— Шурик, милый, у тебя же везде связи: и в милиции, и в розыске, — лебезила Стелла. — Надо срочно что-то предпринимать!
— Идиотка! За что Господь послал мне такую жену! — ревел муж. — Молчи как рыба, никому не слова! Если Сашка устроил инсценировку, я легко раскушу похитителей, но если все по-серьезному, то и меры предосторожности должны быть нешуточными. Денег я не пожалею, когда попросят выкуп — заплачу без милиции… Сын — дороже, он у меня единственный наследник. Поняла?! — прикрикнул для острастки Боровиковский. — Чтоб без глупостей!
— О Господи!.. О Господи! — твердила Стелла.
Трясущимися от волнения руками она опустила трубку мимо рычагов телефона. До Ангелины донеслось короткое пиканье.
— Выпейте водички, нет, лучше виски! — Ангелина уже сама выплеснула остатки в чашку Стеллы.
— О Господи! — Стелла клацала зубами по фарфоровой чашке.
Дзинь! От края откололся кусочек, порезав хозяйке верхнюю губу. Надо же, об пол чашка не разбилась! Ну и зубки у этой дамочки! Капелька крови выступила на коже и потекла к уголку рта. Бледная кожа Стеллы контрастировала с ярко-красной струйкой, придавая женщине зловещее мистическое обличье.
Ангелина пожалела, что бутылка виски опустела: глоток для бодрости не повредил бы и ей, но тут же устыдилась. У Стеллы несчастье, как еще может выглядеть убитая горем мать!
Ангелина приблизительно догадалась, в чем признался жене Шурик Боровиковский. Худшие подозрения Ангелины подтвердились — Саша действительно пропал. Но главное, чтобы не подтвердились худшие опасения Кати…
— У вас есть перекись водорода, — посочувствовала Ангелина. — На губах нежная кожа, кровь будет долго течь.
— Аптечка в ванной, — откликнулась Стелла, слизывая кровь языком — И вата там же. Сходите, Ангелина, а я порыщу по шкафам, где-то еще должна быть заначка.
Ванная комната Боровиковских с говорящей джакузи, пластиковой душевой кабиной, золочеными шкафчиками и полочками ослепила Ангелину оранжевым кафелем и висящими повсюду зеркалами. Если дизайнер добивался полного шока у входящих сюда впервые, то с поставленной задачей он справился по высшему баллу.
Видимо оранжевый кафель символизировал теплый песок, золоченые детали светлой мебели — солнечные лучи, согревающие этот песок, а зеркала — солнце. Для эстетичного восприятия не хватало зеленых красок, чтобы пустыня превратилась в оазис, или голубых — для ассоциации с морским побережьем. А так Ангелина казалась себе верблюдом, заблудившимся в бесконечных однообразных барханах.
Сразу возникло ощущение жажды, и Ангелина напилась прямо из-под крана пригоршнями, понадеявшись, что вода в этой пустыне фильтруется и чиста, как в артезианской скважине.
В аптечке размером с приличную тумбочку складировались баночки с мазями, бутылочки с микстурами, пачки с таблетками и порошками, тюбики с натираниями и прочие кремы, лосьоны, средства для волос и от волос и все тому подобное. В сравнении с убогой Ангелининой аптечкой здесь был фармацевтический клондайк. Складывалось впечатление, что в этом доме содержалась богадельня с больными престарелыми инвалидами. Такого количества лекарства хватило бы на целое отделение госпиталя на год или одному человеку на пару жизней, с условием, чтобы лечение начинали еще во внутриутробном состоянии.
Но что удивило, так удивило — на одной из полок среди прокладок, палочек для чистки ушей, разноцветных ватных шариков и дисков хранился распечатанный пакет памперсов. Интересно, кто же из семейства Боровиковских время от времени впадал в детство?
Наконец, отыскав перекись водорода, Ангелина вернулась в кухню и, смочив ватку, приложила ее к губе Стеллы. Стелла поморщилась:
— Кажется, мое виски кто-то оприходовал…
— Давайте, я сварю еще кофейку для ясности мозгов, — предложила сердобольная Ангелина.
— Нет! — как ошпаренная взвилась Стелла. — Я сыта вашим гаданием. До сих пор, как вспомню, земля из-под ног уходит, и голова кружится, как на карусели. Теперь, по справедливости, моя очередь гадать вам…
— Да чего уж там! — открестилась от нее Ангелина. — Со мной и так все ясно. Если Катя в ближайший период не выедет из моей квартиры, на моей личной жизни будет поставлен жирный крест. Мой жених меня бросит, и я останусь старой девой.
— Незавидная перспектива, но все же лучше, чем моя. Как вы нагадали: ворон на кресте, рваный пустой мешок и одинокая уходящая фигурка… Это вы о Сашеньке говорили? — Стелла вцепилась Ангелине в рукав.
— Да не верьте вы всей этой чуши! Мало ли что я сболтнула сгоряча, я же не профессиональная ворожея!
— Шурик признался, что не виделся с Сашей, — Стелла в двух словах передала смысл ее разговора с мужем. — Ангелина, умоляю, поклянитесь, что ни вы, ни Катя не навредите Сашеньке и не подадите заявление в милицию о розыске! Хотите, на колени встану, хотите, заплачу за молчание, только поклянитесь! Сашенька у меня один, что я буду делать, если… Шурик полагает, что Сашеньку похитили. Он боится за жизнь единственного ребенка. — Стелла зарыдала. — Бедный мой мальчик! Где он? Что с ним?
— Стелла, я клянусь вам, что мы не сделаем ничего, чтобы могло навредить Саше, — пообещала Ангелина. — Я считаю, что ваш муж абсолютно прав — лишняя предосторожность не повредит. Надо надеяться, что все обойдется… Сходите в церковь, помолитесь, поставьте свечки… Плюньте вы на эти новомодные отрицания и передергивания святынь! Ищите малейшую зацепку, восстановите в памяти поминутно события того утра… Проконсультируйтесь с вашим отцом Константином: может он и впрямь что-нибудь путное подскажет…
— Я уже, — сквозь всхлипы бормотала Стелла, — ездила к нему. В тот же день, когда Сашенька пропал… Но не застала отца Константина дома…
Ангелина отлично помнила, что ей поведала бабка-разведчица о дамочке из города на серебристой машине.
— Не волнуйтесь, может, он уже вернулся, позвоните ему. У вас же, наверняка, есть связь?
— Да, я подарила ему мобильник… Но отец Константин никогда не покидал свой дом, — заговорщицки поведала Стелла. — Даже в магазин не отлучался. Ему все продукты клиенты из города привозили.
«Неужели, когда я забралась в дом целителя, он сам находился там же? — подумала Ангелина. — Судя по заявлению Стеллы, — да! А где ж ему было быть-то! — озлилась она на собственное тупоумие. — Не сам же петух оторвал себе голову!..»
— И потом, у меня на трубке автоматический дозвон через каждый час, но ответа еще ни разу не было, — добавила Стелла.
— А не могли ваш сын и отец Константин, ну скажем, вместе развлечься? — у Ангелины мелькнула мысль, что тот пьянющий собутыльник, которого целитель выгружал из машины на виду у всей деревни был Саша Боровиковский.
— Что вы, они не были знакомы! Сашенька, как ярый материалист, издевался над моей страстью ко всему сверхъестественному. А отец Константин не пьет и не курит… О каких совместных развлечениях может идти речь?! Сашенька тяготился взрослой компанией, он и с отцом-то не всегда ладил, а с чужим человеком и подавно…
— Стелла, простите за назойливость, но только ради пользы дела ответьте на нескромный вопрос: в каких отношениях вы состояли с отцом Константином?
— Опять Катькины инсинуации! — усмехнулась Стелла. — У нее на уме одна любовь была, но в ее возрасте это понятно…
— Вы состояли с отцом Константином в интимных отношениях? — Ангелина сформулировала вопрос конкретно.
— Ему не требовались плотские утехи, — Стелла сделала многозначительное лицо. — Он достиг непривычных, непонятных обывателю ступеней блаженства в единении с микрокосмом.
— Ой не надо пересказывать мне вашу лабуду, — взмолилась Ангелина. — Он живой человек, мужчина, у которого должен, хотя бы периодически, возникать зов плоти. И я не поверю, чтобы к вам, Стелла, он был равнодушен и ни разу не попытался вас соблазнить… Вы так эффектны и сексуальны, — пела дифирамбы коварная гостья, — против вас не устоит даже папа римский!
Стелла зарделась от льстивой похвалы.
— Признаюсь, чтобы облегчить перед вами душу, — один раз было… Мы тогда только познакомились… Он так красиво за мной ухаживал, ну я, конечно, не устояла… И все!