красные повязки. Третий нес рюкзак и деревянный чемодан. Он поставил чемодан на пол и сел на него. Свернул козью ножку и закурил.
На левом рукаве куртки незнакомца Уво увидел нашивку, на которой нарисованы две сплетенные в рукопожатии руки.
Двое других привели в каморку бургомистра. Он громко негодовал:
- Я буду жаловаться, что вы меня водите по селу, словно преступника! Я буду…
- Тихо! - остановил его тот, что сидел на чемодане. У него были светлые волосы, а на правой щеке заметный шрам. Незнакомец вытащил из кармана бумажку, на которой было что-то написано и стояло несколько печатей.
Бургомистр наклонился к нему, чтобы прочитать написанное, потом сказал:
- Слава богу, освободился наконец! А вам, господа, и вам, господин бургомистр, я желаю успеха в вашей деятельности в селе.
Он хотел уйти, но новый бургомистр остановил его:
- Стой! Вы заберете с собой семью Каргера!
- Я?! Но ведь они… я только…
- У вас на троих пять комнат. Молчите, когда я говорю! - И, подозвав к себе Уво, сказал ему: - Собирай быстро свои пожитки! Этот дядя освободит для вас по крайней мере две комнаты.
Новый бургомистр встал, взял в руки свой чемодан и улыбнулся:
- При мне вам будет легче жить.
Звали его Артур Бискун, был он спокоен, но решителен.
После этого случая местные жители стали несколько приветливее к переселенцам. Детишки начали бегать в школу, хотя до нее было не менее трех километров.
И вдруг Уво заболел. Страшный приступ ревматизма скрутил его. Он лежал неделю, вторую, прислушиваясь к веселому гомону детворы под окном. Боли были страшные, но Уво старался не паниковать.
Однажды его навестил Бискун. Свой деревянный чемодан он принес с собой. Оказывается, чемодан был битком набит книгами, тетрадками и газетами.
У во взял у Бискуна книгу о русском нетчпке Мересьеве, который полз к своим с перебитыми, обмороженными ногами. Уво прочитал роман Полевого запоем, потом перечитал снова. История Мересьева потрясла мальчика. Сбросив одеяло, он долго смотрел на свои ноги. Они такие худые, белые и горят. Каждый день Уво начал понемногу разминать ноги, кряхтя и охая, превозмогая страшную боль. Вскоре он уже вставал на ноги и даже дошел до окна, но потом рухнул на пол и обратно к кровати пополз на четвереньках. Однако следующий день он снова начал с гимнастики: он хотел жить, и к жизни его возродила повесть Бориса Полевого.
Спустя три месяца Уво в первый раз вышел из дому. Медленным шагом он шел вдоль дамбы, неся под мышкой роман Николая Островского «Как закалялась сталь».
Уво много читал. Несмотря на продолжительную болезнь, он все равно оставался лучшим учеником в классе. Когда он учился в десятом классе, заболел снова. Отнялась правая нога. По виновато-заботливой улыбке матери и недоговоркам Бискуна Уво понял, что положение его серьезнее, чем он думал.
Однажды вечером Уво случайно услышал разговор Бискуна с матерью, которые находились в соседней комнате.
- Доктор что-нибудь новое сказал? - спросил Бискун мать.
- Ничего.
- Ничего! Это значит, что парню через два-три года придет конец.
- А может, все пройдет, - тихо и неуверенно проговорила мать.
- Если он окажется крепким, если…
- Эта проклятая война!…
Болезнь снова на какое-то время приковала Уво к постели.
«Значит, нужно издать еще три года, а потом: или - или…»
Уво и виду не подал, что догадывается о том, что уготовила ему судьба. Поправившись, он вместе с тремя своими товарищами решил отправиться в путешествие по Гарцу. Мечты помогали ему забыть действительность.
- Поедем с нами, Уво, - предложил ему друг по имени Штоль.
- Спасибо…
- Выглядишь ты хорошо, здорово…
- Я редко когда так хорошо себя чувствовал.
- Ну-ну…
Через два года Уво стал кандидатом партии, а в 1957 году он пошел в Национальную народную армию, окончил школу унтер-офицеров и был назначен на должность командира орудия.
Харкус и другие офицеры полка хотели, чтобы Уво стал офицером, но он отклонил их предложение, так как в его селе организовали кооператив и там он был нужнее, чем в полку.
Осенью 1960 года он демобилизовался и поехал домой, где праздновались сразу две свадьбы: мать Уво вышла за Бискуна, а старшая сестра - за агронома.
Уво работал в кооперативе бухгалтером и трактористом одновременно. Он был абсолютно здоров и счастлив. Так прошел ровно год. В 1961 году, в августе, он написал Харкусу письмо и очень скоро получил ответ.
«Я рад, что ты принял такое решение, - писал ему Харкус. - Мы ждем тебя в полку. Откровенно говоря, я почему-то предчувствовал, что так оно и будет. Жду тебя. Твой Берт Харкус».
Уво направили в офицерское училище. Учась на первом курсе, он познакомился с Ютой Гертнер, милой и спокойной девушкой.
Уво подождал ее однажды у ворот школы, где она преподавала, и, когда она вышла, увидел, что она хромает. Заметив поджидающего ее Уво, Юта покраснела и спросила:
- Зачем вы меня ждете?
- Хотел узнать, почему вы не вышли вместе со всеми.
- Теперь вы знаете, почему! - Девушка печально усмехнулась.
- Могу я вас проводить?
- Пожалуйста, если хотите.
Они спустились вниз. Уво хотел взять у нее портфель.
- Он у меня не тяжелый.
- Все равно.
Однако она не отдала портфеля.
- Несчастный случай? - спросил он.
Она покачала головой и сказала:
- Это у меня с шести лет.
Они пошли через парк, недалеко от которого она жила.
На медной дощечке на двери было выгравировано: «Доктор Гертнер».
- Это мой отец, - пояснила Юта.
- Могу я вас еще увидеть?
Юта снова покраснела, лишь на мгновение в глазах у нее промелькнула радость, а затем она снова стала печальной.
- Зачем? - с горечью произнесла девушка. - Зачем? - И пошла, не оглядываясь.
Через два дня Уво снова поджидал девушку у школы. Она и на этот раз вышла последней. Он пошел ей навстречу.
Увидев его, Юта замерла на месте.
Через две недели отец Юты остановил Уво на улице, чтобы поговорить с ним.
- Господин Каргер, я прошу вас быть откровенным, - начал доктор, - речь идет о Юте. За время болезни Юты мы старались воспитать в ней такие качества, чтобы она чувствовала себя счастливой и без мужа. Она преподает, занимается музыкой, много читает. Как врач, я лучше других знаю, какими жестокими могут быть мужчины. Именно потому я хотел бы предостеречь свою дочь от разочарования. Поэтому я и спрашиваю вас, чего вы от нее хотите?
Уво хотел ответить подробно, но передумал и сказал самое главное:
- Господин Гертнер, я люблю вашу дочь. Правда, я хотел сначала сказать это ей, а потом уже вам. - Уво рассмеялся от нахлынувшей на него радости.
У отца Юты были такие же глаза, как и у нее: светлые и лучистые.
- Это ваше твердое желание, господин Каргер? Я надеюсь, что в вас говорит не чувство сострадания и не любопытство.
- Нет, конечно. Я уверен в своем чувстве.
- Вы сильный, здоровый мужчина, а Юта никогда не сможет пойти с вами на танцы, не сможет водить автомобиль.
- Меня это нисколько не пугает.
И Уво рассказал доктору Гертнеру о своей юности и о своей болезни.
В 1963 году они поженились, и на следующий год унтер-лейтенант Уво Каргер снова уехал служить в полк, забрав с собою Юту. В Еснаке у них родился ребенок.
* * *
У Вебера заболели глаза от усталости. После первого дня учений четвертой батареи он вернулся в полк, чтобы вместе с Кисельбахом, Хофмайстером и Герхардом закончить писать свой доклад для партийного собрания. Расстались они в два часа ночи, а утром нужно было рано вставать. В семь часов они снова собрались у него в кабинете, чтобы еще раз обсудить доклад. Изменили несколько фраз, внесли новые цифры. У всех четверых было единое мнение, которое они и собирались высказать на собрании в пятницу.